*******************************************************************************
Друзья! Очень хочется знать ваше мнение. Не поленитесь, напишите. Жду вашу критику, замечания, дополнения, возможно, и возникшие вопросы. (Хотя главная моя цель - донести ДО ВНУКОВ информацию о наших предках, ну, и немного о себе).
*******************************************************************************
Говори мне, мама, говори!
Жизнь свою рассказывай подробней,
Всю судьбу сначала повтори,
Не спеши, я сяду поудобней!
Что и как, кто был кому родня,
Всё меня, поверь, интересует!
Нам не хватит для беседы дня,
Ну и что ж, нас это не волнует!
Корни родословной глубоки,
Я мечтаю знать о них побольше,
Времена те были далеки,
Хочется, чтоб помнили их дольше!
Твой рассказ подробно запишу,
Ничего я, вроде, не забыла,
От волненья чувств своих дрожу:
Как же много в жизни всего было!
Связь времён легла на мой листок,
Стало ближе прошлое мгновенно!
Всех эмоций не сдержать поток,
И не нужно это совершенно!
Помнить всё и знать родной свой род
Я считаю, что обязан каждый.
Может, это приведёт народ
В век неравнодушия однажды!
*******************************************************************************
« Новая работа »
Лето 1975 года шло к завершению. После двух лет заточения за армейским забором хотелось увидеть больше новых мест, хотелось больше общения. Дома нас практически не видели. И вот, в этот момент, произошло неожиданное даже для меня! Сошлись, как говорилось в «Кавказской пленнице», потребности и возможности.
Рабочий день заканчивался. Я вышел из мастерской на улицу, под солнышко, размяться, подышать свежим воздухом, правда, с сигареткой в руке.
Рядом стоял новенький, блестящий фургон светло-песочного цвета. Вокруг суетился Юрий Михайлович Кучнов, начальник заводского гаража. Рядом с нашим помещением были какие-то небольшие склады. Видимо, и транспортный цех имел там свою кладовку. Дело к вечеру, пятница. Наверное, Юрий Михайлович собирался на дачу и что-то припасённое грузил в машину.
- Привет, Юрий Михайлович! Какая у Вас машинка красивая, похоже, новая!
- Да, только что получили. Что, понравился « ZUK »? Давай, Николай, к нам! Вот, забирай, и - вперёд.
Похоже, он так пошутил. Сейчас точно не помню, но Кучнов вроде знал, что права - то у меня имеются.
Пообщались, пошутили и разбежались.
Два выходных проскочили быстро, а в понедельник утром с заявлением о переходе я предстал перед завгаром. Сначала он не поверил, подумал, что шучу. Когда же я продолжил настаивать и напоминать о его предложении, он понял, что всё «всерьёз», и идти на попятную не получится. Видимо, в тот момент Юрий Михайлович сильно засомневался. Как это - отдать машину, которая «с нуля», какому-то новичку? Даже стал предлагать сесть для начала на другую, не очень новую. Я же стоял на своём, и он сдался.
Буквально в этот же день мне пришлось сесть за руль нового фургончика и показать, на что способен. Безо всяких подготовок и стажировок мне предстояло прокатить начальника по какому-то делу, по-моему, в район Мытищ, или Королева. Несмотря на большой перерыв с 1972 года, в грязь лицом я не ударил. После этой поездки у завгара сомнений на мой счёт не осталось! « ZUK » был закреплён за мной и у меня началась полоса более интересная чем протирание штанов за письменным столом.
*******************************************************************************
« Снабжение »
По - моему, почти сразу я попал в помощь отделу снабжения. Бесконечно можно рассказывать о проблемах, которые мы решали. Чуть ли не главной задачей была одежда для всех работников, которые находились на основном производстве. То есть - там, где обрабатывали алмазы.
Тамара Яковлевна, занимающаяся этой группой товаров, придумывала разные варианты. Из-за этого нам приходилось ездить и в Иваново, и в Серебряные Пруды, и ещё во множество разных подмосковных мест, которые сейчас и не вспомнить.
Из-за дефицита приходилось делать заказы на пошив халатов или ещё чего-то в ателье маленьких городков. Не заваленные работой, они с превеликим удовольствием строчили для нас простенькие стандартные модели большими партиями. А мы, не забывая про себя, устраивали попутные экскурсии, катаясь в эти небольшие и недалёкие командировочки.
Для меня, например, было очень удивительно, что чехлы на все наши заводские автомобили шили в швейной мастерской «Большого Театра». Ткань, толстая и плотная, из которой они были изготовлены, сильно напоминала обивку дорогой мебели. Сиденья в наших машинах из-за неё выглядели очень даже солидно. И это тоже было заслугой нашей деловой снабженки Тамары Яковлевны Соцковой.
Например, первый раз в город Суздаль я попал благодаря такой поездке. К сожалению, это было зимой, и погода запомнилась морозная и ветреная. Почти всегда, когда намечалось чего-нибудь интересненькое, я не забывал взять с собой фотоаппарат.
Не каждый может похвастаться, что в рабочее время он посетил Загорск и Троице - Сергиеву Лавру.
Смог заехать в Абрамцево и Архангельское.
И, что уж там говорить про достопримечательности Владимира, Суздали, Твери и т.д.
Получилось даже стать свидетелем «коммунистического субботника», в котором участвовали семинаристы (фото ниже). Уж не знаю, как он у них там назывался, но удивительно было смотреть, как одни из них - в рясах, в чёрных костюмах, а другие - оголившись по пояс, сверкают своими белоснежными, и не очень, атлетическими телами.
*******************************************************************************
« Алмазы в хозяйственной сумке »
Иногда приходилось участвовать в снабжении, но очень своеобразном. В снабжении Смоленского завода алмазным сырьём. Возможно, так происходило всегда, - я точно не знаю. А может быть, это были единичные случаи, когда, по какой-то причине, заводу просто не хватало алмазов, например, для выполнения месячного плана.
Скажу честно. Сейчас я решил порассуждать на эту тему, потому что и тогда, в семидесятых, для меня было очень чуднО, что таким странным способом перевозят большие ценности!
В общем, всё происходило так.
Подходил иногда начальник гаража, и просил выполнить небольшую сверхурочную работу. Всего лишь - проводить вечером к поезду наших смоленских гостей. По-моему, первый раз я даже не знал никаких подробностей, из-за которых организуются эти проводы.
Надо проводить, значит - проводим!
Подъезжаю я вечером к проходной, а там уже ожидают меня смоленские гости. Тётушку, лет пятидесяти, сажаю, соответственно, к себе в кабину. Молодого парня, её провожатого, - на лавочку, в кузов. Трогаемся в сторону Белорусского вокзала, слово за слово - и по дороге я узнаю, что пассажирка моя везёт в Смоленск чуть ли не полную хозяйственную сумку, которая лежит у неё на коленках, самых, что ни наесть, настоящих, правда, не обработанных, алмазов! А тот парнишка в кузове - милиционер из охраны Смоленского завода! Временно исполняющий обязанности телохранителя, а, точнее - «алмазо-хранителя»; в гражданской одежде, но с пистолетиком в кармане! Всё происходит очень обыденно. Пятнадцать минут, и мы у Белорусского.
Приехали рановато, сидим, ждём подачи поезда, беседуем. Глядя на их хозяйственную сумку, решаю пошутить:
- Вы, наверное, в плацкартном поедете?
Они смеются, и вроде сообщают, что у них отдельное, персональное купе.
А я продолжаю шутить:
- С такой сумкой в отдельном вагоне надо ездить! Подумаешь, мелочь какая!
Но за окном - семидесятые, это вам - не девяностые! Сейчас, наверное, моему рассказу некоторые могут и не поверить. А тогда - вышли мои пассажиры из машины, и смешались с толпой отъезжающих. А содержимое их сумки через несколько дней в Смоленске превратилось в бриллианты, и заимело семизначную цену, и точно - никак не меньше!
*******************************************************************************
« Ялта - 1976 »
Я хотел написать об одном отпуске, проведённом с дружком Ушаткиным Сашкой в Ялте, но стал сомневаться - в 1976 году он был, или нет. Хоть это и не самое главное, но ситуация, которая возникла тогда, заставляла думать, почему тот отпуск был как будто неожиданным и незапланированным.
Обычно, в те годы, намечающие поездку к морю заморачивались покупкой билетов, если не ошибаюсь, дней за сорок пять до полёта. У нас же с Саней билетов не было буквально за два дня до отпуска. И купить их, конечно же, практически никакой возможности не было.
Проблему помог решить Сашкин отец, Сергей Дмитриевич, «С. Д.» - (так его обычно называли), состоял он тогда в «народном контроле», (была такая организация), мужиком он был деловым и пробивным.
Оказалось, что есть один милиционер из охраны завода, для которого достать билеты на самолёт - раз плюнуть!
Отпросившись в отделе снабжения, посадив того милиционера в своего «ZUKa», я поехал на центральный аэровокзал. У нашего помощника в кассах аэровокзала были хорошие знакомые. Удалившись туда с небольшим подарочком, он вскоре вернулся с двумя желанными билетами до Симферополя.
*******************************************************************************
« Полёт »
Вскоре мы уже были отпускниками. Самолёт наш вылетал в полночь, и поэтому поздним вечером мы оказались в аэропорту. А вскоре - и в самолёте, который заканчивали загружать какими-то мешками. На удивление, пассажиров на борту было очень мало, а вот весь проход с одной стороны был завален тем непонятным багажом.
Погрузка закончилась, двери, люки - закрылись, и наш «ЯК40» поднялся в воздух. Устроившись поудобнее в креслах, мы настроились немного вздремнуть и вскоре оказаться в Крыму. Тем более, в самолёте был такой сильный полумрак, который полумраком и не назовёшь.
Не успели мы прикрыть глаза, как почувствовали, что самолёт стал быстро снижаться. В ушах затрещало, а мы не знали, что и подумать. Если это Симферополь, то что-то очень быстро! Сели. Подрулили. Когда открылся задний люк, забежали какие-то мужики и занялись мешками. Мимоходом на наш вопрос ответили, что это ещё не Крым, а если не ошибаюсь - то это была Тула.
- Недалеко же мы улетели, - подумал я, сглотнув, чтобы убрать неприятное ощущение в ушах.
Сашка засуетился - покурить бы!
На наше счастье, мимо проходил кто-то из экипажа.
- Ребята, ещё долго будем грузиться, разгружаться! Можете выйти, покурить да размяться!
Я даже не заметил, когда Сашка вытащил пузырёк из сумки. Понятное дело, запаслись немножко «на дорожку». Уже на улице, под крылом, вытаскивает он из бокового кармана:
- Давай по капельке, за мягкую посадку!
Стоим - то на лётном поле, ветерок, ночная прохлада. Погрелись немножко, расслабились.
- Мужики, кончай перекур, погрузка закончена, взлетаем!
Ещё несколько минут, и мы опять в воздухе. Но полёт опять продолжался очень даже не долго. Снова посадка, снова погрузочные работы, а у нас уже привычный перекур под крылом.
- Саня, если дело и дальше так пойдёт, то нашего запаса до Симферополя не хватит!
Правда, было уже немного повеселее и не так прохладно. По-моему, к этому моменту следующий пузырёчек был успешно открыт и начат. Сейчас я уже сбиваюсь со счёта, но, как минимум три или даже четыре таких приземления вытерпели мы, пока не добрались до места назначения.
Практически всю ночь продолжался наш весёлый полёт с мешками почты.
*******************************************************************************
« Крымский троллейбус »
В Симферопольском аэропорту мы наблюдали восход солнца. Транспорт ещё не ходил, но билеты на троллейбус до Ялты уже лежали у нас в карманах. Сидя под деревом на уличной лавочке, мы ожидали отправления.
