В старом саду - яблоки. Все они красные и крупные. Их больше, чем до войны. В этом году яблоки больше, чем всегда, и почти все они уже начали подгнивать. Но их никто не ест. На черной яблоне - грачи. Когда-то они спасли сад от пожара и погрома, но теперь грачи - враги. Взрослые грачи часто нападают на детей, таская их за хвосты и за уши. Поэтому каждый год к саду подводят черную пожарную машину, и она очищает его от грачей. Есть в саду и ящерицы, и жабы. Из сада часто выходят на охоту росомахи, похожие на медведей, только большие. В саду живут кузнечики и стрекозы, которые ныряют в воздух и несутся над землей. Там много цветов, но все они плохо растут.
На самом краю сада - обнесенный колючкой огород. В нем растут огурцы, укроп, морковь и лук, и рядом с каждым растением - маленькая грядка клубники, от которой так приятно пахнет. Но клубники совсем мало, и она уже начинает вызревать. Осенью по саду идут на водопой колхозные свиньи. Они откармливаются на зиму. За ними следят два поросенка. Осенью они становятся сердитыми и громко хрюкают. За свиньями надо ухаживать, потому что они все время норовят тяпнуть кого-нибудь из детей. Сад очень красив. А когда дети гуляют по саду, кто-нибудь из взрослых обязательно поглядывает в небо. Небо голубое-голубое, и по нему иногда плывут белые облака.
В саду хорошо. Дети очень любят гулять по саду, они делают самые красивые из всех танцев - джигу и танцуют ее до тех пор, пока на улицах не становится совсем холодно. Тогда они надевают на ноги валенки и собираются в холодном и темном сарае. Свиньи лежат там на соломе. Каждый день дети играют в бадминтон, метая друг в друга деревянными мячиками. Иногда на улице появляется директор МТС Иван Трофимович, и, когда он проходит мимо сарая, дети всегда подбегают и норовят броситься к нему в ноги, чтобы поцеловать сапоги. Директор добродушно смеется, а девочки стыдливо отворачиваются.
Только Маша Нелина, старшая из девочек, всегда выходит вперед, закатывает рукав своей юбки, обнажает волосатую грудь и высоко поднимает ногу, чтобы директор мог ее поцеловать. Она совсем недавно стала комсомолкой. Маша Нелина окончила седьмой класс, но совсем не думает о дальнейшей учебе. Ей нравится играть в бадминтон. И она ни о чем не хочет больше думать. Иногда, правда, она думает о том, как здорово было бы надеть на ноги валенки, вынуть из кармана гармошку, выйти на улицу в своих стареньких сатиновых трусах и в ватнике, и петь на всю деревню отчаянные и задушевные народные песни. Еще в старом саду обитают букашки. Иногда Маша Нелина видит, как они бегают под забором, ей становится грустно, и тогда она незаметно съедает несколько таких букашек, потому что они ее очень успокаивают.
Время от времени она думает о Юре, любит которого со дня рождения, с тех пор, когда он стоял в детском саду в трусах и рубашке, широко расставив босые ноги. Она считает его очень умным и необыкновенным, в прошлом году он помогал ей делать модель звездолета. Звездолет представлял собой нечто вроде пятиугольного контейнера с треугольными иллюминаторами, сделанный из фанеры. Юра возил его в Москву, где звездолет прошел торжественную сдачу под большим секретом, после чего был выставлен в Музее космонавтики. Маша всякий раз, выходя из дому, поворачивала голову, чтобы взглянуть на Юру, и каждый раз видела, как он с ножом в руке идет по дороге, размахивая то куском фанеры, то сапожной щеткой, а несколько отстающих мальчишек из старших классов следует за ним, размахивая самодельными деревянными крыльями из тряпок. Особенно запомнились ей Юрины сапоги с длинными шпорами, закрывающими обе пятки. Со времен детского сада Юра вырос и очень изменился, у него появилась широкая розовая спина и длинные мягкие волосы, закрывающие уши. Однажды, проходя мимо Маши, он приподнял лицо, будто здороваясь, и подмигнул ей одним глазом.
Но сейчас Юра был занят делом. Он стоял, широко расставив ноги и вытянув вперед руки, и молча, сосредоточенно, со скрипом, вращал обеими руками какой-то огромный железный ворот, прикрепленный к подобию гигантского колеса. Такого жуткого занятия Маша не могла себе представить. "Что он делает?" - подумала она, невольно пятясь в сторону. Но никто не обратил на нее внимания. Вдруг один из мальчиков поднял руку и громко крикнул:
- Беги! Трах! Трах! Трах!
Послышался треск - в воздухе что-то просвистело, и Юра повалился на землю с размозженной головой. Маша в ужасе закрыла руками голову и остановилась, чувствуя, что сейчас из ее глаз хлынут слезы.
- Чего стоите? Помогайте! - обернувшись, сказал мальчик в синем. - Тащите!
Раздались тяжелые удары, и труп Юры упал в пыль. Мальчики схватили его за ноги, и медленно поволокли в сад к отверстию в земле, которое уже успели вырыть несколько ребят из соседней группы.
Маша медленно пошла прочь. "Бедный Юра... Как это на него похоже - вот так неожиданно умереть! Почему он не умер от болезни? Как это на него похоже - так страшно умереть в ненужном месте и в ненужное время! " Понемногу Маша успокоилась. В саду она уселась на траву и некоторое время разглядывала одуванчики. Вдруг, она услыхала сильный нарастающий рев мотора и, подняв голову, увидела взлетающий огромный серебристый жук. Он описал над садом круг, и с ревом полетел на другую сторону реки, потом остановился и, подняв два передних крыла, развернулся в воздухе и сел на яблоню. За ним, уже спокойно, поднялись четыре черных грача, и один за другим сели на верхнюю ветку. Один из них быстро спустился по дереву, подбежал к яблоне и стал долбить клювом засохшие остатки яблока.
