Чем старше становишься, тем труднее радоваться новым цифрам, как было когда-то в детстве. Я всегда уезжала в Москву в этот день, чтобы чувствовать себя немного счастливее, а теперь, когда я наконец в Москве, я покупаю билет в Петербург. И откуда мне знать, почему я делаю это.
— Как жить в Москве, если всё время хочется вернуться в Питер, а находясь в Питере, скучаешь по Москве?
Мне никто не ответил, потому что все ответы нужно искать в себе.
Мы просыпались в пять утра, чтобы жить чуточку больше, а под вечер падали в кресла от приятной усталости. Уставшие, но счастливые, мы ехали на эскалаторах и улыбались незнакомцам в ответ; по дороге обратно забегали в кофейни погреться и выпить чаю; украдкой фотографировали незнакомых людей и сгорали от неловкости, когда вдруг оказывались замеченными; не стеснялись отвечать на шутки случайных прохожих, последующие встречи с которыми были далеко не случайными. Мы не боялись показаться друг другу нелепыми, больше всего мы боялись притворства. Какой смысл проводить время с людьми, которые не позволяют тебе быть собой.
Казалось бы, прошло слишком мало времени, чтобы ощутить на себе всю важность произошедшего. Но я точно знаю: за два с половиной дня я чувствовала себя настолько живой, что до сих пор не могу окончательно вернуться обратно. Даже в тот момент, когда просто шла по мосту и слушала шум машин, мне казалось, что именно этот момент — самый важный. Или то, как выходила на улицу, чтобы вдохнуть холодного воздуха и отогнать от себя тень прошлого, которую тут же рассеяло вечернее солнце. Это всё было слишком по-настоящему. И стоило того, чтобы прочувствовать насквозь.
Мне девятнадцать, но это ничего не меняет. Я по-прежнему ошибаюсь, совершаю глупые поступки, жалею о чём-то, но всё это не мешает мне чувствовать себя счастливой. Я влюблена, мы влюблены — вот что, пожалуй, важнее всего. И самое грустное, что будет происходить в моей жизни независимо от возраста, — это желание остаться, которое всегда проигрывает неизбежному возвращению.