Новая глава книги!
Огромное спасибо каждому, кто заглянет и выскажет свое мнение. Продолжение читайте уже сейчас на Author.today
Наша группа неспешно лавировала между отдыхающими горожанами, впитывая полузабытую атмосферу всеобщей радости. Честно говоря, успел даже как-то позабыть, что такое праздники. А тут такая удача! Я даже позволил себе перейти на легкую летящую походку, слегка подпрыгивая от предвкушения. Даже мои спутники вроде как повеселели, не смотря на нависающую над этим городом угрозу внезапного нападения.
- Умник, да угомонись ты, - вот и любит же Колесо всю малину испортить, - Скоро уже придем.
Я с надеждой посмотрел на Егора, который в ответ часто-часто закивал головой, будто игрушка с пружиной вместо шеи, которые когда-то было можно ставить у лобового стекла автомобиля. А ведь парень пусть и стесняется, но видно, что рад такому развитию событий. Вон и уголки губ обозначили легкую улыбку, взгляд стал чуть более живым, задорным. Хотя, разве можно ему что-то за такое предъявить? Консерва все последние дни только и делал, что прощался с жизнью, удивлялся до состояния полнейшего шока и вываливал на свет божий содержимое своего желудка. Можно и отдохнуть, в конце-то концов.
- Белая стрекоза любви! Стрекоза лети!
Мы тем временем приближались к площади, откуда все это время и доносилась музыка. Центр этого небольшого городка оказался еще более воодушевляющим местом, чем я предполагал изначально! То тут, то там виднелись танцующие и слегка нетрезвые жители, в ритме танца спотыкающиеся о брусчатку. Некоторые уже успели разбиться на компании и о чем-то шумно переговаривались возле расставленных по периметру лавочек, мешая рассевшимся на них парочкам наслаждаться друг другом. Что удивительно, даже мусора под ногами не было - сознательные жители все следы своего празднества оперативно утилизировали в ближайшие урны. Вот уж никогда бы не подумал, что угроза быть сожранными заживо помершим соседом по квартире так сильно повлияет на сознательность местного населения и российский менталитет! На немногочисленных фонарях даже виднелись бумажные украшения, явно сделанные вручную местными энтузиастами. На парочке столбов даже виднелись гирлянды, добавляющие в освещение вечерней площади какую-то особенно теплую, душевную нотку. Будто попали на день города в какой-то маленький Европейский городок.
Потянувший меня за рукав Консерва ткнул пальцем в угловой дом, откуда слышался гомон голосов и раздавался изумительный аромат выпечки, перебивавший даже витающий над площадью аромат перегара и дешевых сигарет. Нам явно в ту сторону, вот только кто сказал, что мне нельзя отвлечься? Тем более отвлечься было на что: в центре площади, рядом с небольшим фонтаном расположилась любовно сколоченная из досок и украшенная разноцветными тряпками сцена. Старенькие, но мощные концертные колонки все еще играли последний трек, а за диджейским пультом неловко мельтешила маленькая и до безумия миленькая девица. Светлые волосы до плеч аккуратно падали на края пышного голубого платья с белой подкладкой, причудливо развиваясь при каждом движении. Пусть ей и было лет 20 на вид, но низенький рост и тоненькие, но элегантные руки делали ее больше похожей на детскую куклу, которую зачем-то поставили рядом со сложной взрослой аппаратурой явно не по возрасту. Тем не менее, эта особа порхала вокруг музыкальной установки с такой грацией, будто исполняла сольную партию в балете “Лебединое озеро”. Завораживает!
Егор был вынужден буквально спихивать нас с места, громко проговорив что-то поучительно-мотивирующее. Нас? Обернувшись, я увидел нашего дорогого медика, которого также загипнотизировал вид этой прелестной маленькой феи. Как-то я, видимо, недооценил влияние затворничества на работу мозга взрослого парня. Сколько мы вообще на нее так откровенно пялились?
- Давайте уже, того, заходите, - Консерва буквально силком затолкнул нас внутрь обитой сталью двери. Безопасность, однако.
