Значительная часть советского танкового парка, превышавшего количественно парк Вермахта в несколько раз[1] , была потеряна в летних боях 1941 года. Только в одном, крупнейшем танковом сражении, проходившем в конце июня под Дубно – Бродами, советские войска, несмотря на огромное численное превосходство (около 3 тыс. советских танков против 700 немецких), потеряли более 2,5 тысяч боевых машин (против 260 немецких).
Среди причин такого неслыханного и долгое время замалчиваемого разгрома часто называют слабую подготовку наших командиров, отсутствие боевого опыта, радиосвязи... Мы же обратим внимание еще на одну причину – отсутствие на танках противоснарядного бронирования.
К сожалению, ряд советских конструкторов, занимавшихся проблемой усиления брони, был репрессирован. Один из них – Михаил Петрович Зигель, работавший над созданием нового секретного танка с «противоснарядным» бронированием (изделие 111; Т-46-5 ). Танк разрабатывался в конструкторском бюро Ленинградского завода № 185 имени Кирова под руководством Семена Александровича Гинзбурга, который тоже полгода провел в заключении.
Участвовал в разработке этого танка и Михаил Ильич Кошкин, в будущем – главный конструктор знаменитой «тридцатьчетверки». Ему удалось отстоять Гинзбурга. А вот Зигель был осужден Военной коллегией к высшей мере наказания и расстрелян 6 мая 1937 года в городе Ленинграде. В тот же день репрессировали конструкторов самоходных и танковых орудий Николая Никитича Магдесиева и Павла Николаевича Сячинтова.
Магдесиева, создателя 203-мм. гаубицы Б-4, осудили к тюремному заключению сроком на 10 лет, через год он скончался в заключении. Сячинтова – расстреляли.
Сам Кошкин чудом избежал репрессий, захлестнувших Харьковский паровозостроительный завод им. Коминтерна, куда конструктор был переведен из Ленинграда в январе 1937 года.
В докладной записке НКВД «О конструктивных дефектах и задержке производством выпуска новых танков А-34 (прототип танка Т-34 – авт.) на заводе № 183 в г. Харькове» отмечалось: «При проектировании танка А-34, под руководством главного конструктора завода № 183 инж. КОШКИНА, было выявлено ряд дефектов, влияющих на боевые качества машины…».
Этот документ подписан заместителем наркома внутренних дел УССР Горлинским 7 февраля 1940 года. А уже через месяц из Харькова в Москву отправились своим ходом две «тридцатьчетверки», чтобы «намотать» километры, необходимые для испытаний надежности танка. В ходе этого пробега Кошкин простудился, серьезно заболел и через полгода скончался.
За три года до этого сотрудниками НКВД были арестованы работавшие над изделием А-34 конструкторы Афанасий Осипович Фирсов, Николай Фёдорович Цыганов, Адольф Яковлевич Дик.
Афанасий Фирсов, конструктор танков БТ-5 и БТ-7, еще в 1930 году проходил по «делу Промпартии». Он был осужден тогда коллегией ОГПУ к заключению в концлагерь сроком на пять лет. Но уже через 3 месяца переведен из мест изоляции на Харьковский завод им. Коминтерна, один из основных центров советского танкостроения.
Известно, что, благодаря Кошкину, убедившему руководство страны в необходимости перехода на чисто гусеничную машину, с дизельным двигателем, был создан легендарный Т-34. Но мало кто знает, что Фирсов внес существенный вклад в разработку устанавливаемого на этот танк четырёхтактного 12-цилиндрового дизеля БТ-2 (В-2) мощностью 400 л.с.
Еще одним творцом этого знаменитого мотора был начальник дизельного отдела завода Константин Фёдорович Челпан. Оба они были арестованы и расстреляны за «вредительскую деятельность».
Репрессиям подверглись в те трагические для страны годы многие инженеры Харьковского завода. Был уничтожен практически весь дизельный отдел завода: расстреляли М.Б. Левитана, З.Б. Гуртового, Г. И. Аптекмана, по "десятке" лагерей получили Ю.А. Степанов и И.Я. Трашутин. Последний в феврале 1939 года был освобожден из заключения после пересмотра дела, занимался доводкой и модернизацией двигателя, стал дважды Героем Социалистического Труда.
Был освобожден из заключения и Николай Цыганов, руководивший до ареста разработкой танка БТ-СВ-2 (еще один из прототипов Т-34). Ему принадлежала идея наклонного расположения броневых листов для улучшения защищенности танка. А вот Адольф Дик, осужденный на десять лет лагерей, отбыл срок заключения полностью. В 1947 году он был выслан в Бийск, а в Москву смог вернуться только в 1964 году.
[1] По состоянию на 1 июня 1941 г. в РККА на вооружении находилось более 23 тыс. танков и САУ, из них боеготовых – более 80%.