Звериное чутьё меня никогда не подводило.
Расставания я чувствовала заранее. Это ещё не произошло и вроде все, как всегда. Но где-то скребёт своей ржавой рукой осень, подгоняет август. Где-то убивается одна девица, которая верила, что ей снова, в сотый раз, показалось, что всё не так.
А все так, дорогая. Ты снова - очень жаль, иди обниму - оказалась права. Отобрать бы к черту эти права!
Ты - снова, опять, как всегда - втрескалась по уши раньше, чем нужно было.
Я тебе понимаю.
Эти глаза-два угля - топят, топят все, что им попадается.
Эти руки с венами обнимают, как никто до.
Он говорит и плавит твою душу, он смеётся - и никаких усилий прилагать ему больше не нужно.
А ты все чувствуешь, знаешь. «У нас все хорошо?» - заглядываешь в глаза, ищешь там - стыдно признать - надежду, зацепку. Но дьявольский холодок уже предательски пробежал по спине. Внутренний голос дрогнул.
И звери уже готовы завыть. То ли от того, что были правы, то ли от того, что были правы. Дождаться бы ночи.