В какой-то момент, чтобы не проспать, мы даже устроили небольшую прогулку по пустынному шоссе, оставив свои чемоданы на попечение таких же горемык, ожидающих троллейбус. Даже сейчас не забылось то приятное ощущение, которое называют переменой обстановки. Вроде всё почти такое же как дома, но всё-таки немного не такое.
И вот мы в троллейбусе. Не успев приземлиться на сидение, мы захрапели. Но нашим надеждам выспаться за длинную дорогу до Ялты сбыться не удалось. Троллейбус оказался «экскурсионным». И как только он тронулся, из динамиков понеслась информация, выдаваемая экскурсоводом. (Посмотрите налево, посмотрите направо, вы не туда смотрите!)
Наши места располагались недалеко от неё, и спрятаться за чьи-то спины возможности у нас не было. А уснуть, игнорируя её «интересный» рассказ, у нас просто не хватало наглости. Вот так всю дорогу нам пришлось бороться со сном, делая вид, что нам ужасно интересно. Но временами, когда кончались силы, глаза самопроизвольно закрывались, а голова падала на плечо. Ужасно неудобно было просыпаться и видеть осуждающий взгляд дамы, так старательно и без остановки, доносящей до нас информацию о достопримечательностях Крыма.
Конечно, она же не знала подробности нашего путешествия. Посмотрел бы я на неё после бессонной ночи, взлётов и посадок.
Конец всё-таки этому наступил, и мы примерно через два с половиной часа прибыли на Ялтинский автовокзал. Но, возможно, это называлось троллейбусной станцией.
*******************************************************************************
« Отель без названия »
Статус наш был точно такой же, как и у многих приезжающих без путёвки – «дикари». Ни брони в какой- нибудь захудалой гостинице, ни даже бумажки в кармане с адресом от московских знакомых, когда-то отдыхавших в Ялте такими же «дикарями». Вся надежда на удачу. И она нам быстро улыбнулась. Удаление от моря нас сильно не волновало. Ноги молодые. Была бы крыша над головой, даже лишний километр для нас был бы не проблемой. Ну, а цена практически везде была одинаковой, рубль за ночь.
Копаться мы не собирались, и пошли за первым, кто предложил нам свободную комнату. Правда, комната была на троих, и делить нам её пришлось ещё с одним «дикарём», но не таким, как мы, а имеющим курсовку. То есть - приписанным к какому-то ближайшему санаторию, но ночующим и хранящим свой чемодан на частной квартире.
Если забежать немного вперёд, то нашего третьего мы практически и не видели. Почти сразу в санатории ему прописали лечебный сон у моря. А в комнате вместо него ночевал чемодан, который нам совсем и не мешал. Хотя помешать нам было невозможно, потому что время днём мы проводили или в городе, или на пляже. А приходя на ночёвку, падали, как убитые, так как бессонницей не страдали.
Как-то сели мы вместе с нашим третьим, и устроили совет квартирантов. На повестке дня стоял один вопрос: как попасть на ночлег поздним вечером, не беспокоя хозяев? Беспроблемно залезть в окно не получалось потому, что оно находилось очень высоко над землёй. Если будить товарищей по комнате криком, то побеспокоить можно не только своих хозяев, но и всех жильцов из соседних домов. Не помню, кто предложил, но выход был найден. Во-первых, сконструировали сигнализацию, привязав к концу длинной верёвки металлическую кружку и ложку. Во-вторых, договорились, что тот, кто будет первым ложиться спать, обязательно должен выбросить в окно верёвку, заменяющую кнопку квартирного звонка. А в нашем случае – гремящей, не электронной, сигнализации.
Пришёл поздно, дёрни за верёвочку, и дверка откроется (твоим разбуженным товарищем)!
*******************************************************************************
« Билетики »
Как доставали мы авиабилеты в Москве, в начале своего рассказа я уже поведал. Понятно, что на обратную дорогу билетов у нас не было, значит, или доставай билеты, или пешком до дома.
Так как практически сразу мы озадачились этим вопросом, получив информацию, сразу поняли, что дни отдыха не будут сильно отличаться от рабочих будней. Буквально на следующий день, встав в шесть утра (скажу честно, на работу в Москве, в такую рань вставать не приходилось), мы отправились в билетную кассу, но не за билетами. Нам предстояло записаться в чёрную очередь.
Расскажу вкратце. Подойдя к билетным кассам и увидев большую массу народу, мы поняли, что не всё так просто, как нам казалось.
Можно было подумать, что это не билетные кассы, а, как минимум, проходная завода ЗИЛ перед началом смены. Но, как говорится, глаза страшат, а руки делают. Потолкались в толпе. Нашли человечка с тетрадкой. А когда увидели свои фамилии, занесённые в ту тетрадку, вспомнили мультфильм, где говорили: «ой, он и меня шашчитал!»
Задача номер один была выполнена, и нашей радости не было предела. Появилась надежда, что пешком домой нам идти не придётся. Но это только надежда, а вот чтобы появилась возможность, надо было практически до конца отпуска, вставая в такую рань, отправляться в толкучку таких же бедолаг, и каждодневно отмечаться в той потёртой и замасленной тетрадочке. Расслабившись, и не отметившись хотя бы один раз, можно было выскочить из этой «чёрной очереди». Можно было сравнить с прогулом на работе без уважительной причины. Если задуматься, была в этом и положительная сторона. День наш очень сильно из-за этого увеличивался. А эта безбилетная проблема не давала нам расслабиться и проспать половину своего отпуска!
*******************************************************************************
« Пельмешки »
Удалившись от кассы, мы решили, что домой, в смысле в арендованную комнату, идти было незачем. На пляж рановато, тем более - без завтрака. Решили дождаться открытия общепита. Но время в запасе ещё было очень даже предостаточно. По пути на пляж мы встретили неплохую пельменную.
Думаю, более-менее постоянные посетители уже давно дали ей кличку "стекляшка". И в этом мы с Сашкой убедились, когда, сидя на ступеньках, дождались прихода поваров. Стены заменяли сплошные, от пола до потока окна, через которые, глотая слюну, мы наблюдали во всех подробностях, как работники кипятили воду, потом в кипящие большие котлы засыпали пельмени, и выставляли на подносы напитки, стаканы со сметаной, и всё остальное, что предлагалось в этом заведении.
Не знаю, может быть потому, что это был первый замес, но завтракать нам пришлось недоваренными пельменями, да ещё- обливаясь собственным потом, как в сауне. Стекляшка основательно прогревалась с двух сторон. Снаружи «старалось» крымское солнце, а внутри - парящие большие котлы и «шкворчащие» чугунные сковородки. Мгновенно появлялось желание быстро проглотить завтрак, и пулей выскочить из этой душегубки!
*******************************************************************************
« Ляжу на пляжу »
Про пляж рассказывать особенно нечего. На него мы тоже ходили, как на работу. Но это и не секрет, что жители более северных регионов едут в Крым в основном из-за солнца и моря.
Думаю, многие согласятся со мной. А хочу я напомнить одну закономерность. Как только набегали облака, соответственно, и море начинало немножко штормить, пляжные «загоральщики» мгновенно превращались в заядлых экскурсантов. Сразу все вспоминали про Ливадию, Алупкинский дворец, и Ласточкино гнездо. Автобусы битком, а чтобы сесть на маленькие теплоходики, надо отстоять длиннющую очередь.
На пляже всё было, как всегда, и как у всех. Купались, ковыляя инвалидной походкой до воды и обратно по горячей колючей гальке. Загорали, стараясь не обгореть, оглядываясь на свой небогатый опыт. Даже расширили свою компанию, познакомившись с двумя неплохими парнями из Орехово - Зуево.
Обычно ведь на пляже почти все, если не читают, то точно режутся на картах в «дурачка». Вот и мы, чтобы не выяснять, кто из нас двоих «дурнее», объединились с пацанами с соседних лежаков.
Это также, как в купе поезда, или за одним обеденным столом в доме отдыха. Люди знакомятся, сближаются, иногда и заводят дружбу. Так и на пляже: каждый день, приходя в одно облюбованное место, видишь знакомые лица, встречаешь тех, с кем уже успел познакомиться, найдя общий интерес хотя-бы за партией в «дурачка» .
*******************************************************************************
« Марыка »
По пути, но уже с пляжа, у нас была не только та пельменная, но и ещё одна интересная точка. Она называлась ресторан «Лето». Правда, ресторан - это вечером. А в тот момент, когда дневное солнце прогоняло нас с моря, грозя ожогами, эта точка работала как столовая, обслуживающая комплексными обедами. Было известно, что обслуживающий персонал частично состоял из временных приезжих, наверное, в основном из украинских студентов кулинарных училищ, и не только. Думаю, это была неплохая возможность подзаработать, пройти практику, да и просто попасть к морю. Сто раз приходилось вспоминать смешную ситуацию во время этих обедов. Конечно же я совру, если скажу, что можно было без очереди приобрести в Ялте хоть что-то. Начиная от обеда и заканчивая пачкой сигарет.
И вот мы в длинной очереди, вьющейся вокруг ресторана, подходящей к своеобразному элеватору, выползающему из небольшого окошка. Лента элеватора выносит на себе подносы с готовыми обедами, которые встречаются в одной точке с покупателем и с кассиром. Медленно двигаясь в очереди, все видят только кассира и подносы с тарелками. А вот то, что происходит за высокими стенками или перегородками, можно предполагать по звукам, доносящимся оттуда. Звон тарелок и стаканов, грохот металлических подносов, вилок и ложек. И вдруг - зычный такой крик молодой поварихи:
- МарЫка, где мЫски-то? МЫски давай!
Понятно, что в очереди украинцев маловато, всё больше москвичи да ленинградцы. Кто-то начинает улыбаться, кто-то ещё не обращает внимания.
Через некоторое время слышится всё тот же голос:
- МарЫка, вЫлки скоро будут?
Публика начинает хихихать, переглядываться, и уже внимательно прислушиваться к трансляции из-за перегородки.
И вот звучит финальный монолог того общепитовского спектакля.
Народ в очереди по земле не катается, но ржут уже очень даже дружно, услышав:
- МарЫка, ну скИлько ещё напЫтки -то ждать? ПоторопЫтесь!
Вот так, иногда даже очень весело, мы проводили время в привычных советских очередях.
*******************************************************************************
« Бар »
Бывало и другое общение с советским общепитом. После отпуска мы часто вспоминали походы в бар на набережной. По-моему, он назывался «дельфин», а возможно и «пингвин», и находился недалеко от памятника Горькому А. М.
Во второй или даже в первый вечер решили мы провести небольшую разведку ближайшей местности. Опускаясь по склону от дома в сторону моря, мы просто не могли промахнуться мимо вышеупомянутого заведения. Сейчас мне кажется, что там даже не было крыши. И стены, и потолок заменяли густые заросли виноградной лозы. Внутри такого своеобразного зелёного шатра было даже немного прохладнее, чем на улице, и очень уютно.
Ну, как можно было пройти мимо такой прелести! Столик свободный нашёлся, наверное, потому что ещё не наступил «час пик». Хорошо, что количество столиков умеренное, и толкучки, как в больших кафе, не было. Ещё радовало, что обслуживание было без официантов, можно сказать - самообслуживание через буфет, а главное, - без недовольных взглядов официантов, по- поводу незаказанных вами шампанского и чёрной икры. Пробный вариант мы решили начать с коктейлей, и ещё с каких-то песочных пирожных. Хотя другого в этом баре и не предлагали. И разве могло быть что-то более выгодное для бармена, чем этот алкогольный винегрет. Наверное, только специалист определит на вкус, что там намешано - коньяк или водка, шампанское или шипучий напиток «Салют»!