Внутри нас ждала атмосфера, как бы так сказать.... контрастная. Если снаружи в воздухе царила радость и даже какое-то умиротворение, то внутри все было куда более оживленно и даже буднично, учитывая специфику баров еще до катастрофы. Потертый деревянный пол со сколами и темными следами не то крови, не то каких-то особенно едких напитков, явно не походил на ковровую дорожку. За многочисленными столиками шумели разномастные компании, в основном состоящие из подвыпивших мужиков военной наружности. Учитывая, что это бар посреди военной части, такая аудитория не была чем-то удивительным для нас. Здесь уже запах спиртного и дивный аромат пищи смешались в какой-то совсем уж ядреный аромат, определить свое отношение к которому я банально не смог. И приятно, и противно, а на клубах табачного дыма по ощущениям так и вовсе можно было оставить верхнюю одежду, настолько он был густой и вездесущий. Приглушенный желтый свет от лампочек Ильича, висящих на одних проводах, добавлял в антураж этого места даже какие-то нотки из фильмов про Дикий запад. Наверное, это у меня сработала ассоциация из-за пары десятков фильмов на эту тематику, что я смотрел, пока сидел в одиночестве. Ну, знаете, все вокруг такое деревянное, куча суровых людей с оружием, закатное солнце… Натуральный салун.
- Смотри, куда копыта ставишь!
Ой-ой, кажется задумавшийся Колесо на кого-то нечаянно наехал. Я бы обязательно пошутил над этим каламбуром, но уж больно вид у пострадавшего воинственный. Лысина блестит, морда кирпичем. Форма еще военная, плечи широкие. Ростом повыше любого из нас. Надо бы как-нибудь аккуратно разрулить этот конфликт…
- Отвали, - ответил наш водитель, отодвигая ошалевшего от такой наглости вояку в сторону. Не менее ошалевший Егор тут же подправил их курс в сторону самого дальнего из свободных столиков.
Громила тем временем закипал от злости и сверлил взглядом моих удаляющихся товарищей. Вот черт, опять мне за всех отдуваться.
- Ох ты ж батюшки, дичайше извиняемся, что потревожили вас, - громила перевел взгляд уже слегка покрасневших глаз на меня, - Мы с моими спутниками так устали с дороги, просто сил нет. Долгая дорога, дальняя дорога, умаялись мы и все такое.
Как я уже давно понял для себя, главное в подобных ситуациях - сделать так, чтобы сторона-агрессор перестала понимать, что вообще происходит. Заговариваешь зубы, полощешь мозги и медленно уходишь в закат, желательно закончив какой-нибудь благозвучной фразой. Никаких претензий, никакого негатива, только чистый и ничем незамутненный поток информационного мусора, выбивающий из головы собеседника причины его обиды и планы на ближайшее будущее.
- Вот вроде погода такая расчудесная сегодня была, так все равно умаяться умудрились, так еще и на праздник попали. Такая неожиданность, но такая безмерно приятная и бесконечно неожиданная! Вот и кто бы мог подумать? - сам я уже, согласно доброй традиции, маленькими шажками начал удаляться от вояки в направлении нашего столика, - Вот и мы не могли подумать! Думать, знаете ли, вообще не самая большая наша специальность, за что я еще раз дичайше извиняюся. Это философы там всякие, мыслители - туда, к ним все. Тем более мы ж только с дороги, а это на интеллектуальной деятельности сказывается самым ужаснейшим образом, - тут я внезапно посмотрел на часы, - Батюшки свет, времени-то сколько! Прошу прощения за свое столь скорое отбытие, но меня ждут мамзели и мандаринки без косточек. Всего доброго!
Так, а сейчас главное уверенно и решительно развернуться. Затем также уверенно и решительно юркнуть за наш стол, пока собеседник все еще пытается понять “кто это нахрен такой”. Вот даже не знаю, получилось ли в итоге что-то хорошее. Справедливости ради, по морде ни я, ни кто-либо другой не получил. Хотя я-то как раз мог, бывали уже случаи и агрессивные собеседники. Только вот вспоминать об этом во время таких разговоров - верный путь начать волноваться и терять самообладание. А чем увереннее ты держишься перед такими вот готовыми сорваться ребятами, тем больше шансов на успех. Уж не знаю, природа тут виновата, инстинкты или банальная психология, но волнение и страх для таких вот молодчиков работают не хуже, чем команда “фас” или красная тряпка. Что ж, пусть мне так ничего и не ответили, но будем считать, что этот раунд за мной. Ух… Что-то тяжело мне начинают даваться эти ваши социальные взаимодействия, надо бы и перерыв устроить.
