Мягкий и завораживающий голос Жорки мог очаровать кого угодно.
Женщины буквально млели от него. Мужчины приходили в восторг и искренне жалели, что не знали Жорку раньше.
Жорка приезжал в Прагу на Главак (Главный железнодорожный вокзал - Hlavni Nadrazi) по каденции на биометрии, обычно не надолго. Месяца на три. Бывало и побольше. По польской визе на полгодика.
Непыльную работу в uclidova sluzba (службе уборке поездов) Жорке посоветовал шурин - брат жены.
Все они, и его жена, и шурин, и сам Жорка, - из хорошо известного украинского городка ведьм - Конотопа.
Жорка знатный ловелас и в своем городе, что называется перетоптал всех самых заметных самочек Конотопа.
Жена его, - Амина, - ещё с первых лет брака прознала про "бешенство батьки" своего супруга.
Смирилась она с этим не сразу.
-Ты бы брома что ли попил, Жорка!?, - любила подкалывать его Амина.
Жорка на это лишь вяло отшучивался, в мыслях предвкушая очередную встречу с новой зазнобой.
Навыки изначально природного обаяния Жорка отточил на самой любимой из своих работ - охране зеков.
Жорка был хоть и мастер на все руки, - и дрова мог нарубить, и гвозди забить, - но больше всего ему нравилось зеков охранять.
Здесь все загадки психологии выходили наружу.
С помощью зеков ему нравилось разгадывать самые скрытые и изощрённые тайны человеческой натуры.
Однако от общения с зеками быстро устаешь.
Поэтому на предложение шурина поехать поработать в столице Чехии на уборке поездов и мытье стекол локомотивов, Жорка откликнулся с радостью и без тени малейших сомнений...
Скоростные поезда чехов: остроносые "Pendolino", ("Пендолино" - от итал. "пендол" - маятник), обтекаемые "Siemens" и неотёсанные старые ЧСки..
Все они куда -то спешат.
На помывку стекла каждого из них у Жорки уходит не более пяти, от силы десяти минут.
И Жорка справляется с задачей блестяще. Ещё бы!
В отцовском доме он с легкостью, проворством и быстротой, забравшись на верх длинющего дерева, пилит ветки повидавшей всякое бензопилой.
А здесь задача попроще.
С помощью лестницы взабраться на острый нос рослого "Pendolino", обмакнутой в химию щеткой, вымыть стекло и, быстро стерев остатки химии и грязи, не забыть поставить на место массивные "дворники" скоростного электропоезда.
Зевать здесь нельзя!
Его предшественник -, чех Анджей, чуть было не попал под колеса шустрого поезда по причине собственной нерасторопности и забывчивости машиниста.
Поэтому Жорка спешит, успевая с лихвой натереть стекло красавца "Пендолино".
Примерно такую же процедуру Жорка проделывает и с лобовыми стеклами скоростного локомотива "Siemens", пригородного тихохода "Elifant" (по русск. - "Слоник") и старого "широкоскулого" ЧС.
В перерывах между помывкой стекол Жорка помогает дамской части коллектива с уборкой поездов.
Вместе они очищают кошики (корзинки) с мусором, протирают столики и окна в вагонах, а также моют полы.
В последнем занятии Жорка поднаторел и набил, что называется, руку до автоматизма.
Он знает тысячу и один способ как сделать это быстро ("по шурику"), даже артистично и совершенно точно без проблем, - чтобы угодить шефу - старому патлатому рокеру Дрейчу.
Полуцыган- получех - полуеврей Дрейчу- психопат. Он давно не любит людей, а украинцев - заробитчан тем более, устраивая им ежедневные разносы с истериками.
Удивительно, но у Жорки с Дрейчем отношения на зависть многим, поскольку связующим звеном в их довольно гладких взаимоотношениях служит Марта.
Марта - возлюбленная Жорки и помощница Дрейча.
Роман Жорки и Марты завязался внезапно, - в период их совместного дежурства на Массариково Надражи (Masarykovo nádraží - второй железнодорожный вокзал Праги - авт.).
Марта, хоть и старше Жорки , но манит того безумным обаянием своей сексуальной энергии и легким незатейливым отношением к жизни .