Отходим мы со своими тарелками и фужерами от прилавка, а Александр Сергеевич и выдаёт:
- С какой-то балды, выпендрёж, как в Европе!
От этой бурды - не в башке, и не в ж..!
Он, конечно, парень простой, но зато- хороший слесарь. Да и среднее образование одолел. Идём, значит, к столику, а Сашка считает:
-Смотри, Михалыч, два по рубль восемьдесят, это ж - сколько выходит? Три рубля шестьдесят копеек, если даже пирожные не считать! Это ж сколько всего можно было купить! Пиво - по тридцать семь копеек- десять бутылок, целых пять литров, если гривенник добавить. Бутылку водки -без проблем! На два «десертных», конечно, не хватит, «Тамянка»- то по два тридцать. А на два портвейна, только так!
- Да, Саня, можно сказать - за одно название отдали!
Сидим, значит, получаем удовольствие через трубочку, стараемся растянуть на весь вечер. Получается с трудом. Места уже все позанимали. И на последние два места, которые ещё пустовали, у нашего стола появились два претендента.
Это была молодая пара. Мне показалось, что они были немного постарше нас, и ещё я заметил, что свои стаканчики, которые были с соком или даже с водичкой, наши соседи почему-то опорожнили очень быстро. Осушив посуду, они стали как-то странно переглядываться и улыбаться. В конце концов молодой человек решился обратится к нам:
- Ребята, надеемся, вы не будете против, что мы со своими запасами пришли? Может быть, даже к нам присоединитесь?
Мы с недоумением смотрели на их пустые стаканы, не понимая смысла их предложения.
Девушка решила внести ясность. Открыв свою в общем -то небольшую сумочку, она извлекла оттуда целлофановый пакет с душистыми, вкуснейшими малосольными огурчиками. За огурцами было обозначено наличие в сумочке бутылочки «Столичной». У нас почему-то даже язык не повернулся отказать этой милейшей паре. Наши освободившиеся от коктейля фужеры тоже оказались очень даже кстати. После такого удачного объединения двух компаний завязалась оживлённая беседа. Ребята подробно рассказывали нам, где и что они уже успели разведать. А самое интересное- о рынке, где можно было сойти с ума от одних только манящих запахов!
*******************************************************************************
« Малосольные »
Не откладывая в долгий ящик, буквально на следующий день после обеда в ресторане «Лето», мы отправились вдоль по набережной в центр города. Наверное, в основном всем известно, что в те годы в стране со спиртным проблем не было. Вот с закуской, к сожалению, наоборот.
*******************************************************************************
Маленький пример из 1979-80года. Деревня в воронежской области. Водка в деревенском магазине без перебоя. Из продуктов в основном кабачковая икра, макароны, крупа типа пшено, горох и хлеб по расписанию.
*******************************************************************************
Если сказать по-современному, навигатор от наших компаньонов сработал безошибочно. Сначала гастроном, а потом- налево, по направлению от моря. Всё происходило точно так, как нам рассказали молодые из бара. Ещё даже не видя никакого рынка, носами мы почувствовали приближение к нему.
Было такое ощущение, что запах разносится именно от тех огурчиков за которыми мы и пришли. Глаза разбегались. Прошлись по рядам, напробовались вдоволь.
И не потому, что –«на халяву», просто хотелось сравнить. Но разницу мы определить не смогли. Все они были хрустящие и душистые. Сразу было видно, что специи местные рыночники не экономят.
Даже сейчас кажется, что ни до того, ни после, таких вкусных малосольных пробовать мне не приходилось!
После такой основательной подготовки дела у нас пошли веселее. А, главное, - экономичнее. Иногда даже приходилось немножко похулиганить, это когда закуска кончалась, в смысле - те вкуснейшие, малосольные. Вокруг ведь - виноград. Над головой - гроздья болтаются, того и гляди, по макушке чиркнут. Чего добру-то пропадать! Протянешь руку - вот тебе и закуска!
*******************************************************************************
« Прогулка в горы »
Как-то Валерка, сын нашей хозяйки, десяти-двенадцати летний пацан, предложил прогуляться с ним в горы. А причиной для этого был его рассказ о том, что он и его товарищи имеют в горах своих лошадей.
Держат ребята этих диких, но уже приручённых лошадок в каком-то секретном загоне.
Если честно, то нам удивительно было не по- поводу лошадок, а по- поводу Валеркиной самостоятельности. Рос он без отца, и, конечно же, был главным мужичком в доме. С ребятами и с лошадьми он уходил иногда в горы на несколько дней, и мать считала это вполне нормальным явлением. А почему нет? Парень- то вполне взрослый.
Да и нам не показалось иначе. И его поведение, и рассуждения никак нельзя было назвать детскими. Было ощущение, что общаешься с вполне взрослым человеком.
На следующее утро, отметившись в «чёрной» очереди, мы встали на горную тропу. Уходя всё выше и выше, мы слушали рассказы нашего проводника о том, как интересно они с ребятами проводят время, путешествуя по горам.
До полудня было ещё далеко, но солнце припекало очень даже основательно.
Совсем немного, и мы уже в другом мире. Красота. Но дорога не лёгкая, под ногами полно камней, а главное, куда ни взглянуть - ни единой зелёной травинки! Солнышко её так приголубило, и косить не надо, готовое сено, бери и собирай. Повезло, первый раз в Крыму, и я увидел сразу два разных. Один - зелёный, с пальмами на набережной. А другой - суровый, золотой от выжженной травы, и такой уютный без толп отдыхающих и загорающих!
Когда Валерка привёл нас на место, мы немного расслабились, и увидели перед собой небольшую рощицу. Не знаю, что это были за растения, они сильно напоминали очень густые заросли бамбука. Наш провожатый нырнул в незаметную щель между кустами, мы с Саней последовали за ним. Продвигаться пришлось по лабиринту шириной не более полуметра, зажатому тонкими высокими стволами. А листва вверху сплеталась так, что небо не было видно. Тропинка петляла то влево, то вправо, и, наконец, вывела нас, видимо, в самый центр рощицы. Перед нами открылась небольшая площадка, также очень плотно окружённая растительностью. В диаметре она была не более десяти - пятнадцати метров, а глина под ногами казалась ковром, разрисованным орнаментом из отпечатков лошадиных копыт.
Валерка сильно расстроился, не увидев ни своих товарищей, ни лошадей.
- Вот черти, уже смотались. Лошадок решили прогулять. Застоялись!
Видимо, ему сильно хотелось похвалиться перед москвичами этой их жизнью - не той, курортной!
Недалеко от рощи было небольшое озерцо. Вот на его берегу мы и расположились на пикничок. Пригодилась бутылочка винца, и кое- какая закуска, которую мы взяли с собой.
Заняться воспитанием чужого пацана мы не решились, и, так как он от вина не отказался, выпивали «на троих».
Обратная дорога вниз, конечно, была полегче, но возможно, именно по этой причине мне и не повезло.
Со спортивной обувью тогда было проблемно, и, если бы у меня имелись кроссовки, вряд ли бы такое случилось.
До финала оставалось совсем немного, когда, по закону подлости, под ботинок попал коварный камушек, нога подвернулась, и до дома я уже еле дохромал.
Дело, конечно, неприятное, но впечатление от нашего похода это испортить не могло.
Утром же, встав с распухшей ногой, пришлось отправляться в поликлинику. Хозяева удружили «клюшку», а Сашка поддерживал меня, как раненого комиссара. Диагноз, поставленный мне, я уже не помню, а вот то, что рентген не показал ничего страшного, сильно обрадовало.
Не успели мы отхромать совсем немного от поликлиники, подвалила ещё одна радость. На дороге, как утешительный приз, на глаза мне попался кошелёк. Подняв его, мы присели на соседнюю лавочку, посовещаться. Если бы это был «богатый» кошелёк, то мы точно его бы прикарманили без зазрения совести. Но это оказался кошелёк «бедный», в котором количество рецептов сильно преобладало над количеством находящихся там денег. Совещание наше закончилось тем, что надо вернуться в поликлинику и отдать его в регистратуру. По нашей логике, потерявший только что посещал врача, и, скорее всего, вернётся, в надежде на добрых людей. Так мы и сделали. Было приятно совершить добрый поступок, показалось что даже нога стала болеть немного меньше.
*******************************************************************************
« Любительница пива »
Курортные романы. Курортные знакомства. Случайные встречи. И у нас тоже произошла такая встреча. Как ни странно, произошла она не в музее, не в дендрарии, и не в Ливадии, на царской солнечной тропе.
Одолела нас как-то жажда, и завернули мы к палаточке с надписью «пиво». Была такая на нашем ровном маршруте от дома к пляжу.
Вот у этой палатки весело проводила время общительная ворона, которую местные завсегдатаи величали Яшей. Не знаю - «он», или «она» - была эта ворона, но пристрастие к пиву у Яши было, как у заправского алкаша. Ворона, видимо, имела «прописку» в том микрорайоне, где поселились мы с Сашкой, поэтому и встречались мы с ней не единожды.
Один раз и знакомые наши из Орехово-Зуево были с нами, и фотоаппарат оказался под рукой.
*******************************************************************************
« 36й кадр »
Очень часто подтверждались мои слова о качестве «тридцать шестого» кадра на плёнке. Обычно- тридцать пять кадров – нормальные, на тридцать шестом, конечно, я. Или размазанный. Или что- нибудь отрезано. Или - вот так, как на этом (фото выше), наверное, уже даже на тридцать седьмом кадре. Сашка постарался, приложил силёнки, хвост из катушки даже выдрал, но зато остался мне на память момент, как мы с вороной Яшей пивком в Ялте баловались!
Наверное, и сейчас многие думают, что для того, чтобы сделать нормальную фотографию - достаточно всего лишь в кнопку пальцем тыкнуть! И что, никто не догадывается, почему это профессионалы пользуются штативами?! А раз мы, любители, балуемся, валяем дурака, неужели трудно дойти до того, чтобы попробовать превратить свои руки в подобие штатива. Вот тогда и не будет получатся тридцать шестая «смазанка», с названием «лишь бы кнопку нажать»!
*******************************************************************************
Фотосессия тогда вышла на славу, правда, не в очень трезвом виде. Оборзев от изобилия пива, Яша решил не только напиться, но и помыться, используя остатки.
Ещё одна встреча с Яшей произошла в небольшом прибрежном парке. Прогуливаясь, мы заметили ворону, сидевшую на берегу Чёрного моря, и, по-моему, где-то в районе Болгарии. Чуть не забыл сказать, что море это было не настоящее, а только его макет, бассейн в виде моря, посередине парка.
То, что у бассейна был Яша, мы поняли, присев рядышком с ним. Ворона нисколько не испугалась, не улетела, просто спокойно сидела, и с любопытством смотрела на нас. Вспомнив тогда то, что рассказывали постоянные посетители пивнушки, я решил проверить Яшины способности. Вокруг на лавочках был народ, но, если честно, я и не предполагал, что моя проверка выльется в «показательное выступление».
Вытащив из кармана спичечный коробок, я положил его перед вороной. Те, кто был невдалеке, заинтересовались, почему это птица не пугается и не улетает, стали даже подходить к нам поближе. Это подтолкнуло меня на продолжение. Войдя в роль выступающего, я стал предлагать нашему знакомому посчитать, сколько же спичек осталось. Яша, наступив на коробок левой лапой, не без труда, с нескольких попыток, приоткрыл его практически наполовину. Я всё время подбадривал его:
- Давай, считай, не ленись!
