Как-то у меня произошел конфликт с воспитанником Юрием Тихоновым -- и мы подрались. По комплекции и вредности характера мы были примерно равными, и у нас вышла ничья. Это не удовлетворило ни меня, ни Тихонова. Стычки наши стали регулярными, ибо каждый из нас думал, что в следующем поединке именно он накидает тумаков супостату.
Но однажды между нами произошло примирение, а потом завязались вполне приятельские отношения. Дело в том, что на третий год пребывания в СВУ нас стали обучать бальным танцам. Занятия вела балерина областного драмтеатра. Вскоре мы уверенно танцевали падепатинер, падеграс, тустеп, падеспань, польку, фокстрот, танго и, само собой, вальс.
В училище регулярно проводились вечера отдыха для взрослеющих воспитанников старших рот, молодых офицеров и гражданских вольнонаемных. Их неотъемлемой частью были танцы -- под училищный духовой оркестр. На вечера приглашались ученицы местных женских школ.
Я стал временами хаживать на танцы с другом Феликсом Некрасовым, москвичом, обладавшим абсолютным слухом. Однажды на танцах мы обратили внимание на двух девушек, державшихся вместе -- симпатичные, стройные. Феликс, не будь дурак, предложил пригласить девиц на танец и завязать с ними знакомство. Друг тут же определил, какую из них пригласит он, а какую -- я.
Когда оркестр грянул очередной танец, мы направили свои стопы к девушкам. Но произошел казус. Предназначенная мне девушка улыбнулась и положила руку на мое плечо. А Феликс получил от ворот поворот. Видимо, из-за флюса, который неприлично искажал симметрию его лица. А тут, как на зло, рядом ошивался мой постоянный оппонент. Похоже, что тот еще раньше нас положил глаз на эту девушку -- и пригласил ее. А та не отказала ему. Феликс психанул, покинул зал. А мы вчетвером провели оставшуюся часть вечера в приятном общении. Естественно, познакомились. Моя напарница назвалась Татьяной, а ее подруга -- Ириной. Оказалось, что они живут на улице Садовой по соседству, учатся в школе №20. И мы с Тихоновым пошли провожать их домой. А в училище мы уже возвращались вместе. Мы как бы стали компаньонами, и желания подраться у нас уже не было.
В художественной литературе существуют штампы описания любви с первого взгляда. Часто пишут о внезапно промелькнувшей искре между молодыми людьми и последовавшем взаимном притяжении. Вот именно такая искра и брызнула из глаз Татьяны мне прямо в лицо -- и вызвала волнение в груди. А там вскоре зародилась любовь, а может, и страсть. Мы стали встречаться все чаще и чаще. У нас Татьяной было много общего. Мы были ровесниками, одноклассниками, наши взгляды на многие явления жизни, в том числе на литературных героев, совпадали. В наших отношениях Татьяной часто была первым номером. Это по ее инициативе свидания у нас происходили почти каждый день, и я стал злостным самовольщиком.. От наших страстных поцелуев мои губы опухали больше, чем ее. А когда на каникулах дева уезжала в деревню к бабушке, она писала мне более страстные письма, чем пушкинская Татьяна.