Доброго времени суток, дорогие читатели.
Общаясь с пациентами, я часто сталкиваюсь с тем, что пациенты не хотят сообщать родственникам о том или ином недуге. "Не хочу расстраивать", "Не хочу приносить проблем" - говорят пациенты. Но задумываются ли они, что не обратившись вовремя за медицинской помощью, при ухудшении состояния здоровья, они расстраивают и приносят проблем вдвойне больше?
Повод: Задыхается, причина неизвестна. Дополнительная информация: Онкология. М, 82 года.
- Плохой вызов - говорит мне фельдшер.
- Согласна.
Добравшись до квартиры, которая находилась на 5 этаже, молодая пара поприветствовала нас и проводила в комнату, где находился пациент.
Пациентом оказался седовласый дедушка, 82 лет. Он сидел на кровати с поддержкой внука. каждый вдох и выдох давался ему очень тяжело.
- Что случилось?
- Он стал задыхаться пару часов назад. Вчера такой же приступ был, мы вызвали скорую, ему дали кислород и вроде стало легче.
- Какое у него основное заболевание? ХОБЛ? Астма?
- Нет, у него онкология. Рак горла. Оказывается месяц назад выяснилось, что у него метастазы в легких.
- Ну и? Вы прошли курс лечения?
- Нет, мы узнали об этом только недавно, он ничего не кому не рассказывал, пока не начал очень плохо себя чувствовать.Даже бабушка ничего не знала.
- Вот как...
При осмотре:
А\Д – 90\60 мм.рт.ст
PS - 80-уд.в мин.
SP – 80%
На передней поверхности шеи отмечается трахеостомическое отверстие после нижней трахеостомии.
- Что вам тяжелее сделать: вдохнуть или выдохнуть? – спрашиваю я у пациента
- Он не разговаривает - отвечает за него внук, - он пишет все на бумаге.
После того как внук вручил ему бумагу и ручку пациент написал: «И то, и то»
- А вы в онкоцентр обращались? – спрашиваю у внука.
- Да, вчера записались, завтра должны будем в 12 быть там. Нам бы до завтра дотянуть…
- Ладно, сейчас попробуем что-нибудь сделать.
Пока фельдшер подсоединяла маску к кислородному баллону для кислородной ингаляции, я набрала пару ампул Дексаметазона и ввела внутривенно пациенту.
Больше нам помочь было не чем, о чем мы и сообщили внукам.
- Вы в больницу хотите его отправить? – обратилась первый фельдшер к внукам.
Они рассеяно переглянулись.
- Ну, мы не знаем, как будет лучше.
Мы тоже не знали. Пациентов с онкологией мы могли лишь транспортировать в терапевтический стационар, где им обычно особой помощи не оказывают, лишь говорят: " Вам нужно в онкоцентр"
Мы сообщили внукам о том, что можем госпитализировать его в терапевтический стационар, но не даем гарантий на то, что его положат в больницу и обратно его везти придется своими силами. Более того, если пациента госпитализируют сегодня вечером, то завтра утром он не попадет в онкоцентр. И если у родственников были сомнения, то пациент категорически в больницу не хотел, о чем он написал на листке бумаги. Внуки принялись уговаривать дедушку, но тот был не приклонен.
- Почему Вы раньше не сказали своим родственникам о том, что у вас метастазы? – обратилась я к пациенту.
«Не хотел беспокоить» - прочитала я на бумаге.
- Что же…теперь Вы доставили детям и внукам еще больше хлопот – пожала плечами я.
Тем временем наш кислород заканчивался.
- Вам лучше? – спрашиваем мы у пациента.
Тот утвердительно кивает головой.
- Лучше, как вчера или все же не так? –уточняю я.
Пациент пожал плечами.
- Ну что, решайте, если едем в больницу, то мы сейчас вызовем на себя реанимацию.
Родственники снова начали переглядываться, а пациент замотал руками и поспешно нацарапал на бумаге: «Не поеду, я лягу спать»
- Ладно, раз он не хочет мы никуда не поедем, завтра утром сразу в онкоцентр – сказал внук.
Дедушка начал осыпать нас благодарностями, в шутку слал нам воздушные поцелуи и хвастался о том, сколько у него правнуков.
- Да Вы богатый человек! – отвечаю я.
Пациент улыбался, шутил, пока мы собирали наши вещи напоследок попросил оставить ему небольшой кусочек бинта, чтобы он прочистил утром трахеостому.
- Я вам подарю новую упаковку бинта, завтра утром откроете и чистым бинтом прочистите – говорю я, протягивая новую упаковку бинта.
Дедушка сложил две ладони перед грудью и слегка поклонился нам.
- О, как развеселился. Значит и правда полегчало - улыбаясь сказала внучка.
Я улыбнулась, пожелала ему здоровья, и мы направились к выходу, он же махал нам вслед рукой.