Народ, который сидел на лавочках, а потом подошел к нам, не мог ничего понять. Ворона сидела одна. Мы пришли одни, без вороны. И вдруг- такое!
После того, как коробок был открыт, Яша стал вытаскивать спички одну за одной.
Было ощущение, что и на самом деле он их считает. Одна, вторая, пятая, народ вокруг улыбается - как на цирковом представлении! Мы с Сашкой и сами- то видели такое в первый раз! Но вида не показывали.
Спички в коробке кончились, и я говорю:
- Ну что ж, давай теперь, собирай обратно!
Яша ещё некоторое время посмотрел на нас, подумал, а потом повернулся к нам хвостом, и зашагал от нас по берегу - по-моему, в сторону Турции.
В конце моего выступления была фраза:
- Кто за тебя собирать - то будет?
Тут публика наградила нас дружным смехом. Яша ведь не реагировал на мои слова. И спички пришлось собирать мне. Выступление удалось!
Думаю, зрители так и остались в недоумении. Ведь «артисты» - как появились откуда - то, так и удалились одни. А ворона - как сидела на берегу, так и осталась. Только немного перебазировалась, наверное, куда-то поближе к Анталии.
*******************************************************************************
« Грибочки »
В отделе снабжения у нас образовался небольшой «клуб по интересам». А виной этому была «тихая охота». Заядлым грибником и заводилой выступал сам начальник отдела. Вокруг собирался коллективчик таких же фанатиков. Борис Михайлович Кутруев готов был за грибами в любой момент. Думаю, если бы зимой из-под сугробов вылезали «подсугробники» - он и зимой не отказался б!
*******************************************************************************
« В Рузу за опятами »
Даже есть один пример. Как-то поздней осенью, утром рабочего дня, подогнал я машину к главному входу и зашёл в отдел. Не успел я справиться о предстоящей работе, как вижу, что Борис Михайлович что-то задумал.
С заговорщицким видом подходит он ко мне, и шепчет на ухо:
- Есть информация из Рузы, в лесу полно грибов!
- Борис Михайлович, ты чего, какие грибы? Ночью мороз был. Посмотри, лужи вон ледком прихватило!
А он опять своё - информация верная, надо ехать!
- Когда поедем - то? - поинтересовался я.
- Когда, когда, сейчас и поедем. Вот работу раскидаю и поедем. Давай, лети по - быстрому домой за корзиной! Сапоги не забудь, переоденься, и - сюда! Подлетаю к заводу, меня уже ждут. Сам, да ещё и заместителя Лайкова с собой прихватил. Заехали за корзинами, и - на трассу! Путь не близкий. До Дорохово восемьдесят четыре километра. Там направо, и ещё 22 километра до Рузы.
Грибное место Кутруев знал. Недалеко от городка были большие вырубки. Самые шикарные условия для опят.
Но лес нас сначала разочаровал. Времени - то у нас оставалось немного на розыски. Показалось, что с носом мы останемся, и - с пустой корзиной - домой! Но просто надо было немного углубиться, и грибы пошли! Промороженные ночью, они стояли – тёмно-коричневые, плохо различимые - на фоне такой же тёмной, пожухлой, опавшей листвы. На самом деле опят было полно, и искать их не приходилось. Мы быстро набивали корзинки. Без смеха и шуточек, конечно, не обошлось. Уверен, что никто из нашей маленькой компании никогда раньше мороженые полуфабрикаты не собирал.
- Борис Михайлович, тут твои любимые поганки, - слышу, кричит Лайков.
- Будешь брать?
- Конечно! Иду, иду!
Мы смеёмся над ним.
А он, как всегда, прихрамывая, продирается за своими любимыми чернильниками. Все наши грибники знали его эту причуду. Частенько в корзине с белыми, подосиновиками и подберёзовиками, на почётном месте он вёз домой и несколько попавшихся чернильников.
Я же намного позже распробовал этот гриб. Даже стал рекламировать его, потому что с жареной картошкой он немного напоминал по вкусу курятину. Только тогда я понял пристрастие нашего начальника.
*********************************************************************************
В России гриб долгое время был непопулярен, считался «поганкой», однако в некоторых европейских странах (Чехия, Финляндия, Франция) высоко ценится и считается деликатесом.
*******************************************************************************
На самом деле, воспоминания о поездках за грибами занимают очень большое место. Для меня это было таким удовольствием, что я даже не считал работой те сотни километров за рулём, которые мы отмахивали по Подмосковью. Тем более, выйдя из-за руля, не меньше других приходилось покружить по лесу в поиске грибов. Но, как говориться - охота пуще неволи!
Не единожды бывали мы за Малоярославцем в деревне Машкино. Места там конечно грибные. Но глухомань, бездорожье, на нормальной машине в плохую погоду там делать нечего.
*******************************************************************************
« В Машкино на козлике »
Наметили как-то поездку. Но я был против, потому что на моём « ZUK е» близко подъехать мы просто бы не смогли. Компания получилась небольшая. Начальник снабжения сагитировал заводского профорга. Тот пригласил друга - Ушаткина Сергея Дмитриевича (отца моего товарища Сашки). Кто-то был ещё пятый, но я уже забыл.
Из-за дождливой погоды отказываться от поездки мои грибники не стали. Просто была возможность взять другую машину. И вот мы уже на трассе. В нашем распоряжение «УАЗ-469».
Командует парадом профорг, полковник в отставке, а фамилия его была, если не ошибаюсь, Мерзляков. За рулём «УАЗа» я сидел впервые. Привык быстро, но сразу почувствовал, что на моём « ZUK е» управление было полегче. Маршрут был знакомый. Сначала до Малоярославца, потом до поворота на Машкино, а там километров десять по щебёнке до места. А вот дальше самое интересное. В такую погоду по деревне, кроме как на тракторе, вряд ли кто решался ездить. Но мы рискнули, и буквально через несколько метров забуксовали.
Полковник нас успокаивал:
- На таких вездеходах лазили ещё не по такой грязи! А ну давай, включай передний мост!
И, на самом деле - он был выключен. В Москве хватало и одного заднего моста, но, с горем пополам, разобрались с рычагами, и машина вдруг сразу стала другой. Преодолев деревенскую «дорогу», мы подъехали к речке, которую, в хорошую погоду, обычно вброд без проблем форсировали и на « ZUK е». После брода был небольшой подъем, который я решил преодолеть с ходу. «УАЗик» пулей влетел наверх, но кто мог знать, что поперёк нашему движению трактора накатают ужаснейшую колею. Ещё не рассвело, на подъёме фары светили в небо, и ничего не подозревая, мы угодили в подготовленную для нас ловушку.
Я опять запаниковал, решив, что без помощи нам не выбраться.
Мы практически лежали «на пузе».
Полковник в очередной раз уверял, что это для такой машины - не проблема.
Включив заднюю передачу, я всё же решил попробовать выбраться.
Именно этот момент запомнился на всю жизнь. Ведь это был первый опыт общения с четырьмя ведущими колёсами. Когда я газанул, и все четыре колеса одновременно начали свою работу, произошло самое удивительное для меня. В свете фар, из-под передних колёс далеко вперёд полетели здоровенные комья грязи, а машина тем временем уверенно стала выползать из западни. После этого небольшого испытания я стал чувствовать себя намного увереннее, потому что понял: не зря хвалили проходимость нашего «КОЗЛИКА»!
О количестве грибов в этом захолустье, думаю, можно и не рассказывать. Поездкой остались довольны все. Тем более, магазин в деревне, где можно было приобрести «сорокоградусную» и скромную закуску, открывался «для дорогих гостей» в любое время. Продавщица, с которой мы познакомились, жила в соседнем доме. Наверное, в деревне так было заведено, по просьбе покупателей она открывала магазин и отоваривала нуждающихся. Не только очередей, но и других покупателей. кроме нас, в магазине обычно мы не встречали. Расположившись недалеко от магазина на травке, посередине деревни, мы устраивали свой пикник. Там было так малолюдно, что казалось, будто бы кроме нас, никого и нет, а деревня просто необитаемая.
Частенько, возможно, ради приличия, мне предлагали за компанию приложиться к стаканчику. Зная меня, зная, что я отвечу, вступался Борис Михайлович, и говорил, что Николаю предлагать без толку.
Прожевав, я подтверждал:
- Да, я обычно только закусываю, а расслабляются все остальные!
Благо, из дома каждому грибнику накручивали той закуски столько, что её с гарантией хватило бы на троих!
День этот закончился не очень приятным случаем. Здесь я хочу откровенно сказать, что за свою, на сегодняшний день, сорокавосьмилетнюю практику (возможно, кто-то и не поверит), я ни разу не сбивал машиной ни собак, ни кошек. Собираясь поставить машину в гараж, я ехал по улице Космодемьянских в сторону Ленинградки. Не успев проскочить кинотеатр «Рассвет», вижу, где-то в районе универмага, выскакивает на дорогу собака. Инстинкт есть инстинкт, нога со всей силой лупит по тормозам. Не знаю, может, потому что тормоза были ненормально отрегулированы, возможно, потому, что машина сама по себе короткая, но меня развернуло строго поперёк дороги. Хорошо, что не перевернулся, ещё лучше, что сзади никого не было, и всё обошлось. И собачка по своим собачьим делам без последствий перебежала дорогу и скрылась из виду.
Не могу не упомянуть о тех, кто часами гнул спину над привезёнными мной грибами. Конечно же, заслуга бабушки, мамы и сестры - что зимой за столом мы баловались прекрасной закуской, как говорится, «дарами леса». Иногда, от изобилия, опята приходилось засушивать. В мешках подобных наволочкам ждали они своей очереди. Сестра Люба зимой часто готовила из них так называемую «грибную икру». Конечно же, за столом от грибов я никогда не отказывался, но думаю, что всё-таки первейшим удовольствием для меня была именно сама «тихая охота».
*******************************************************************************
« Грибники и рыбаки »
Помню, собралась относительно большая компания. Состояла она на половину из рыбаков, другой половиной, соответственно, были мы, грибники. Маршрут был намечен в наше любимое место за Малоярославец. С рыбаками у нас разногласия не было потому что речка, в которой они собирались ловить, протекала там же, недалеко от Киевской трассы.
Для того, чтобы более-менее всех разместить, в кузов моего « ZUK а» пришлось втиснуть длинную, громоздкую, деревянную лавочку, на которой, как говорится, «в тесноте, да не в обиде»- поместились все. Было на самом деле тесновато, жестковато, но на неудобство никто не роптал. В этот раз изъявил желание поехать с нами и отец, Михаил Тимофеевич. Его как самого старшего, ветерана, уважаемого на заводе человека, посадили ко мне в кабину на пассажирское кресло.
Выехали мы по просьбе рыбаков вечером, так как на ночь они собирались ставить сети. На трассе, недалеко от Москвы, к моему набитому народом кузову придрались гаишники. Но, благодаря хорошо подвешенному языку нашего главного снабженца, нас быстро отпустили.
Когда мы достигли первой остановки нашего путешествия и расположились у костра, в глаза бросилось большое отличие обмундирования наших подразделений. Первое отделение напоминало холёных заграничных туристов, одетых в импортные рыбацкие костюмы, куртки и ярко-цветные сапоги. Нельзя не упомянуть красивую заграничную палатку, не менее красивую надувную лодку, и, конечно же, японские спиннинги.
Второе отделение больше напоминало группу бомжей - со своими старыми, испытанными самодельными корзинками. В чёрных рабочих сапогах и спецовках. Все поголовно в старых, видавших виды куртках, или телогрейках, которые было не жалко рвать, продираясь среди деревьев и кустарников к заветной цели.