- Что есть из спиртного? - спросил я у невзрачной девушке в сером платьице, что судя по всему была тут в роли официантки.
- Добрый вееечер, - ответила девчушка, немного растягивая гласные. Вряд ли у меня сейчас какой-то особенно смущающий или пугающий видок, так что предположу, что она банально заикается. Блин, даже немного обидно, что не из-за меня! Никогда не замечал в себе жажду быть в центре внимания, как минимум на этой неделе, - Ост...ался только с...амогон.
- Тогда любезнейше прошу, принесите три стопки вооон за тот столик, - указываю жестом на угол, где расположились Консерва с Колесом.
- П...остойте, но ведь они уже з...аказали три, - даже не возразила, а скорее уточнила официантка.
- Ну, так это они на всех, а я - чисто для себя, - я немного по-детски хихикнул и прошмыгнул в направлении нашего столика, оставив официантку в легком недоумении.
Вот же негодяи! Мои напарники уже чуть не подняли тост без меня! Пришлось оперативно дать подзатыльник сидевшему ко мне спиной Егору, когда подходил к столику. Колесо, памятуя о проблемах, которые я вынужден был за него разруливать, слегка потупил взгляд в стол. Видимо, собравшись с духом, он вновь поднял взгляд и одним движением глаз и кивком головы поблагодарил меня за помощь. Вот и как ему это удается, не пойму. Вроде и не говорил ничего, а я его прям понял.
- Что ж, граждане алкоголики, хулиганы и немертвые, - наш столик был достаточно далеко от лишних ушей, чтобы я мог шутить без лишних рисков, - Поздравляю нас с прибытием в цивилизованное общество!
- Ага, цивилизованное, - добавил Колесо, брызжа слюнями и сарказмом.
- Эй, ну вы чего, в самом деле? Тут, это, нормальный народ живет, - включился было в Егор, но я жестом прервал его правозащитную речь.
- Стоп-стоп, мы не с того начали. За приключения! - две пары глаз уставились прямо на меня, пока я уже заносил “стопку в топку”. Не став отставать, ребята повторили мой жест. Правда мы чокнуться забыли, ну да ладно. Чокнутых среди нас и так слишком много, хе-хе.
Вечер проходил достаточно спокойно. Мы сидели и квасили, наслаждаясь праздничной атмосферой и обрывками доносившейся с улицы музыки. Потеребив немного Консерву, мне удалось выудить у него несколько смущающих университетских историй. Ну, знаете, таких, где всегда присутствует шумная компания, первокурсницы и какие-нибудь хитрые взаимоотношения между всеми действующими лицами. Слушать со стороны такое весело и интересно, а вот участвовать - далеко не всегда. К счастью, на учебы мы сейчас можем сходить разве что для того, чтобы в развалинах найти немного бумаги на костер.
Через часок даже Колесо немного потеплел, благодаря чему из нашего немногословного и вечно хмурого товарища удалось выудить несколько пусть и куцых, но весьма любопытных историй на тему медицины и всего прочего. Впрочем, без первокурсниц не обошлось даже там.
Эх, хорошо тут все-таки. Давно я вот так не сидел, не болтал в приятной компании обо всякой ерунде. Нет, конечно же такое было и раньше, еще в прошлой жизни. Да только разве это сейчас считается? Честно говоря, в последнее время я как-то удивительно часто начал задумываться о таких забавных вещах, как общество и собственная смерть. Как же чертовски важно находиться рядом с другими людьми, как оказалось. Вроде бы и недолго путешествовали, а к тому же Егорке я, честно признаться, успел привязаться. Наивный, чересчур впечатлительный мальчишка, буквально вчера выпустившийся из школы. И почему так? Вроде мне всегда казалось, что я за интеллект, чтоб собеседник был интересным и многогранным. С глубоким, чтоб его, внутренним миром. И вот-те раз, меня подкупили банальной искренностью. Вот и гадай теперь, или я чего-то о своем характере не знал, или это так отшельничество на меня подействовало, что я был готов на любого разумного кинуться с распростертыми объятиями.
