НАЧАЛО часть 39 , Часть 40, часть 42, часть 42
НАВИГАЦИЯ по каналу
ЕЛЕНА . Часть 43
Я не слышала, как Виктор ушел; сидела на балконе и смотрела на плывущие по небу облака. Незаметно для себя заснула.
Проснулась, вижу – какая-то женщина стоит на столешнице пластикового столика, снимает раму с москитной сеткой. Белые кроссовки, голубые джинсы, на руках – резиновые перчатки. Женщина стоит спиной ко мне, наклонив голову вниз, вероятно, прикидывая, куда бы поставить раму. Я подумала, что ее Виктор нанял, чтобы стекла помыть. Только почему муж не поставил меня в известность?
- Давайте я вам помогу, – предложила я.
Все, что дальше произошло, запомнилось мне до мельчайших деталей.
Женщина в перчатках при звуке моего голоса вздрогнула, выронила раму из рук и, судорожно махая руками, будто ища опору в городском пыльном воздухе, опрокинулась на спину прямо в зияющую брешь, где раньше была москитная сетка. Я кинулась к ней, но преградой мне стал столик, на котором только что стояла незнакомка. Отшвырнув его в сторону, я глянула вниз и тут же отпрянула. Далеко внизу, раскинув руки, лежало то, что несколько секунд назад было живым человеком.
Непоправимость ситуации пробила меня дрожью. Как такое могло произойти? Почему именно на нашем балконе? Почему именно я стала невольной свидетельницей этой трагедии? Почему? Зачем? Что можно исправить? Вопросы осами кружили у меня в голове. Мне было страшно, и как никогда я почувствовала свое одиночество. Хоть бы Виктор был рядом!
Я подняла с пола мобильный телефон, вероятно, той женщины, что выпала из окна; нажала на кнопку вызова единственного номера, что был внесен.
- Она…Она… Она внизу… Что делать? – Голос мой он волнения звучал как-то непривычно глухо, хрипло. Задыхаясь, еле пропихивала слова.
- Не паникуй, всё окей. Заметай следы. – Трубка противно запищала. Я с недоумением посмотрела на мобильный телефон. Примитивная трубка « Nokia » давно устаревшей модели. Я сунула телефон, в карман джинсов. Он будет нужен, чтобы установить личность погибшей.
Личность… Погибшей…
«Не паникуй. Всё окей. Заметай следы…Заметай следы!»
Я как будто проснулась. Теперь те события, от которых я отмахивалась, не пуская в свое сознание, стали такими отчетливыми, что слезы навернулись на мои глаза.
«Ему легче тебя убить, нежели отпустить», - предупредила Лорка.
Нет, не может быть! Виктор не может нанять килершу, нет!
А если может?..
Неприятный вкус кофе «с бальзамом»… Я совсем чуть глотнула. Вероятно, я заснула от то того, что ночью плохо спала. А если нет?
Если Виктор добавил сильнейшее снотворное в кофе? Может, это его давнишняя тактика? Я нашла в бардачке автомобиля таблетки, выпила вместо анальгетика и заснула за рулем. Только по счастливой случайности, ничего тогда со мной не случилось. Во время второй моей беременности, он мне что-то дал от тошноты и... случилось то, что я потеряла ребенка.
Наверное, забота о матери, склонной к суициду, заставила его хорошо изучить фармакологию…
Похоже, он что-то подмешал в кофе, чтобы киллерша столкнула меня с лоджии.
«Ты или тебя». «На то есть специальные люди»… Это слова Виктора
Я не могла больше оставаться на месте. Схватив свою сумочку, я выбежала из квартиры.
Мне надо было прийти в себя, проанализировать ситуацию, решить, как быть дальше. Проскользнув незамеченной мимо пустой комнатушки консьержа, я выскочила на улицу. Завернула за угол, вызвала такси.
Мне срочно нужен загранпаспорт, чтобы скрыться, сбежать, чтобы Виктор не смог меня достать, решила я. Я случайно оставила сумку, в которой был мой загранпаспорт в коттедже. Он мне нужен, чтобы сбежать туда, где муж меня не достанет.
Машина мчалась по трассе, а мысли все кружили-кружили в голове. И только когда такси свернуло на боковую дорогу, ведущую к нашему поселку, я поняла, что надо быть чрезвычайно осторожной, если Виктор действительно на даче.
Я попросила остановить такси у поворота и до нашего коттеджа дошла пешком; открыла калитку. Первое, что увидела – серебристый « Discovery» – Витино последнее приобретение. Да, он здесь.
Никаких рабочих, занимающихся канализацией, не наблюдалось.
Старательно скрываясь в тени деревьев, я прокралась к заднему входу, отворила дверь и застыла, напряженно прислушиваясь. До меня донеслись неотчетливые звуки тихого разговора. Я бесшумно сняла кроссовки и, держа их в руках, на цыпочках прошла к гардеробной, тихо отодвинула двери: если будет опасность, я скроюсь здесь, решила я.
Я прислушалась. Два голоса: мужской, Витин, и женский, почти детский, с капризными, кокетливыми нотками:
- Я больше без тебя не могу. Без тебя я прямо умираю.
- Не преувеличивай.
- Почему? Ну почему? Почему мы не можем быть вместе? Почему мы должны скрываться, как преступники. Разве нельзя просто дать ей от ворот поворот? Развод – и девичья фамилия!
- Нельзя.
- Но ты сам говорил, что от всякого старья нужно освобождаться.
- Я тебе говорил и еще раз повторяю: Лена – моя жена. Мы с ней пережили довольно сложные годы, она поддерживала меня, когда я был почти нищим.
- Ну, уж, и нищим. Вряд ли.
- Тебе не понять. Лена – моя жена и останется моей навсегда.
- Ну, уж навсегда. Она скоро сморщится, как урюк.
- Глупости говоришь. Вот посмотри. Это тебе подарок.
- Аааай, красота какая! Божья коровка, не лети на небко. Останься у меня. Спасибочки, спасибочки, спасибочки. Ты меня любишь! Ведь любишь? Только меня и никого больше?
Мы обе застыли в ожидании ответа.
- Конечно, только тебя, ягодка моя, – сказал Виктор, и, судя по наступившей паузе, поцеловал ее.
Некоторое время мне ничего не было слышно, только мокрые, шлепающие звуки. Я стала задыхаться. Ингалятор помог мне снять спазмы.
«Конечно, только тебя, ягодка моя»…
Муж не раз повторял, что он однолюб. Теперь я поняла – действительно одновременно он не может любить нас обеих. Он любит эту девушку, а я так – привычная обстановка его респектабельной жизни. К тому же мои подписи стоят под массой его деловых бумаг.
Но если я нужна ему, тогда кто та женщина, что выпала с нашей лоджии? Как она попала к нам в квартиру?..
Я прислушалась.
- Где зажигалка? – спросил капризный голосок.
- Я не люблю, когда ты куришь.
- Извини, я ненадолго.
Я услышала, как босые ступни шлепают по направлению ко мне, и успела скрыться в гардеробной.
Вдруг у меня в кармане завибрировал мобильник. Я вынула телефон, что подобрала на полу лоджии, немного поколебавшись, нажала кнопку приема.
- Ну что? Значит, старье выбросила? – услышала я.
- Старье… да, – выдохнула я еле слышно, осознавая, кому отвечаю.
- Молодчага. Мы теперь в шоколаде. В перчатках была?
- М-м-м.
- Не можешь говорить?
- Угу.
- Этот телефон выкинь. Поняла? Обязательно выкинь. И не в мусорку. А как договаривались.