Вскоре лодка отчалила, рыбаки отправились ставить сети. А через некоторое время до нас стало доноситься жужжание катушек их шикарных спиннингов. Я же, вспомнив, что в кузове у меня валялась бамбуковая «двух-коленка», быстро накопал немного червячков и настроил примитивную снасть. Удивительно, но на мою наживку нашлись желающие. Рыбки, конечно, попадались небольшие, соответствующие моей игрушечной удочке. Но одобряющие возгласы грибников у костра были такими бурными, будто я вытаскивал как минимум пятикилограммовых щук! Побаловался я на славу! Меня уже начали прогонять в палатку на отдых, потому что до раннего выезда бригады с корзинками оставалось совсем немного.
Но мне было любопытно - с каким же уловом приплывут наши профессионалы? И когда я уже примостился на отдых в палатку, услышал смех и голос Кутруева:
- А Николай тут на уху наловил, не то, что вы!
Оказалось, что японские спиннинги не помогли.
Вскоре, оставив рыбаков, мы отправились в наше любимое Машкино. В хорошую погоду там было здорово. Хоть и не асфальт, но до самого леса проезжали без проблем.
Обычно ведь грибники не любят ходить по лесу толпой. Наверное, каждый надеется на то, что именно ему попадётся заветная полянка. И в этот раз, отойдя от машины, все в один момент растворились в зелени, и затихли. Мы же с отцом решили держаться вместе, тем более, добыча наша всё равно должна была попасть в один общий котёл. Относительно быстро мы набрали по полной корзине, и не спеша вернулись к нашему « ZUK у». Как ни странно, но рядом никого не было.
Раз такое дело, оставив корзины, взяв небольшие сумки, мы решили ещё немного погулять вокруг. Не успели отойти от машины на несколько метров, как на пути стали попадаться небольшие ядрёные подосиновики.
Углубляясь в лес по заросшей, давно не используемой никем дорожке, мы находили их всё больше и больше. Буквально, наклоняясь, чтобы срезать очередного красноголовика - впереди видели следующих, очередных претендентов на место в наших сумках. Они стояли стройные, одинаковые, словно солдатики в красных фуражках.
Зашли мы совсем недалеко. Сумки наши были уже битком, отец заволновался, что, возможно, нас уже ждут коллеги, и предложил повернуть обратно. Но и в этот раз у машины мы никого не встретили.
Что рыбалка, что грибы - дело заводное. Я, видимо, тоже не мог остановиться. Предложил сделать небольшую разведку и в другую сторону. Не стоять же у машины в ожидании, когда грибы сами просятся в корзину. Но корзины были полны, сумки тоже. Прихватив какие-то целлофановые пакеты, мы устроили ещё одну прогулку, но уже по самой границе поля и леса. Подчиняясь рисунку этой границы вдоль опушки леса, нам пришлось повернуть налево. А вот то, что случилось далее я, наверное, рассказывал сотню раз, когда заходили разговоры о поездках за грибами.
Слева начинался небольшой пригорок. Растительности на нем было не много. Нам сначала не поверилось, что такое может быть. Врать не буду, грибов, которые мы увидели на пригорке, было немного.
Но их размер нас, конечно же, поразил. Это были белые. Шляпки такого размера мне никогда не приходилось видеть! Они напоминали большие, сантиметров в 30-35, коричневые сковородки. Ножки тоже были сантиметров под сорок, соответствующие тем «сковородкам».
Но, представьте, какое было разочарование после того, как я подошёл поближе, и , ещё не веря своим глазам, решил удостовериться. Даже не рукой, а сапогом я пнул легонько самого большого, наверное, предводителя этой семейки с пригорка. А дальше всё было, как в замедленном кино.
Он стал медленно крениться, ломаться и падать, потому что внутри у него была одна труха, оставшаяся от червяков. Меня тогда больше всего волновал вопрос: сколько же он тут простоял, никому не нужный, и никем не замеченный, чтобы дойти до такого состояния? Вот когда нужен был телефон с камерой! Не то что видео, даже плохенькой фотки не осталось в подтверждение моему рассказу.
Потом, когда по телевизору показывали в замедленном темпе снос какой- нибудь ненужной заводской трубы, я всегда вспоминал падение этого великана.
Несколько белых мы, конечно, с того места унесли, но они были не рекордных размеров. Что интересно, на этом грибные приключения не закончились. Когда мы с отцом вернулись, наши друзья уже сидели у закрытой машины. Быстро погрузившись, по традиции, наша компания тронулась к деревенскому магазину. Кого-то там ждал стаканчик с усталости, а кого-то - просто «закусон». До магазина было рукой подать, но дорога заняла приличное время.
Как только я выехал на поле, мои пассажиры разглядели справа от машины что-то белое, и, как предположил Борис Михайлович, похожее на шампиньоны. Где-то вдалеке гуляли коровы, а раз на поле предполагался и навоз, то навозникам там самое место. Остановились, вышли из машины, пошли на разведку к тому, что белело. Приблизились и обалдели, огромная площадь была просто усыпана грибами.
Из машины повытаскивали кто что мог. У меня за сидением завалялся рабочий халат, кто-то использовал куртку, кто-то рубашку. Шампиньоны набивали в котомки, сделанные из подручной одежды. Последним с поля ушёл самый заядлый грибник, начальник снабжения.
Далее происходило все по плану, а самое смешное произошло, когда мы заехали за нашими рыбаками. Оказалось, что кроме тех маленьких плотвичек, которых мне удалось выудить, другой рыбы там не видели. И не помогли ни сети, ни крутые спиннинги.
Кутруев всю обратную дорогу подсмеивался над ними. Говорил,
поехали бы с нами, хоть с грибами возвращались бы. А теперь вот придётся в рыбный магазин заезжать.
*******************************************************************************
« В Клин - за грибами »
Был в снабжении один товарищ, звали его Анатолий Аэров. Когда подходила грибная пора, Толя начинал настраиваться на одну интересную поездку. Прежде всего каждый день он с видом заговорщика сообщал мне обстановку на грибном рынке. Как только появлялось изобилие опят, Аэров говорил - пора!
Подгадывая к этому времени, он специально придерживал поездку в город Клин за стеклянной химической посудой. Обязательным его условием было то, чтобы ехал с ним я. Соответственно, потому что интересы у нас были общие.
Выезжали мы обычно очень рано. Нашей задачей было пораньше освободиться. А для этого мы должны были попасть на стеклозавод как можно раньше, и как можно быстрее загрузиться.
Далее весь день был в нашем распоряжении.
Именно от Анатолия я узнал неплохое грибное место, которое находилось недалеко от Клина. Но, к сожалению, кроме изобильных урожаев опят похвастаться там было больше нечем. Иногда в довесок к опятам привозили оттуда немного подберёзовиков.
*******************************************************************************
А один раз, когда мы были там уже в конце восьмидесятых с другом Сашкой Ушаткиным, произошёл забавный эпизод.
Вернувшись из леса на автобусную остановку, где мы оставили моего «жигулёнка», и решив перекусить мы расположились невдалеке от машины. К нашим услугам там стоял деревянный стол и две грубые лавочки, видимо, заботливо установленные кем-то для ожидающих автобуса. Не успели мы разложить свои припасы, как в глаза мне бросилось такое, что я просто не мог поверить. В пяти метрах от остановки, в двух метрах от стола, стоял приличных размеров крепкий, красивый, белый гриб, который мы даже сразу и не заметили, потому что просто не предполагали такого. Через несколько секунд прозвучал радостный Сашкин возглас. С другой стороны стола он разглядел в траве такого же замечательного красавца. Вот по такому подарку получили мы в завершении к своим корзинам с опятами. Не знаю, за какие заслуги решил наградить нас лес, который обычно очень скромно показывал там таких благородных обитателей.
******************************************************************************
Практически всегда нам удавалось пробиться на хорошую лесную дорогу. Проблемой был небольшой участок по границе поля и леса. Преодолев его в более-менее нормальную погоду, можно было попасть на песчаную дорожку, которая, наверное, через километр- полтора приводила буквально к самим грибам. Иногда, выходя из машины, мы сразу бросались резать грибы, забыв про то, что надо надеть сапоги, взять корзины. А как иначе, если опята торчат чуть ли не из-под колёс!
В завершении рассказа о поездках в Клин хочется вспомнить один небольшой эпизод. Как обычно, корзины наши были полны. В этот день мы почему-то припозднились, и солнце уже клонилось к закату. Быстро проскочив по лесной дорожке, мы выехали на поле. Вполне можно сказать, что мы были околдованы картиной, открывшейся перед нами. Небольшое поле, вдоль которого предстояло проехать, было залито закатными лучами солнца. Поэтому и трава, и посадки на этом поле были золотисто оранжевого цвета. В нескольких десятках метров от машины, на фоне заката, если можно так сказать - по колено в высокой траве, стоял огромный лось.
Он сам и его морда с большими красивыми рогами были повёрнуты в нашу сторону. Красавец даже не шелохнулся в тот момент, когда мы нарушили его одиночество. Мой снабженец в панике сразу стал вспоминать случаи нападения лосей и оленей на четырёхколёсных железных конкурентов. Честно говоря, не хотелось «пободаться» с этим исполином, вдруг увидевшим бы в нас соперников. Последние сто метров до асфальта ровной дорогой назвать было нельзя, и быстро проскочить мимо рогов вряд ли бы удалось. Решили рискнуть. Всё ещё любуюсь завораживающей картиной, с опаской мы потихоньку поползли вдоль поля. По-прежнему не двигаясь, лось внимательно следил за нами до тех пор, пока мы не скрылись из виду.
*******************************************************************************
Рассказ, который я разместил ниже, был написан для главы «Случайные встречи – 1». Без изменений я решил разместить его здесь, так как действие, описанное в нём, происходило именно в этот период, который описывается в главе 17.
*******************************************************************************
« Случайные встречи - 1 »
Иногда во время бесед, разговоров, я вспоминал и рассказывал о случайных встречах в Москве. Решив собрать это в кучку и записать, я задумался, почему в семидесятых- восьмидесятых так происходило частенько, а потом такие встречи стали всё реже и реже? Лично мой вывод был такой: большая часть населения попряталась за шторки или тонированные стёкла автомобилей, количество которых, сами знаете, увеличивается, как стадо бесконтрольных кроликов. Я не буду рассказывать, как раньше свободно и приятно можно было ездить по городу. Особенно, когда «чайники» вставали на зиму, а на дорогах оставались в основном профессионалы. Мои воспоминания- о том, что на дорогах, конечно, - если человек пользовался машиной не раз в году, - очень часто можно было встретить одноклассника, соседа, коллегу- бывшего, или настоящего. Главное, передвигаясь по городу, вы не чувствовали себя чем-то чужеродным. Бывало, остановившись на красный свет, чувствуешь боковым зрением, что в соседней машине кто-то машет руками. Открываешь окно: «Здорово! Как дела? Как там наши? Передай привет!». Зелёный, – поехали! И едешь дальше - уже с другим настроением. Вокруг - твой родной город, родные, узнаваемые улицы дома. На следующем светофоре притормаживаешь, и в открытое окно кричишь проходящим девчонкам: «Девчата, а эта улица по этой дороге идёт?». Вопрос обычно вводил в приличное раздумье, потом - улыбки, смех, но уже в зеркале заднего вида, потому что- зелёный свет, и надо двигаться дальше.
Не все воспоминания, которые я хотел записать, были о тех мгновениях, какие происходили на колёсах, и длились, подобно фотографической вспышке, доли секунды. Конечно, было желание рассказать и о разных случаях в армии или на работе.