Приятным бонусом к их взаимоотношениям служит не только европейское гражданство прибалтки Марты, но и ее шикарная съёмная однушка, которая вскоре превращается в их совместное любовное гнездышко.
Тешат самолюбие Жорки и совместный быт, и вкусные харчи Марты, и избавление от ежемесячных трат на съем дорогого пражского жилья, а также отсутствие нежелательного соседства с собратьями по несчастью украинцами - заробитчанами, так и норовящими умыкнуть что - нибудь Жоркино из холодильника, а потом с невинным видом восклицать "А що це було твое?!" ("А что, это было твое?!")
Все сэкономленное Жорка отправляет на Родину жене Амине и сыну Максику.
Радует его и то, что Марта с пониманием относится к его шалостям в виде увлечений, как дамами с Главака, так и девушками со всех окрестностей Праги.
Она умеет разделять его любовь к ней и сиюминутные увлечения к другим дамам.
Единственная, кто не разделяет увлечений и привязанности Жорки, - так это его теща - Зинка.
Та даже специально приезжала с трудовой инспекцией на Главак, чтобы убедиться, что ее любимый зятек занимается здесь исключительно зарабатыванием денег, а не прочими непонятными ей "шалостями".
Каким - то чудесным образом Зинку удалось убедить в высоких моральных устоях ее зятя и отправить ее восвояси домой, после чего роман Жорки и Марты разгорелся с новой, невиданной ранее силой.
В месяцы работы на Главаке Жорка жил, что называется, как у Христа за пазухой.
Будущее рисовалось ему в радужных красках.
Радости добавляла и хитроумная комбинация, которую Жорка намеревался провернуть в самое ближайшее время.
Осуществив фиктивный развод с Аминой, Жорка намеревался взять, что называется, быка за рога и ... жениться на Марте, получив через пять годков европейское гражданство.
Утопающая в грезах любви Марта ради Жорки была готова на все ...
Казалось ничего не предвещало беды, но ... счастливое несчастье в виде белокурой розовощекой молодки-закарпатки Аньки, появившейся, как гром среди ясного неба на Главаке, нарушило тонко продуманные планы Жорки.
Как только она появилась в службе уборки вагонов (uklidova sluzba) Главака, Жорка сразу понял - он встрескался в нее по - уши ...
Здесь не обойдешься быстрым и страстным сексом в купатке (ласк . - купе) "Немецкого экспресса" или в таком же уютном местечке старого добротного поезда на Дечин (Decin - чешск.).
"Тут чувство поглубже Марианской впадины будет",- подумал со смешанным чувством тревоги и затаенной радости Жорка.
Судьба вроде бы фартила ему. Марта, на счастье, несколько дней назад при осмотре новой шатни (места отдыха и переодевания) для службы уборки, упала и, повредив руку и ногу сидела дома, а значит никто не мешал Жорке пустить в ход все щупальца его природного обаяния и выработанных черт и обаять чертовски привлекательную молодку с Закарпатья.
Жорка стремительно пустился покорять свою жертву.
И трёх дней не прошло, как Жорка с закарпаткой то страстно обнимались в закутках Главных Надрожей (Hlavni Nadrazi), то пробуя на прочность широкие удобные столы в купе "Немецкого экспресса", а также добротные мягкие кресла старого но быстрого Дечинского поезда.
Интервалы между приездами и последующими отьездами этих поездов позволяли влюбленным голубкам вдоволь насладиться прекрасными моментами и способностями друг друга.
Все бы ничего, да вот только интуитивная Марта, почуяв недоброе, начала догадываться и по вечерам, в моменты его возвращения домой, задавать неудобные наполненные эмоциональными красками вопросы нашему влюблённому ловеласу.
Подогреваемая "добрыми душами" коллег с Главака, Марта с каждым днём всё больше взрывалась неприятными для Жорки нотками женской ревности .
Благодаря неимоверным усилиям и бездне собственного обаяния, Жорка гасил эти вспышки неуправляемого дамского гнева, успокаивал Марту, а на следующий день вновь и вновь испытывал на прочность столы любимых экспрессов, а заодно и нервную систему Марты, старого параноика Пучика и словоохотливых коллег с Главака.
По - настоящему черные дни для Жорки настали когда Марта оправилась от травм и снова приступила к работе.