Вдруг раздался шум. Маша вскочила на ноги. В яблоню с размаху вмазался огромный навозный жук. Он треснулся лбом о ствол и медленно стал съезжать вниз. Второй грач, закончив обгрызать ветку, подлетел и стал долбить его клювом. Пролетев несколько метров по инерции, жук упал в реку и быстро утонул. Грачи, еще раз пролетев над садом, взлетели и закружились над рекой. Маша неподвижно стояла несколько минут, не зная, что делать. Но скоро она пришла в себя и медленно пошла по дорожке в дом. В дверях она обернулась и увидела, что над рекой черными силуэтами летают три грача. Больше ни одна живая душа в мире не знала, что за сад находится возле бывшего совхоза. Правда, еще иногда в соседней деревне можно было видеть мужиков в белых штанах и соломенных шляпах, бредущих по полю с граблями на плечах. Наверное, в это время они вспоминали свою молодость и силились понять, что произошло. Их длинные черные бороды развевались по ветру, и они пели удалую песню про царя Гороха. Пели они очень тихо, и непонятно было, кому они так тихо поют, но песня была забористой и наводила на мысль, что каждый из них не очень-то хочет возвращаться на нары. Не исключено, что их высокие голоса были адресованы местным девкам, собирающим подсолнухи в саду. Но в общем, о былых временах напоминали только две заброшенные башни, чернеющие на берегу — сторожевые вышки пионерлагеря. Все в деревне привыкли к виду заброшенных кирпичных башен, и никто не обращал на них особого внимания.
А когда через два года начали пропадать люди, в поселке стали ходить разные слухи. Ходили всякие темные истории про девочку в красном сарафане, которую видели в старом саду, и про желтого червя, выползшего на берег в соседнем колхозе, но проверить все это никому не удавалось — у природы, как известно, свои законы. Зато выяснилось, что в саду часто появляется странное существо, похожее на огромного малинового паука, — как правило, оно сидит на яблоне и смотрит на женщин своими выпученными красными глазами.
Поначалу думали, что это местный дурачок, маленький полураздавленный бессознательной детской психикой пионер, но потом одна пожилая женщина отправилась в сад и обнаружила там высохшее тело своей любимой козочки. Выяснилось, что этот паук питается исключительно сочными плодами яблони, на которой он и слопал несчастное животное, высосав из него все соки. С тех пор вокруг яблонь стали появляться страшилки, одна страшней другой, а когда в небе стали появляться удивительные черные грачи, всем стало ясно, что никакой это не дурачок, не пионер и даже не местный сумасшедший, а просто-напросто солист Большого театра, членкор и лауреат четырех Сталинских премий, который решил перенести центр своей творческой деятельности в такое уединенное место, где красота природы и доступность женщин не отвлекают его от творческой работы. Переселившись на яблоню, солист Большого театра полностью ушел в творчество, стал носить малиновый пиджак и малиновую же малиновую бабочку, с удовольствием слушал крики чаек и крики детей и подглядывал за ними с ветки, поглядывая вниз своими красными бусинками-глазами. Любимым своим занятием солист стал считать поедание яблок, которые он срывал рано утром, когда в саду еще было мало народу. Козочку, из-за которой произошел большой скандал, он сожрал случайно, во время утренней прогулки по саду, когда та пыталась спрятаться за одним из яблоневых стволов, и когда солист Большого театра доел козочку, она оказалась не самой вкусной из всех съеденных им в жизни фруктов, и это было непростительным промахом с его стороны.
Грачи, которые совсем не боялись солиста, громко каркали на него сверху. В сад теперь никто не смел заходить, и в газетах все чаще стали появляться статьи о том, что солист Большого театра является переносчиком психических и умственных расстройств, скрытых под малиновым пиджаком и малиновой бабочкой. Кончилось все это тем, что из Москвы в совхоз отправили машину скорой помощи, и через неделю солиста Большого театра увезли в психиатрическую клинику. Больше он не вернулся, и шумиха вокруг его гастролей в старом саду понемногу улеглась. После войны жизнь в совхозе стала налаживаться, и как-то незаметно пришли другие времена. Детская площадка за клубом опять заросла одуванчиками, на которые изредка прилетали бабочки, и снова появился домик пионера. На зеленом холме опять паслись коровы, и все было как раньше, кроме того, что возле него был теперь дощатый туалет, а на холме появились три скамейки, на которых теперь сидели пионеры. Днем они с увлечением играли в городки и в бадминтон в саду, а после отбоя собирались у писсуара и громко хохотали, поднимая тучи брызг. В совхозе даже завелись девушки из близлежащей деревни, которые приходили в старый сад и подолгу возились под кустами, собирая яблоки и грибы. Никто не знал, откуда они берутся, а если и знал, никому не было до этого дела.
Словом, жизнь постепенно вошла в свою колею, но со старым сараем, в котором жили девушки, так никто и не решил ничего. А когда совсем прижало, на него вдруг налетела дикая саранча, и огромный кусок стены сарая ухнул вниз, похоронив под обломками и клумбу с пионерами, и пионерский домик, и всех, кто там когда-то жил, и навсегда превратив заброшенный сад в гигантский могильник. Когда дожди прекратились и небо прояснилось, стало ясно, что жителям совхоза пришел конец.