Вспоминается небольшой эпизод, правда, немного не по теме.
Это происходило зимой в период с 1976 по 1979. Я двигался из центра по Ленинградскому проспекту с желанием и большой надеждой через несколько минут попасть домой и пообедать. Но внезапно, где - то в районе метро «Аэропорт», передо мной на самой середине проезжей части возник наш «бронированный форд», вставший, однозначно, не на перекур.
Конечно, я остановился. Наш водитель Валерка сразу сообщил, что от сильного мороза замёрзла солярка, а в машине 80 килограммов золотых часовых корпусов, и охранник с автоматом в придачу. Фаркопа в моём « ZUK е» не было, и взять его на буксир я не мог. Валерка волновался за ценный груз и упрашивал в обход инструкции
«Слушай, забери, забрось ты это проклятое золото на завод, пропади оно пропадом»!
Ну, не бросать же коллегу!
Перегрузили мы ящики в мой холодный кузов, туда же загрузился и охранник. И, Слава Богу, что ехать до «Водного стадиона» было недалеко, а то привёз бы я сосульку вместо охранника по такому морозу! Когда же после остановки и загрузки я продолжил движение, перед глазами у меня маячил обед, который отодвигался на неопределённое время.
Постараюсь больше не отвлекаться. Встреч было много - и приятных, и не очень. Но я хотел рассказать о некоторых, которые можно назвать интересными и неожиданными. В основном хотелось подтвердить поговорку, что «Мир тесен», но мне кажется, - тесен там, где на самом деле тесно. И кто будет спорить, что это не Москва?
*******************************************************************************
«1976 – 1979 – Центральный рынок. Цветной бульвар»
Это происходило после армейской службы. Поработав немного художником оформителем, я не вытерпел, и напросился, чтобы меня перевели в транспортный цех. Это мне было по душе, потому что, набив оскомину за два армейских года, я уже не мог видеть эти плакаты, лозунги, и бесконечное сидение за письменным столом. Когда я вырвался из тех четырёх стен, мне показалось, что я освободился из той зоны, которую охраняли мои сослуживцы в армии. Сразу я окунулся в другую жизнь. Каждый день я попадал в разные новые места. Каждый день приходилось общаться с множеством людей, и знакомых, и нет. Можно дальше не объяснять, что я попал на работу, которая приносила мне удовольствие. Всё очень просто: есть люди, для которых высшее благо- это просидеть в кабинете до пенсии, да ещё и зарплату за это получать. А есть такие, которые от такой работы просто очень быстро бы застрелились, ну, а в лучшем случае, убежали бы от неё без оглядки!
В основном я обслуживал отдел снабжения, и мне приходилось привозить на завод буквально всё, от одежды, в которую переодевались рабочие, и до посуды в заводскую столовую. Так как на маршрутах командовали снабженцы, которых приходилось обслуживать, нет смысла скрывать,- бывали заезды и «налево». Когда со мной ездили мужики, то была нужда заскочить за каким -нибудь инструментом или удобрениями на дачу. Не исключались и заезды в винный за бутылочкой. Женщины -снабженцы просили завернуть в косметику, галантерею, но чаще - к гастроному или рынку. Что говорить, жили мы дружно и о своих проблемах в рабочее время не забывали.
Как -то завернули мы к Центральному рынку на Цветном. Работал я тогда с Тамарой Яковлевной, сотрудницей отдела снабжения. Опыт у неё был огромный. С ней мы никогда домой без покупок не приезжали. День был тёплый и солнечный. Довольные своими покупками с рынка, обсуждая дальнейший маршрут, мы подошли к машине.
У машины стояла молодая женщина, и было такое ощущение, что она ожидает именно нас. Увидев, что мы открываем машину и собираемся уезжать, женщина попросила помочь ей отвезти на дачу большущую вязанку саженцев, лежавшую недалеко от нашего « ZUKа».
Этой подработкой я заинтересовался только потому, что дача ее находилась в Сходне, а это не сильно далеко от «Водного стадиона», куда мы тогда и направлялись. Снабженка моя была не против заработать на обед, тем более, почти по пути. Загрузили мы саженцы, посадили в кузов даму, благо, у меня там была большая удобная лавочка, правда, к сожалению, не очень мягкая.
Выскочили из центра на Ленинградку и направились в сторону Сходни. Тогда я ещё не успел сделать перегородку между кабиной и кузовом, в прохладную погоду это было не очень комфортно, но для того, чтобы общаться с пассажирами, находящимися в кузове, это было удобно. Дачница завела с нами разговор, и было ощущение, что она то ли чему-то удивляется, то ли чего-то от нас ожидает. Проехали мы некоторое расстояние, и пассажирка не вытерпела.
Вдруг из кузова прозвучал вопрос:
- А вы что, меня не узнали?
Я, простодушно, не отрывая глаз от дороги:
- А почему мы должны Вас узнавать?
Правда, потом я спросил :
- И кто же Вы такая?
- Я- Гюлли Чохели!,- ответила дачница.
Конечно же, я знал эту фамилию. Но, скажу честно, не был таким большим знатоком всех лиц эстрады, чтобы безошибочно узнавать их на улице. Наверно, я не хотел обижать её, и оправдался тем, что просто и не ожидал, и не предполагал, что может произойти такая встреча у рынка, хоть и у Центрального.
За разговорами, проскочив наш «Водный стадион», быстро попав на Новосходненское шоссе, буквально через минуты в Сходне мы повернули налево, и по команде пассажирки остановили машину у ворот дачи. Не знаю, может, ради приличия, может, просто хотела похвалиться, но Гюлли позвала нас на небольшую экскурсию. Певица рассказала нам, что расположение участка на склоне подбросило им большую проблему, так как теннисный корт, который они обустраивали, требовал идеально ровной поверхности.
«У кого суп жидкий, а у кого - жемчуг мелкий», - подумал я. Всё –таки, середина семидесятых ещё, и не очень большой процент дачников заморачивался по поводу теннисных кортов. Успеть бы за выходные грядки с огурцами - помидорами обработать, да вот денег где-бы достать на персональную скважину. По моему, работы там были закончены, и я смотрел и удивлялся:
Сколько же грунта надо было перелопатить, чтобы устроить такую ступеньку на склоне. Размеры - то не маленькие. Стандарт есть стандарт. Длина корта - почти двадцать четыре метра, да и ширина должна быть не меньше одиннадцати. Как говорят : «Охота пуще неволи».
Если честно, то я вообще не запомнил, что за хоромы были на участке. А вот что располагался он на склоне живописного оврага, и что внизу была речушка, сами понимаете, не забыть. Потому что в голове сразу мысль проскочила: «А местечко- то блатное, кто от такой красоты откажется?»
*******************************************************************************
Чохели Гюлли Николаевна
Дата рождения 12 февраля 1935 (85 лет – 2020г)
Место рождения Тбилиси, СССР
Одна из ведущих советских джазовых певиц.
*********************************************************************************
« Кафе Южное »
К тому времени, когда я перешёл работать на машину, сестра Люба тоже сменила рабочее место. Она рассказывала, что обычно у них происходило так. Если уходил шеф, то за ним, как цыплята за курицей, отправлялась и его бригада. Конечно, если шефа ценили.
Кафе Южное, в которое она перешла, к сожалению, находилось далековато от дома. Наверное, не меньше часа надо было затратить на дорогу до площади Гагарина на Ленинском проспекте. Некоторое время Люба поработала там в холодном цеху. Это не имеется ввиду, что температура в помещении была минусовая (шучу). Кажется, считалось, что в цеху, где готовили холодные закуски, обычно работали повара высокой квалификации, и место было престижное. Вскоре шеф - повар предложил Любе должность своего заместителя. Как- никак начальничек, хоть и небольшой! Точно не помню, это примерно произошло в период с 1977 по1980г.г.
Как раз в то время, когда я работал на Кристалле, и появлялась иногда возможность заскочить по пути к сестре пообедать. Конечно, бывал я у неё в кафе нередко, но расскажу про один случай, когда мы заехали с работницей отдела снабжения Тамарой Яковлевной, возвращаясь с какого-то склада. Соответственно, время было обеденное. Народу в зале хватало, но место нам, конечно, нашлось. На первое, которым угостила нас сестра, принесли солянку. Название, которое ей можно было дать - «солянка для братана». Это было точно так, когда говорят, что ложка стоит и не падает. Жидкости в тарелке было намного меньше, чем мясных и прочих составляющих. Но ведь нам ещё предстояло справиться и со вторым! И это было самое смешное. Когда официантка вынесла два наших блюда, на которых возвышались горки румяной жареной картошки, вперемежку с большим количеством вырезки и золотистого лука, все носы, как стрелки компаса, повернулись в её сторону. Многие пришедшие намного раньше нас, просто не поняли, почему это обслуживают не их, да ещё необычными блюдами, не упоминающимися в меню. Когда поднос проплывал мимо соседнего столика, послышался жалостливый голосок одной из ожидающих:
- А нам такое нельзя?
Официантка, не поворачивая головы, с серьёзным, официальным лицом, прошептала:
- Это спецзаказ.
Потом, доедая свой обед, я не знал, куда деться. Половина зала были в любопытстве, что за персоны, и что это за «спецобслуживание»? Возможно, кто-то и видел, как эти персоны вышли, сели в грузового « ZUK а» и отправились завершать рабочий день.
*******************************************************************************
А один раз Люба сообщила, что есть возможность приобрести банку чёрной икры. Тем более, она могла это сделать без наценки. Но я забыл сказать, что икра эта была не зернистой, а паюсной, и цена её сильно не кусалась. В первой половине дня получилось заехать в кафе по пути, и я был очень рад, что не придётся тащиться на Ленинский проспект специально.
В кабине « ZUK а» перед пассажирским сиденьем вместо бардачка находилась удобная большая полка, на которой у меня обычно лежал транзистор «Альпинист», и какая-нибудь литературка, которую можно было почитать в моменты ожидания. Вот на неё я и водрузил ту двухкилограммовую, красивую баночку, отражающую солнечные лучи своими золотистыми надписями.
Всем, конечно, известно, что чёрную икру, врачи частенько прописывают, если можно так сказать, как лекарство. Моя пассажирка была в курсе, по какой причине я сделал эту покупку, но время не ждало, и надо было ехать на завод разгружаться. Получилось так, что освободиться не удалось, и, когда я разгрузился, мне подбросили новое задание и нового пассажира. Со мной тогда поехал начальник какого-то отдела. Сейчас я уже не помню, кажется, это был главный механик или хозяйственник.
Отъехали мы от проходной и вижу я боковым зрением, не сводит мой новый пассажир взгляда с синей банки, которая так и осталась лежать на полочке перед пассажирским сидением. Через некоторое время он не вытерпел.
- Банка пустая, что ли? Или с гайками, болтами?
- Почему с болтами? И не пустая, а полная, с икрой.
Увидев, как округлились глаза пассажира, с равнодушным, спокойным видом я решил немного пошутить.
- Дело вот в чём, - начал я, немного искривив физиономию.
- По утрам аппетита – ну, никакого! В рот- ну ничего не лезет! Единственное, что ещё могу съесть со сладким чайком,- или немного рыбки, красненькой, солёненькой, или вот - с икорочкой, пару бутербродиков!
Далее мой пассажир всю дорогу молчал. А я рулил и представлял, что он думает о водителе с двухкилограммовой банкой икры и плохим аппетитом. Главное, что секрет-то я ему не раскрыл о паюсной икре. А надпись на банке можно было и не рассмотреть. И то, что он её точно не рассмотрел, было написано на его лице.