Жорке стоило неимоверных усилий наступить на горло собственной песне и завуалировать отношения с молодкой так, что каждый новый комар и носа бы не подточил.
Но на его беду, все назойливые комары, то есть беспокойные комрадки (вольн.- коллеги), были черезчур болтливы и без умолку обсуждали подробности нового романа нашего героя - любовника .
Единственным утешением для Жорки было то, что Марта не только терпела его, но и по доброте душевной ссудила ему тысячку зелени из своей зарплаты.
С мечтами о грядущем европейском гражданстве Жорка, нехотя, но постепенно расставался, а вот со своей молодкой, он, расставаться, разумеется, не хотел.
Напряжение любовной троицы удалось слегка снять лишь в последний день каденции закарпатки.
Ситуация была невыносима и заигравшемуся Жорке и страдающей Марте и забавляющейся тройственностью ситуации молодке Аньке.
Тяжело пережив разлуку, Жорка тем не менее, нашел в себе силы вернуться к ежедневному обольщению ревнивой Марты и телефонному ублажению всезнающей жены Амины.
Планы по обретению вожделенного европейского гражданства продолжали стремительно разрушаться.
Тем не менее Жорка, не желал мирится с ожидавшей его потерей и все ещё надеялся на чудо, попутно стремительно зачищая следы своего меркантильного романа с Мартой от посторонних.
Все вырученные в этой любовной связи деньги, он переправлял жене на Родину, через меня - своего коллегу .
Дружа и с Мартой и с Жоркой, я пребывал в счастливой уверенности в искренности чувств Жорки, пока случайно не встретил их с закарпаткой в одном из закутков на Главаке
Мне все сразу стало ясно.
Единственная, кого мне было по - настоящему жаль, так это бедняжку Марту.
Но вовремя поняв из разговоров с Мартой, что та в курсе всего происходящего, я отпустил ситуацию на волю судьбы и помогал Жорке с отправкой финансов на родину при поддержке всего этого процесса Мартой.
Изначально Жорка с молодкой попытались провернуть хитроумную комбинацию и представить все дело так, будто жаркий роман с закарпаткой начался у меня.
Но вовремя поняв, что я - в курсе всего происходящего, бойкая закарпатка прекратила неумелые попытки завлечь меня в силки своего ненасытного обаяния.
Момент максимального расслабления для Жорки настал в последний день его каденции на Главаке.
Изобразив томно страдающего возлюбленного, Жорка с радостью в сердце и в душЕ простился с Мартой и поехал "зализывать раны" в родной Конотоп.
На самом деле это было затишье перед решающей схваткой.
В ближайшее время он намеревался получить трехмесячную чешскую визу и, как говорится, по - полной, отдоить добродушную Марту.
Страданиям прибалтийской бедняжки Марты не было предела. Та названивала ему из Праги в Конотоп на "Вайбер".
То и дело путая интернетовские переговоры по "Вайберу" с дорогущими международными переговорами, Марта расходовала на телефонные страсти львиную долю своей зарплаты.
Ревность и обида Марты изводили изворотливого Жорку так, что он все чаще и чаще стал уклоняться от разговоров с несчастной возлюбленной.
Марта, не находила себе места, а Жорка, тем временем, ворковал с Аминой, строя грандиозные наполеоновские планы на будущие траты денег, которые он планировал получить используя добродушную Марту в последний раз. "Хотя, чем черт не шутит, может быть и не последний", - со смутной надеждой думал Жорка.
Был у Жорки и смелый "БлицКриг", заключавшийся ... в скорой встрече на Главаке со своей возлюбленной Анькой.
Та, тоже, в ускоренном порядке, делала документы и готовилась вернуться на Главак.
Известие о возращении ушлой закарпатки застигло Марту врасплох.
Марта втайне надеялась, что ее мучения закончились, любовный треугольник разрушился и она больше никогда не увидит объект своих страданий - закарпатку Аньку рядом.
Каково же было удивление и разочарование латышской красавицы Марты, когда она узнала о возвращении разлучницы - молодки Аньки на Главак.
Марта впала в депрессию. Мир ее радужных иллюзий был окончательно разрушен, а ежедневные беседы с Жоркой, все чаще и чаще превращались в тоскливый монолог до глубины души обиженной женщины.