- Умник, у нас проблемы, - из раздумий меня выбросил голос Колеса, сидящего прямо передо мной. Егор смотрел на него с непониманием. Мне же пришлось немного напрячь ослабленные алкоголем мозги и взглянуть медику в глаза, чтобы все понять.
Твою мать! И почему именно сейчас?
- Положительный? - спросил я.
- Да, вроде, - ответил Колесо. Егор все еще вращал головой, не сильно понимая, что происходит.
- Умойся, пока есть время, а я пока попрошу воды или еще чего, - колесо кивнул и как мог стремительно пошел в направлении туалета.
- Эм … А что случилось-то? - Егор задал вопрос, мучивший его настолько, что он даже немного ерзал на стуле. Видать, на слово “проблемы” он так среагировал.
- Ух…- я выдохнул и осушил еще одну стопку. Не то чтобы это было необходимо, но нужно было как-то уравновесить слегка отрезвившую меня порцию адреналина, - Помнишь, я рассказывал тебе, что у прозвища нашего дорогого друга есть две причины?
- Да, было такое.
- Ну так вот она, вторая. Получите и распишитесь! - видя все больше непонимания в глазах Консервы, я постарался взять себя в руки и стать серьезнее, - Ладно, потом шутки дошучу. Кхм...Дело такое, наш с тобой медик не только медик, но еще и химик. Ну и, как любой порядочный исследователь, совмещающий эти два направления, эксперименты он ставил на себе. Понимаешь?
- Пока не очень, - честно ответил Егор.
- Да что ж … Короче, запрещенкой он баловался. Вроде как исследование какое-то проводил по учебе, а после уже и без учебы начал исследовать. Не пропадать там, а для души, вроде как. Кровь на груди видел? - Консерва кивнул, - Ну так вот у него так дырка сквозная. Арматурой вроде как пробили, когда фура со строительным мусором неподалеку от дома его перевернулась. Потом еще вроде как покусал в руку кто-то, не суть. Пробило нашего медика, он за свою жизнь и испугался. Больницы далеко, скорой хрен дождешься даже в мирное время, не то что тогда. Знал он, что не жилец, а как шок болевой отойдет - последние минуты проведет в жутких муках. Вот и принял, так сказать, на грудь, все свои запасы вперемешку, уже особо не разбираясь. Да и понять его можно, мало кто у нас любит корчиться от боли. Только не учел наш Колесо, что он воскреснуть может. Просто взял и встал через денек, примерно как я. Удивился, ясное дело, арматурину вынул и дальше жить начал.
- Погоди, а проблемы-то тут при чем? - спросил Егор.
- А в том, что я не разбираюсь в биологии, - я развел руками.
- То есть?
- А то и есть, - я глянул в направлении зала, пытаясь найти там слегка задерживающегося медика, - Воскрес наш Колесо вместе с тем, что в себя запихал при смерти. Не уходит, сколько бы не очищал организм, который после воскрешения и так хрен пойми как работает. Вот и происходит раз в несколько дней такая пляска. Накрывает его.
- Так, кажется, я понял … - протянул Егор, взглянув на ситуацию под новым углом, - А к чему было про “положительный”?
- Так ему ж по-разному мозги полощет. Такая-вот русская рулетка в рамках одного единственного организма. Нам еще с тобой повезло, не самый худший вариант выпал. Будет наш медик сегодня очень разговорчивым и добрым, а через пол дня превратится в тыкву.
- В тыкву? - переспросил Егор.
- Не бери в голову. Это проблемы будущих нас, - оборвал я на веселой ноте, чувствуя какое-то движение. К нашему столику, видать.
Егор, думаю, простит мне мой разумный интерес. Обернувшись, я в первую очередь увидел очень яркое голубое пятнышко, движущееся в направлении нашего угла. Так, вырубаем фантазию, врубаем зрение…
- Колесо, мать твою за ногу… - тихо выругался я.