*******************************************************************************
Есть ещё одно, очень приятное воспоминание по поводу кафе «Южное». Люба рассказывала, что в то время посольство Чехословакии арендовало у кафе часть подвала. Что они там хранили кроме пива - не помню.
Главное, что шефу и его заместителям чехи позволяли в разумных пределах пользоваться их запасами. Сейчас мне кажется, что такого вкусного пива я больше в своей жизни нигде и никогда не пробовал! Разнообразия марок я не запомнил. Но одна, которая называлась «Пльзеньский проздрой», даже по прошествии сорока лет не забылась! Такое ощущение, что даже его вкус и сейчас во рту.
Брал я обычно полную коробку, в которую входило двенадцать бутылок. Цена на него была немаленькая. По сравнению с нашим, которое стоило тридцать семь копеек, рубль за бутылку, конечно, было прилично! Но за такое удовольствие можно было бы просить и больше…
Не сразу, но вспомнил и ещё одно название «Radeberger».
Видимо, чехи баловались не только своим, но и немецким, возможно, и ещё каким-то. Название - то я вспомнил, а вот насколько оно было вкусное или нет, сейчас сказать не могу.
*******************************************************************************
« 13 июня 1976 года »
Когда я увидел сохранившееся письмо из Украины от Гаврикова Николая Тимофеевича, младшего брата отца, конечно, сначала удивился. В письме было видно, что Николай Тимофеевич обижается, и не понимает, почему нет ответа из Москвы.
Сначала, чтобы разобраться в причинах, я обратил внимание на даты. Так как именно в этот период к отцу привязалась очень серьёзная болячка, и, конечно же, ему было не до писем. Он перенёс тяжёлую операцию. Несколько раз лежал в больницах.
А самое печальное - от февраля 1975 года (когда было написано письмо), до смерти Михаила Тимофеевича оставалось всего шестнадцать месяцев. Скорее всего, письмо могло прийти в те дни, когда отец лежал в больнице, и просто не попало к нему в руки, затерявшись где-то на полках среди старых газет.
Конечно, ответить на письмо могла и мама, Надежда Николаевна, но, может быть, она не хотела сообщать брату отца о плохом состоянии его здоровья. Наверное, и времени свободного у неё просто не оставалось. Заботы по дому, отцу сготовить что- нибудь диетическое, и отвезти в больницу. Частенько она там дежурила у его кровати, возвращалась поздно, только чтобы дома переночевать.
Мы с сестрой работали. У Любы постоянный был график, через день по двенадцать часов. Когда я впоследствии перешёл на такой график, понял, что это ужасное колесо без остановки. Домой сестра приезжала поздно. На следующий день отсыпалась. Ну, а дальше - времени оставалось только для того, чтобы приготовиться к следующей рабочей смене.
Про меня - что можно сказать? Частенько приходилось задерживаться на работе допоздна. На полпути машину не бросишь, домой не убежишь. Тем более, работа мне нравилась, сам выбрал. То маленькая командировка, то -работа в доме отдыха.
А копаться в этом я начал не потому, что искал кому-то, в чём то, какие-то оправдания. Хотелось разобраться, почему родные братья практически не общались. С 1953 года Николай Тимофеевич больше ни разу у нас в Головино не появился. Аналогично, и Михаил Тимофеевич за эти годы в Украине не был, и брата не навещал. То есть, двадцать три года родные братья не виделись ни разу!
Я лично увидел одну причину, и, по-моему - это была жизнь в сельской местности. Как человек может уехать от своего хозяйства? Скотину кормить надо. За грядками ухаживать. Отец два раза в день, без исключения, поливал огород . Если только дождик не приходил иногда на помощь.
По поводу переписки, конечно, я не могу ничего сказать. В пятидесятые я «под стол пешком ходил». В шестидесятые только в школу пошёл, не сильно повзрослел. Возможно, переписка была, и, возможно, интенсивная. К сожалению, свидетельств этого не осталось.
И последнее. В июне 1976 года на похоронах отца, Николая Тимофеевича не было. Возможно, ему просто не успели сообщить. А, возможно, всё по тем же известным причинам он не мог надолго отлучиться, оставить без присмотра хозяйство.
*******************************************************************************
(Фото ниже) Прощание с Гавриковым Михаилом Тимофеевичем. Кроме родных, присутствовали соседи по дому. На фото, на заднем плане -друзья, коллеги с завода «Кристалл».
*******************************************************************************
*******************************************************************************
« Заноза »
Думаю, в гараже логика была простая: нужна тебе машина на выходной, - плати, бери машину, и езжай куда тебе надо. Начальника не волновало, зачем тебе машина. Хочешь развлекаться – развлекайся! Нужна машина для личных нужд - нет проблем! Хочешь подхалтурить - пожалуйста! Главное - не подводи, раз тебе доверяют.
Я считаю, что после такой возможности и могла засесть «заноза», в то время невыполнимое желание - обладание личным автомобилем. Ведь можно понять человека, который всю неделю приходит вовремя на работу, и чётко выполняет задания. Путевой лист, время, километраж.
А в пятницу вечером - садится в ту же самую машину, и – свободен, как ветер! Езжай, куда хочешь, куда глаза глядят!
Например, помочь друзьям забросить тумбочку, или какую-нибудь кушетку - полчаса всегда можно было выкроить. А вот - вывезти километров за сто, сто пятьдесят, вещички на дачу или в деревню - это надо было день выделять, да и без документов, оправдательных для ГАИ - как поедешь ?! Потом, при такой возможности, - кто откажется подзаработать немножко?
При месячном окладе в сто шестьдесят рублей - выходило на день семь рублей с копейками. А с такой ездки положишь в карман «двадцаточку», (не считая благодарность начальнику),- вот вам и аналогично трёхдневному окладу! Прибавочка на карманные расходы!
В подтверждение моим словам осталось несколько фотографий с тех самых пор. Был в нашей компании товарищ, Фураков Вовка, наш ровесник. Он жил по соседству, буквально над квартирой Власова Николая, моего одноклассника. Фотографии, которые я размещаю, именно Вовка и сделал. Он, видимо, был немножко посерьёзнее нас. Семьёй обзавёлся раньше всех дружков, пришедших из армии практически одновременно. А, может быть, просто так выпал у него «лотерейный билет».
Вот когда мы все ещё были холостыми, и пришлось мне помогать нашему женатому товарищу. Точное место, название деревеньки, я, конечно, уже забыл, но то, что это было где-то недалеко от Волоколамска - запомнилось.
Даже сейчас приятно вспоминать те ощущения. То ты в душной, задымленной Москве. И вот, через пару, тройку часов, - вокруг леса, поля, свежий воздух, птички поют, бабочки, стрекозы порхают! Только потом трудновато стекло лобовое отмывать от мошкары, разбившейся об него!
*******************************************************************************
Вот так, пока колёса крутились, можно было и подзаработать, и про себя не забыть! Иногда отец Власова Кольки, дядя Лёня, доставал путёвочки на базу отдыха от своего завода «Энергоприбор». Она располагалась на Истринском водохранилище, недалеко от деревни «Лопотово». Это место я упоминал, когда рассказывал о сестре, и как я побывал одну смену в пионерском лагере «Истра».
На базу отдыха мы приезжали, конечно же, на «персональном» авто. Тем более, мы даже не пользовались туристическими палатками, в которых обычно спали отдыхающие. Во время таких поездок, в кузове « ZUK а», я устраивал прекрасную спальню. Для этого у бывших коллег, художников, в кладовке я хранил здоровенный пружинный матрац от двуспальной деревянной кровати. Вот он нас и выручал. На нем можно было спать даже поперёк.
Подъезжаем мы как-то к водохранилищу, до места остаётся метров двести, слышу - из кузова Колькин отец кричит:
- Николай, останови, дело есть!
Останавливаю на краю поля, выхожу. Рубашка на спине мокрая, хоть и вечереет, но всё ещё жарко. Из кузова вываливается моя компания, а дядя Лёня - с бутылкой коньяка в руках.
- Мужики, пора и расслабиться, что ли!
Думаю, чего не доехали? Уже рукой подать. Потом предполагаю - там на базе, друзья - коллеги, полно ртов, а коньяку-то - не бочка!
«Старшой» разлил, размахнулся, и швырнул пустую тару далеко в сторону. Чокнулись за хороший отдых, выпили. Колька сморщился, кажется, даже не занюхал, повернулся и пошёл в ту сторону, куда улетела бутылка. Зачем-то он решил принести её обратно, показывая всем своим видом «ужасное», конечно же, наигранное отвращение к этому «пойлу».
- Коль, сдавать, что ли будешь? - Все смеются.
- Да нет, вот хочу посмотреть, что за «клоповник»? Чем «травимся»?
Вглядывается в надписи на этикетке.
Хотя всем ясно, что Колька просто намекает, что «отрава» не каждому по карману. И рабочий класс нечасто ею балуется.
*******************************************************************************
Мы часто ездили к ним на дачу в Дорохово. У них там был большой двухэтажный дом с печкой, построенный между двумя объединёнными участками по шесть соток.
Власов Николай и Ушаткин Александр были двоюродными братьями. Их матери - родными сёстрами. Меня всегда удивляло, что и жили-то они на Авангардной улице по соседству, Сашка - в 74 квартире, а Колька - за стенкой, в 75й. И та дача - тоже как коммуналка, объединённая, на всю родню.
Почему-то иногда не забываются моменты совсем даже маловажные. Например, запомнил на всю жизнь, как там, на даче, впервые услышали мы Валерия Леонтьева. Находясь в саду, мы слушали музыку, доносящуюся из окна. И вдруг, какой-то артист, ещё с неизвестной никому фамилией, заблеял, как самая настоящая овца. Конечно же, мы не могли удержаться от смеха. Толи песня была такая, толи исполнение такое было модно. Вот запомнилось, и всё, хотя фанатом я его не считаюсь.
Стукнуло как-то нам с Сашкой в голову - зимой, по морозцу, по снежку - в Дорохово, на дачу, к печке!
Уже по темноте, по-моему, восемьдесят четвёртый километр на Минском шоссе, направо указатель: «Руза – 22 км».
Перемахнули железнодорожный переезд, проскочили Дорохово, и вот - через 5км - поворачиваем ещё раз направо. Дачный посёлок «Дружба».
Центральная улица, почищена нормально, едем без проблем, как по Тверской. После сторожки, по-моему, 2я Садовая улица - налево. Притормаживаю, поворачиваю, и останавливаюсь. В свете фар практически до самой дачи чётко просматривается работа бульдозера. Перед нами - как будто белый, ровный асфальт. Кроме нас, энтузиастов больше никого не нашлось, следов не видно!
Улица шла вниз, ну, с дуру, без разведки, и покатил с горки! Метров через пятнадцать, двадцать - я сильно об этом пожалел. Оказалось, что тот бульдозер - не чистил дорогу, а просто делал вид. Когда я выскочил из кабины, то увидел, во что мы вляпались! Глубина снега на дороге была сантиметров двадцать! Для «жука» это было чересчур…
Ни вперёд, ни назад, тем более, если задним ходом, то в гору. Слил воду из радиатора, и решил, что «утро вечера мудренее». Сумки - в зубы, и наша небольшая компания потопала до дачи. Там - ещё один сюрприз, то ли забыл Сашка ключ, то ли взял не тот. В общем, выставили мы в раме стекло, подсадили Сашку – ну, и просочился он вовнутрь. Благо, изнутри двери открывались без проблем, да и Сашка наш - маленький и щупленький!