Жорка, изрядно утомленный гневными тирадами бедняжки Марты, под благовидными предлогами, все чаще и чаще, на полуслове прерывал ее, и с облегчением положив трубку, переключался на радостное щебетание с возлюбленной закарпаткой.
Марта, тем временем, не находила себе места и жутко ревнуя, пила кавичку (кофе - ласк. по чешск.), за кавичкой , разбавляя все это шипучей "Колой".
По - настоящему адовые дни для Жорки настали, когда Анька вернулась на Главак.
Марта звонила беспрестанно. Начавшая подозревать неладное Жоркина теща Зинка начала ходить по бабкам-ведуньям-колдуньям, а наш влюбленный ловелас готовился держать самую трудную оборону в своей жизни с приездом в Прагу.
В ту среду он, в очередной раз нервно поговорив с Мартой, бросил трубку и поехал за сыном...
Решив сделать паузу в непростом общении с изрядно утомившей его латышкой, Жорка выдержал паузу в телефоном общении с ней, на несколько дней заблокировав все номера своей некогда любимой знойной прибалтки.
Каково же было его изумление и потрясение, когда через несколько дней, решив несколько сгладить драматизм ситуации, Жорка позвонил на номера несчастной Марты, а в ответ услышал гробовую тишину.
Дозвонившись до их общих комрадок на Главаке он узнал, что Марта ... скоропостижно скончалась от оторвавшегося тромба в ту самую злополучную среду их последней ссоры.
Жорка был настолько потрясен случившимся, что от неожиданности даже всплакнул, но вовремя взяв себя в руки принялся хладнокровно размышлять какие максимальные выгоды можно получить из создавшейся ситуации.
Распотрошить квартиру Марты он не мог, поскольку прекрасно понимал - до его приезда все добро достается более ушлой и проворной хозяйке - чешке.
Та была рядом, уже потирала руки в предвкушении предстоящей добычи и готовилась к получению прибыли с залога умершей несчастной Марты, а также с многочисленных вещей из комнаты покойной.
Наспех поговорив по телефону с хозяйкой квартиры и сестрой умершей Марты в Прибалтике, Жорка выторговал максимально выгодные для себя условия.
Добившись от хозяйки согласия на то, чтобы в квартиру умершей приехали за вещами доверенные люди для забора памятных вещей и их отсылки сестре покойной, - Жорка позвонил мне и вкратце обьяснив ситуацию, настоял на том, что в ближайшие дни я посещу квартиру покойной и забрав вещи на память сестре Марты , разумеется не забуду его любимого и наберу его вещей по - максимуму.
Больше всего Жорку беспокоило, что нельзя было забрать в охапку всю квартиру несчастной усопшей.
Дело в том, что дни жизни Марты, не смотря на все частые ссоры, в душе он все ещё лелеял надежду, а вдруг Марту удастся ублажить и успокоить, а ублажив и успокоив, убедить ее вступить с ним в фиктивный брак для заполучения такого вожделенного европейского гражданства.
Со смертью Марты мечты его
окончательно развеялись.
Погоревав об упущенных возможностях, он потихонечку начинал по - новому оценивать создавшуюся ситуацию и теперь уже все явственнее радовался открывшимся перспективам и мечтал по - максимуму воспользоваться открывшимся карт - бланшем.
В предвкушении встречи с вожделенной закарпаткой, Жорка еще раз проанализировал все выгоды и риски возникшей ситуации и вдруг с ужасом вспомнил, что на квартире у Марты он оставил свой фальшивый просроченный болгарский паспорт.
Быстро набрав меня Жорка вкратце пояснил ситуацию, буквально умоляя в ходе моего грядущего визита на квартиру Марты для того чтобы забрать на память для сестры несколько вещей покойной, в первую очередь обратить внимание на его сумочку в шкафу, где в отдельной секции был оставлен тот самый злосчастный паспорт.
Поняв, - конотопский балбес вляпался по полной, но в то же время осознавая, в случае обнаружения паспорта той же хозяйкой - чешкой ничего страшного с Жоркой не случится, я заверил пройдоху, что возьму его "драгоценный" документ в первую очередь.
В случае опасности для его псевдопаспорта я обязался тут же сжечь его, а пепел сьесть.
Что делать, не смотря на грусть о безвременно ушедшей Марте я старался не терять чувства юмора.
