Не могу точно сказать, когда снова эта женщина пришла ко мне, но это и не самое важное. Чего я действительно не понимаю, так это зачем она снова пришла? Никогда она могла не возвращаться, могла забыть моё имя, жить собственной жизнью, оставить меня в благостном неведении. И всё же пациентка вернулась и потребовала провести осмотр.
Я сразу заметил, насколько женщина изменилась. Внешне, разумеется, всё было прежним, но настроение стало совсем иным. На губах играла полуулыбка, интонации были радостными, голос - почти заигрывающим. Она даже позволила себе отпустить легкую шутку сразу после приветствия. Шутку достаточно фривольную, чтобы принять это за флирт. Но внешние изменения не шли ни в какое сравнение с другой, гораздо более пугающей переменой.
Надеюсь, дружище, ты ещё не утомился, потому что пришла пора рассказать главное? А главным были её глаза. Она изменили цвет. Обычно для врачей цвет глаз пациента не имеет почти никакого значения, если только нет желтушности склер или мутных пятен на зрачке. Сейчас же цвет первым бросился мне в глаза. Вместо двух карих зрачков я увидел гетерохромию: один глаз был серый, другой - зелёный. Сейчас уже переменой цвета глаз никого не удивить. Рынок наполнен линзами всех мастей. А татуаж глаз? У любого уважающего себя врача такая процедура вызовет только приступ ярости. И всё же тогда было другое время. Невозможно было измениться по мановению волшебной палочки. И потом - что за чудной выбор цвета?
Перемена цвета оказалась не единственной странностью. Глаза лишились всех выявленных мной ранее дефектов. Разве что левый, серый глаз сидел словно не на месте. Размер глазного яблока не подходил к глазнице и определённая недоразвитость колбочек...
- Поразительно! - произнёс я, - Ваши глаза помолодели лет на 30...
- На 40, доктор, - произнесла она. - И не помолодели, а просто не успели вырасти.
Я пропустил было фразу мимо ушей, но быстро умерил свой восторг. Не выросли? Глаза уже давно не молодой женщины? Меня прошила мысль, которая сразу показалась мне дикой. Такое было невозможно. Пациентка очень внимательно наблюдала за моими терзаниями и сразу же ответила на незаданный вопрос.
- Я говорила Вам, что привыкла получать всё самое лучшее. Даже, если это чужие глаза.
- Это невозможно...
- Невозможно было жить рядом со старым брюзжащим мужем, и, как Вы можете догадаться, с этим я справилась. Теперь трава снова зелёная, небо голубое, а я хочу побывать в Париже - увидеть Елисейские поля собственными глазами. Почти собственными. Надо еще немного привыкнуть. Кстати, я за этим и зашла, доктор! Не могли бы Вы прописать мне какие-нибудь капли? - и женщина посмотрела на меня самым невинным образом, хотя за этой невинностью скрывалась вся желчь, на которую она была способна...
***
- Тогда она и сказала эту фразу. О взгляде глазами соперника, - закончил рассказ Петрович.
За окнами уже начинал брезжить рассвет. Старики чувствовали себя уставшими, но не торопились расходиться.
- Ты так и не узнал, у кого она забрала глаза? - Леонтию Сергеевичу тяжело дался этот вопрос.
- Достоверно - нет, но кое о чём догадываюсь, - ответил Георгий Петрович. - В платной клинике я после того случая не работал. Стал бояться мажоров с причудами. Вернулся в поликлинику. Через некоторое время ко мне на приём привели 15-летнюю девочку. У неё не хватало одного глаза. Родители сказали, что на ребёнка напали после школы и сильно избили. В результате травмы пришлось удалять глаз. Родители были искренними, но этот серый глаз я уже видел. Подозреваю, что та женщина устроила нападение и подкупила врачей. О происхождении другого глаза я узнал из новостей. Передавали, что в лесополосе был обнаружен обезображенный труп молодой женщины, по слухам - любовницы одного из бизнесменов. У неё тоже не хватало глаза. Хотя это только мои догадки.
- За что она так с ними?
- Страх, болезнь, боль, обида... Я не мастак разбираться в чужих головах, Лёня. Меня учили спасать людям зрение. И всё же тот случай я запомнил на всю жизнь. Каждый пациент, которого я принимал после, вызывал во мне чувство тревоги. Мне казалось, что и они однажды могут возжелать другого взгляда на мир. Никто и понятия не имеет, как тяжело душить в себе это чувство.
Так закончился рассказ. Из комнат начали понемногу выходить просыпающиеся старики. Леонтий Сергеевич и Григорий Петрович так и сидели у шахматной доски. Каждый думал о чём-то своём.
- Вот что я тебе скажу, Григорий Петрович, - начал старик и переставил черного ферзя прямо к своему королю. - Мне мат!
Петрович удивлённо посмотрел на доску, а затем на соперника.
- Да, мат! Я так вижу, а, как видишь ты, ты мне в следующую партию сам расскажешь, - и Леонтий хлопнул себя по коленке.
Некоторое время друзья смотрели друг на друга, а потом начали смеяться. Так каждый избавлялся от ужаса ночи. Теперь они делили один страх на двоих. Он стал казаться меньше, почти незаметным. Особенно без очков.
Спасибо, что были с нами!
Сборник "Истории, рассказанные вполголоса"
Подписывайтесь на канал. Оставляйте комментарии.