К нашему столику, плавно обходя залитые спиртным грязные столики, двигалась очень яркая парочка. Яркая в том смысле, что они постоянно о чем-то щебетали и смеялись, полностью игнорируя завистливые и хмурые взгляды с разных концов зала. Девушкой была та самая диджей, что еще час назад развлекала народ на площади. Вот хотел я на нее посмотреть? Хотел, еще когда подборку музыки услышал у главных ворот. Вот и получил, правда уж больно неожиданно. Вблизи она оказалась еще больше похожа на миленькую куколку, которую так и хотелось потискать. Сопровождал же ее, понятное дело, наш медик. Он же наш химик. Он же наш, блин, ловелас. Когда он успел? Вот объяснит мне кто-нибудь, когда? Мы даже договорить толком не успели, а он не только виртуозно слинял из сортира на встречу приключениям, так еще и нашел их. Это даже не зависть или удивление. Я, кажется, забираю у Егора его любимое занятие - нахожусь в полнейшем шоке. Хотя, стоит отдать ему должное, держится наш ловелас более чем уверенно. Светится весь, улыбается до ушей, разговаривает без умолку. Колесо! Разговаривает! Да уж, давненько я так не удивлялся. Консерва, судя по раскрывшимся глазам, тоже.
- Дорогие друзья, - начал подошедший медик, - Позвольте вам представить - Даша, самый прелестный цветок во всем городе!
- Ой, Алексей, ну что ж вы меня так смущаете, - нежный высокий голос и заливающий щеки румянец. Так бы и потискал! Ладно, блин, стоит признать, я просто завидую.
- Алексей? - в недоумении повернулся ко мне Консерва.
Раз уж наш Колесо решил представиться настоящим именем, а не прозвищем, придется подыграть. Сто лет уже так не представлялся, но что ж поделать, не бросать же друга в беде. Хотя, признаюсь, несколько неуютное чувство. Ему-то сейчас все хорошо и весело, а я уже привык несколько разделять эту жизнь и прошлую.
- Да, нашего друга Лехой зовут, - ответил я Консерве и повернулся к даме, которой Колесо уже откуда-то принес стул, - Александр, приятно познакомиться.
- Александр? - Консерва вновь с удивлением посмотрел на меня.
- Да, блин, меня так зовут! Хорош уже удивляться всему подряд, - получилось несколько грубее, чем я хотел, ну да ладно.
- А меня, это, Егором зовут … - наш техник немного помялся, прежде чем закончить приветствие.
- Приятно познакомиться, мальчики. Леша мне столько про вас рассказывал! - радостно протараторила девушка.
Как? Когда? Кто-нибудь, ущипните меня, я явно чего-то не понимаю.
- В приличном обществе за такое принято пить. Что ж, не будем пренебрегать традицией! - заголосил Консерва, прикладываясь к фляге.
Быстренько ощупав свои карманы, я убедился, что фляга не моя. Фух, еще одного потрясения за несколько минут я бы не пережил. Консерва тем временем благополучно отпил причитающееся и отдал флягу даме. Последняя, отложив в сторону маленькую сумочку и запрокинув голову, не по детски присосалась к содержимому. Совсем не по детски, пол фляги наверное за глоток выпила. Вот вам и маленькая, вот вам и миленькая…
Стоять, они ж из одной фляги в приступ пили. Твою мать!
Я сидел и наблюдал, как глазки милой спутницы нашего друга медленно начинают расширяться, а улыбка - расти все сильнее и сильнее. Пожалуй, про передачу приступов Колеса через телесные жидкости я зря умолчал. Глядишь, Егор бы меня подстраховал, избавив даму от новых, наверняка незабываемых ощущений.