Вдоволь посмеявшись над шуткой, мы с Жоркой двинулись каждый по своим делам: я, вместе с давней подругой Марты литовкой Альгидой, забирать вещи покойной для отправки ее сестре, а Жорка, паковать свои вещи для скорой поездки в Прагу и встречи со своей возлюбленной.
Придя в квартиру Марты мы с Альгидой столкнулись с жёсткой непримиримой позицией хозяйки квартиры- Изабеллы.
Тщательно переписав те немногие вещи, что нам удалось взять в память о Марте для ее сестры и близких, Изабелла, ещё раз удостоверившись, что претендовать на залог и многочисленные оставшиеся пожитки покойной мы не будем, расслабилась.
Меня в первую очередь интересовал злосчастный паспорт Жорки и конечно те 2- 3 памятные вещи, которые хотела бы получить в память о покойной ее сестра с близкими.
Каково же было мое изумление, когда погрузив руку в обозначенную Жоркой сумку, я с удивлением обнаружил , - она абсолютно пуста.
Разумеется я сразу же хотел сообщить о неприятном открытии Жорке, сказав ему дословно, что "искомый им документ не найден", но Жоркин телефон, как назло, в этот и в последующие моменты, упорно молчал.
Наскоро собрав вещи, описанные хозяйкой квартиры в специальном протоколе и поштучно сфотографированные ей, мы с Альгидой двинулись восвояси.
Заботливо запаковав вещи Марты в две посылки , я отправил их в Латвию для получения и распределения между сестрой покойной, ее мамой и сыном.
Мысли как настойчивые дрели буквально сверлили мою голову.
"Кто же мог забрать тот самый злополучный Жоркин документ",- лихорадочно размышлял я.
Недобрые предчувствия и неприятные озарения посетили мою душу и закрались в мой мозг.
Но свои сенсационные догадки я решил оставить на потом.
Жорка же, буквально через день - другой после описанных событий, приехал в Прагу и первым делом ринулся на встречу со мной чтобы заполучить те нехитрые его пожитки, что мне удалось взять чуть ли не вырвав их из рук цепкой чешской хозяйки квартиры.
Больше всего меня поразило спокойствие, проявляемое Жоркой в отношение тех самых не найденных документов.
Жорка, казалось, знает, - документы в надежных руках, а их отсутствие в искомом месте и вероятность нахождения другой персоной, не причинят ему абсолютно никакого вреда.
В который раз недоброе предчувствие снова охватило меня, но виду, перед Жоркой, я не подал.
"Неужели он точно знает, кто тайно побывал в квартире Марты сразу после ее смерти и сумел заполучить вожделенный документ?, - мысленно задался я вопросом.
Похоже Жорка действительно знал об этом, а потому вел себя совершенно спокойно.
Жорка, действительно получив успокоительную для него информацию о судьбе документа, готовился к одному из самых серьезных спектаклей в своей жизни.
Снова появившись на Главаке и понимая, какую волну слухов и пересудов может поднять его спокойное появление среди коллег, Жорка с завидным актерским профессионализмом сыграл сцену своего появления в службе уборки поездов.
Блестяще выдержав паузу, связанную с его возвращением, Жорка, выждав минуту, пока абсолютно все взоры устремятся на него, воскликнул с надрывом:
- пан , да как же это? Как же такое могло случится?
Получив мысленное внутреннее удовлетворение от произведенного эффекта, Жорка надрывно взвыл вдруг, словно раненная белуга и, через секунду, разразился безудержными рыданиями.
Все, абсолютно все, ставшие свидетелями этой поистине драматической шекспировской сцены были потрясены поведением Жорки.
Даже те из комрадок, которые наиболее стойко не хотели принимать версию о раскаянии Жорки, вдруг прониклись к нему таким глубоким сочувствием и жалостью, что принялись в такт его слезам беззвучно всхлипывать начиная давится от собственных беззвучных рыданий.
Даже видавшая всякое извечная противница Жорки и теперь уже покойной Марты, Женька была шокирована и потрясена.
За углом у Главака, ожидая завершения грандиозной театральной постановки Жорки, терпеливо ждала его зозноба - закарпатка Анька...
Все изложенные события являются вымыслом, персонажи - выдуманы. Совпадения - случайны .
Автор.