- Большое спасибо Вам. - поблагодарили нас родственники.
Мы быстро спустились вниз и спешили взять уже следующий вызов, ведь на этом мы провели уже час (что для нашего руководства является катастрофой). И только мы на планшете ставим статус «Бригада свободна», как слышим ужасные крики женщины. Открыв дверь машины, мы услышали:
- ОН ВЕСЬ СИНИЙ, ОН НЕ ДЫШИТ, ПОМОГИТЕ! – кричала внучка с 5 этажа.
Мы с фельдшером синхронно выругались матом, схватили реанимационный набор, дефибриллятор, кардиограф, сумку с медикаментами и побежали на 5 этаж.
Мы залетели в комнату, где увидели бездыханное тело пациента на кровати. Он и правда весь был цианотичный, глазные белки налились кровью. Лицо пациента застыло в страдальческой гримасе.В доме стоял жуткий крик, кричали абсолютно все, кидаясь из стороны в сторону.
Внук, который помогал дедушке сидеть, схватившись за плечи, тряс пациента и кричал: «Дедушка, очнись!»
Мы с фельдшером бросились к пациенту, схватили за руки и ноги и перенесли на пол.
- Выйдите из комнаты все! – крикнула я.
- Черт! Черт! Черт! –приговаривала второй фельдшер.
Мы быстро обеспечили внутривенный доступ, поставили ларингеальную трубку и начали проводить СЛР и ИВЛ. Каждое наше действие было точным, быстрым. Ни одного лишнего действия и движения, даже не было лишних слов. В этот день я работала с очень грамотным фельдшером, у которой за плечами 5 лет работы. Я же отработала всего 2.5 года, опыта у меня конечно поменьше, но все же и я что-то уже умею и знаю.
30 минут, не переставая мы боролись за его жизнь.
Во время проведения СЛР пот тек с нас градом. Каждые 5 минут мы снимали кардиограмму в надежде увидеть хоть что-нибудь. Но кроме прямой линии (асистолии) мы так ничего и не увидели.
После 30 минут реанимации фельдшер попросила остановится и зафиксировала время смерти.
Мы сидели на полу, шумно дышали и молча смотрели друг на друга. Немая пауза продлилась недолго. Родственники, услышав, что в комнате прекратился шум, постучали в дверь.
Не было сил, чтобы заставить себя встать с пола, руки и спина болели после СЛР, так как занятие это достаточно непростое, но душа болела еще сильнее.
Я бросила тоскливый взгляд на пациента, который буквально 40 минут назад слал нам воздушные поцелуи в шутку и хвастался своими внуками и вот теперь передо мной лежит тело, оно не чувствует, не дышит.
Мы вышли в комнату к родственникам.
- Мы сделали все что смогли, к сожалению… - начала фельдшер.
Ее слова прервались рыданиями родственников. Мы переглянулись с фельдшером, проглатывая тяжелые комья, вставшие в горле.
- Надо снимать с него все – шепнула мне фельдшер.
Я наклонилась к пациенту сняла мешок Амбу, извлекла ларингеальную трубку, венозный катетер, сняла электроды. Фельдшер прикрыла ладонью глаза пациента. Эти глаза больше никогда ничего не увидят.
Собрав все оборудование, мы вышли из комнаты где лежал труп. В комнате появился еще один человек – дочка пациента. Ничего не сказав она положила руку мне на плечо, из глаз полились крупные слезы. Я прикрыла ее руку своей ладонь, не зная, что сказать.
- Примите наши соболезнования.
Женщина кивнула.
Мы наконец вышли из квартиры и вспомнили про существование диспетчеров.
- Они нас убьют - говорю я фельдшеру.
- Ага раз 100 уже позвонили.
Как бы хотелось после таких вызовов хотя бы 30 минут посидеть в тишине и прийти в себя, но нет, мы, таща на себе нереально тяжелое оборудование на ходу отзвонились, чтобы взять следующий вызов.
После таких вызовов невольно начинаешь задумываться какая хрупкая грань между жизнью и смертью. Все люди боятся смерти, ведь смерть - это неизвестность. Всё неизвестное вызывает страх и интерес. Мы пытаемся спрогнозировать наш завтрашний день, но у судьбы, у жизни свои планы на нас.
Не скрывайте от близких людей ваши недуги. Не оставайтесь со своей болезнью наедине. Намного легче справится с болезнью, когда рядом с вами человек которому вы искренне доверяете и любите. Если вы человеку правда дороги, то ему не составит труда быть рядом и помогать Вам. Поверьте, это случай не единственный в моей практике, когда сокрытие своей болезни привело к такому печальному исходу.
Большое спасибо, что дочитали до этой строки!
Буду рада вашим комментариям и лайкам.
Ваш фельдшер, который пишет.