Как выяснилось, боялся я зря. Наша парочка была бодра, весела и постоянно хохотала, привлекая к нам теперь уже редкие завистливые взгляды. И все-таки милейшая девчушка, не устану повторять. На тот час с небольшим, что мы сидели и общались, она успела рассказать нам больше, чем Колесо рассказывал мне за все время нашего с ним знакомства. Про тяжелые школьные годы и неприятных одноклассников. Про увлечение музыкой и учебу в музыкальной школе, на которой настояли родители. Про поступление в университет на звукорежесуру, сопровождавшееся скандалами с родителями. Про удачное поступление и неудачную первую любовь, которую оборвал так внезапно начавшийся конец света, унесший жизни ее жениха и всей ближайшей родни. Честно говоря, ее веселый рассказ меня даже немного напугал, так сильно он контрастировал с грустными голубыми глазами. За всеми этими поездками я, оказывается, уже начал забывать, как много вокруг нас больших трагедий. Трагедий людей, которых мы не знаем и, возможно, никогда не узнаем, потому что их уже некому рассказывать. А я тут, понимаете ли, живу себе, молчуны меня не трогают. Даром, что сам умер. Грустно, аж плакать хочется… Это все чертов алкоголь на меня так влияет!
- Ох, мальчики, я отойду носик припудрить, - Даша встала и неуверенно шатаясь побрела в сторону уборной.
- Ну что, - начал Колесо, когда она немного отошла, - Как она вам?
- Очень … милая, - смущенно сказал Консерва. У него даже щеки покраснели. Ребенок, ей богу.
- Да, приятная девушка, - я решил не повторять за Егором и немного снизить градус всеобщего обожания.
- Не просто приятная. Чудо, как хороша! Ребята, кажется я влип … - признался Леха, водя шальным взглядом из стороны в сторону. Взгляд этот как раз зацепился за сумочку, что девушка оставила за столиком, - Ох, она ж сумочку забыла! Надо срочно отнести!
- Колесо, дорогой мой, остынь. Ты сейчас вряд ли дойдешь, - я постарался немного остудить пыл своего разгоряченного чувствами товарища.
- Но ведь ей тоже тяжело! А дамам нужно по-мо-гать, - последнее он произнес по слогам, водя дрожащим пальцем у меня перед носом. Пришлось приложить немало усилий, чтобы заставить нашего джентльмена сидеть на месте.
- Ладно-ладно, не мельтеши, - я уже силком посадил порывавшегося встать медика, - Сам отнесу, надежней будет.
Сзади доносились какие-то нечленораздельные звуки искреннего возмущения. Ну и пусть, встать-то он все равно не сможет. Сжимая в руке ту самую таинственную женскую сумочку, где нормальный мужчина может найти разве что политическое убежище, я уверенно двинулся за нашей Дашей. Нашей? Да, черт возьми, Умник, ты снова успел к кому-то привязаться буквально за пару часов знакомства. Молодец, ничего не скажешь, однако твое поведение мы обсудим уже на трезвую голову. Эх… Было бы здорово взять такую милашку с собой. Нашей компании все же не хватает это, как ее … ласковой женской руки, во! Хотя блин, как-то не очень благозвучно получилось. Короче, разбавить нашу “компанию по спасению мира” такой личностью было бы очень и очень здорово.
Немного покрутив в голове эту мысль и весело улыбнувшись ей, я подошел к нужной двери. Хорошо хоть рядом никого нет, а то меня бы не поняли. В женский стучусь, все же. Хихикнув про себя, я все же взял мысли в кулак и им же постучал.
- Даша, я тут тебе сумочку принес. Она тебе нужна? - спросил я.
Десять секунд, двадцать. Минута. Ответа не было.
- Даш, ты меня слышишь? Все хорошо? - спросил я на всякий случай.
Ответа снова не было. Ну, наверное она просто далеко отошла, ничего страшного. Сейчас, пожалуй, аккуратно зайду, пока никого нет, оставлю сумочку на раковине и пойду обратно. Да, так и сделаю, незачем красивых девушек у туалета караулить.
Полуоткрытая дверь выхватила полутьму уборной, в которой периодически мигала старая лампочка. Облупившаяся краска на стенах открывался чудесный вид на штукатурку, хотя кое-где и виднелись следы неаккуратного ремонта. Немного закрашенных надписей на стенах, плитка на полу. Типичный такой санузел, как в любом дешевом баре или дорогой областной больнице. Выбивалась из привычной атмосферы только лежащая на полу девушка в голубом платье, чьи светлые волосы были заляпаны густыми каплями крови.
- Бардак… - сказал я первое, что пришло на ум.
Вечер переставал быть томным. Пожалуй, стоило все же чокаться, когда мы пили за приключения.