Как ни хотелось нам вставать раненько, да вылезать на мороз от печки, а машину-то вызволять надо было. Нагрели воды, залили, завели машину. Ну, и отправились на поиски буксира. Суббота, выходной день - дорога пустая, ни одной машины! Уж начали предполагать, что придётся нам за лопаты браться, да дорогу чистить перед « ZUKом». Но, пока было время - потопали мы вдоль дороги. В надежде на удачу. Добрели то ли до какой-то колхозной фермы, то ли до гаражей, и, можно сказать, - повезло нам. Подвернулся местный водитель, да ещё и на «козле» - «ГАЗ – 69». Честно говоря, я сомневался, что у него получится, но - зря! Зацепил он нас тросом, и так резво потянул вверх - будто по сухому асфальту! Мне показалось, если бы я даже не помогал ему, тоже газуя на задней передаче, - он всё равно вытащил бы.
На следующую ночь машину мы уже поставили к сторожке, на центральной улице. В «дураки» записываться больше не хотелось!
А главное, - почему вспомнился этот случай, - опять же та возможность хоть временно почувствовать себя хозяином автомашины, ощутить себя частником, которому никто не приказывает - куда ехать, и по какой дороге!
Но вот, когда машина засела в сугробе, сразу на первое место вышла ответственность. Чтобы вытащить машину и вовремя вернуться к рабочему дню, наверное, голыми руками разгребали бы мы снег, и вылезли бы непременно! Разве можно было подвести человека, который давал вам такую возможность!
*******************************************************************************
Вспомнился и ещё один дачный эпизод, правда, связанный с дачным гардеробом. Кто поспорит, что дачу, а особенно тогда, в советское время, нельзя было сравнить со своеобразным «секендхэндом»? Я не буду вспоминать в подробностях, как Колька и Сашка устраивали нам показы мод из «бабушкиного выходного», и не только «выходного»!
Это было такое уморительное продолжение фильма «Здравствуйте, я ваша тётя!» в исполнении моих друзей (можете верить, можете не верить!), но животы от смеха болели в самом прямом смысле! Мы просто сползали на пол без сил, не выдерживая такой «ржачки».
Но я хотел рассказать о другом спектакле, который мы с Власовым устроили на дороге от дачи до станции Дорохово. Как обычно бывало, приехав, все пацаны переодевались в дачные «наряды». Надо было рубить дрова, топить печку, иногда приходилось и на огороде что-то поделать. Соответственно, чистую одежду прятали в шкаф, и каждый находил себе из дачных запасов наряд, подходящий и по размеру, и по фасону. Телогрейки, бушлаты, шинели, гимнастёрки и галифе - чего только там не было!
Проснулись как-то утром - сигареты кончились, хлеба нет, по-моему, и с другими продуктами было не лучше. То ли мы с Колькой сами вызвались, то ли на спичках выпало, уже не помню. Собрались и потопали. По поводу -машины тоже не помню. Если даже она и была, то, по понятным причинам, садиться за руль было страшновато (после вчерашнего!).
В одежде нашей ничего необычного, сверхъестественного не было. Оба мы были в «дембельских» шинелях нараспашку. Сапоги и фуражки со звёздочками нашлись без проблем. Я даже откопал себе синее НКВДшное галифе с красными лампасами (правда, тоненькими, соответственно - не генеральскими). По-моему, дядька у них там в армии служил. Единственная необычность для такого обмундирования - была сильно небритая Колькина физиономия, и моя, приличных размеров, борода. (Потому ребята меня и величали: то - «Михалыч», то - «Борода»!
Вот в таком колоритном виде, почти «строевым», мы поторапливались вдоль по обочине, в сторону Дорохово - за провизией. Где-то на полдороге догнал нас неприятный, визжащий скрип автомобильных тормозов. Мы особо на попутные машины не надеялись, выходной был, да и машин на дороге практически не было. А главное, ноги молодые - что для нас было отмахать пять километров! В общем, на этот грузовик мы даже не оглянулись. Кто-то там что-то крикнул, мы и на это внимания не обратили! Но вдруг, слышим - за нами топот, и уже не просто крик, а самые настоящие команды! Военнослужащие, СТОЯТЬ! Сколько вам кричать? ЁКЛМН..! Когда мы поняли, что кричат-то нам - остановились, и обернулись. Офицер из того грузовика чуть не врезался в нас.
Похоже, спасла моя борода, увидев которую, лейтенант тормознул не хуже того грузовика за нашей спиной. Выражение его лица, которое было, в предвкушении заслуженного поощрения за поимку «самовольщиков», в один миг сменилось на кисло-недовольное. Разочарование исказило его. Ни одного слова он не мог выдавить из себя. Полюбовавшись несколько секунд на наши улыбающиеся заросшие рожи, он только и смог - махнуть рукой, и припуститься обратно к грузовику.
Вернувшись, мы, конечно же, рассказали пацанам, что случилось на дороге. И до сих пор не пойму, над кем они тогда ржали, над нами, или над тем лейтенантом…
*******************************************************************************
« Садовник и его бригада »
Вспомнив заводскую зону отдыха, нельзя было не вспомнить главного садовника - Павла Васильевича, и его бригаду, обеспечивающую уход за растениями в помещениях и на небольшой территории рядом с заводом. Я чаще бывал где-то на выезде, но иногда, встречая озеленителей, удавалось поприветствовать маму моей одноклассницы Артамоновой Галины Владимировны. Потом через некоторое время и Галя устроилась в эту бригаду.
Иногда можно было наблюдать, как женщины с лейками и ведёрками, от одних цветочков к другим, чинно, не спеша, передвигаются по отделам завода, сильно увлечённые своими беседами. Случайно услышав их разговоры, можно было понять, что, когда их руки занимались растениями, мысли их были далеко с домашними заботами и делами. Дела снабжения часто были связаны и с этой службой. И ездить тогда со мной приходилось нашему главному садовнику.
У него везде были неплохие связи. Вспоминаю, что часто мы бывали в магазине «Природа» на Кутузовском проспекте, в доме пять, и в аналогичном - на территории Тишинского рынка. Тогда меня удивил один факт. Оказалось, что в этих магазинах была возможность сдать на комиссию домашний цветок, также, как, например, ботинки в обычной комиссионке. Услышав от меня, что у нас дома на подоконнике мешаются здоровенные, полуметровые столетники, Павел Васильевич даже возмутился:
- Что же ты раньше не сказал! Давай заедем, заберём! Денег получите, вместо того, чтобы на помойку отнести.
Я не мог не рассмеяться:
- Да какие там деньги!
Но когда за каждый столетник отвалили что-то около тридцати рублей, удивлению не было предела. В тот момент, наверное, не обошлось без влияния нашего садовника. Скорее всего, наивысший тариф дали из-за его «блатных» отношений. По крайней мере, так думал я.
Бесспорно, Павел Васильевич был человеком коммуникабельным. Забегая вперёд, вспоминаю, что через некоторое время, уйдя с завода, он работал директором магазина на Тишинском рынке. А вот по чьей просьбе я ездил к нему на помощь, уже забыл. Возможно, начальник гаража посылал, а возможно, по старой дружбе и начальник снабжения не отказывал.
*******************************************************************************
« Поваровка »
Очень часто вспоминаю «Поваровку», наш заводской дом отдыха. Бывало, ездил туда просто на помощь местному водителю Ивану, когда он не справлялся в одиночку, или когда ремонтировал своего старенького «РАФика». Но никогда не отказывался и подменять его на время отпуска. Мне казалось, работа там не сильно отличалась от отпуска.
*******************************************************************************
Путешествуя по Европе, уже в 21веке, мы с супругой Светланой за отпуск накатывали по две, две с половиной тысячи километров. Вот это можно назвать работой.
*******************************************************************************
А поездочка в соседнюю деревню за парным молоком - это разве работа? Так себе, баловство!
Как-то мы работали в доме отдыха на пару с дружком Витей Брежневым, на двух машинах. Всегда веселей в свободное время с компанией. Выполнив задания, мы переходили, можно сказать, в ранг отдыхающих. Но главной задачей было то, что машина, на всякий пожарный случай, всегда выполняла роль «дежурной».
Вспоминается одна поездка за молоком. Видимо, был договор непосредственно с фермой. И менять пустые бидоны на полные приходилось буквально у ворот коровника. Получая тёплое молоко сразу после дойки, можно было не сомневаться, что оно свежее, и, как говориться, парное.
Когда я уехал в Чашниково, Витя стал готовиться к моему скорому возвращению. Городскому жителю ведь редко удаётся побаловаться парным молочком! Вот мы с дружком и решили не то чтобы побаловаться, а даже немного «схулиганить».
Зная точно, что на кухне молоко непременно разбавят, мы решили их опередить. Пока я ездил, Витя кипятил воду. А в момент моего возвращения он ожидал меня в месте, которое мы оговорили заранее. Операция прошла чётко и быстро. Не успел я остановиться, как увидел своего дружка, озирающегося по сторонам, вылезающего из кустов с двумя большими чайниками в руках. Один чайник, соответственно, был пустой, а другой - с заменителем молока, то есть с кипячёной водой.
Через пару минут Витя, как белорусский партизан, скрылся в густых кустах с полным чайником парного молока. Тогда вряд ли, а сейчас я задумался по поводу жирности того молока, в которое после нашей операции, наверное, на кухне побольше нашего набухали водички!
*******************************************************************************
Ещё я задумался о том, какой кормушкой был дом отдыха.
Как-то вечером, в конце рабочего дня ко мне подошла шеф- повар и попросила о помощи. Всего лишь подвезти её до станции Поваровка. Мне это было совсем нетрудно, конечно же, я не отказал, но очень удивился. Ведь стояла прекрасная погода, одно удовольствие прогуляться к станции, до которой рукой подать!
Но вскоре я увидел причину: это был огромный чёрный чемодан, по ощущению, набитый не то, чтобы, как говорят, кирпичами, а, скорее, чугунными гирями! Путь до станции на машине был раза в три- четыре длиннее. Подъехав к дому главной поварихи, даже не предполагая, я получил вознаграждение. Из сумки моя пассажирка вытащила несколько банок разнообразных консервов. Конечно, я тогда сообразил, что это скорее за молчание, чем за затраченные пять минут.
*******************************************************************************
Бывали поездки и с кладовщицей. Но вспомнил я её потому, что, когда я бывал на складе, очень удивлялся увиденному. Так как в доме отдыха не было ни буфета, ни магазина, удивляло наличие на складе ящиков с водкой и коньяком. Я лично не видел, чтобы отдыхающим наливали для аппетита.
А вот начальство с завода частенько гостило у «Голубка», Юрия Владимировича, директора дома отдыха. Почему «Голубок»? Прозвище ему дали потому, что он, общаясь с сотрудниками, всех поголовно называл «Голубками». Такое уж любимое было у него обращение!
Мне лично он нравился, и показался человеком мягким и добрым, но, наверное, не без хитринки. Видимо, на этой должности иначе было нельзя!
*******************************************************************************
Как-то от начальника гаража поступило заманчивое предложение. На ноябрьские праздники надо было немного поработать в «Поваровке», и параллельно немного отдохнуть. Наверное, знали, что я товарищ не сильно пьющий, и вполне могу побыть в доме отдыха дежурным водителем, не страдая по бутылке. На самом деле вышло так, что работы там никакой не было, и машина стояла просто на всякий «пожарный» случай. Я же, как и все, числился отдыхающим, который был немного трезвее других.
Уже в доме отдыха я сразу понял, что рабочим с завода праздничных путёвок, конечно же, не досталось. Отдыхающих было совсем немного, и это практически поголовно были заводские начальники со своими семьями.
В разгар праздника, вечером 7 ноября - был устроен праздничный ужин. Вот тогда и было показано различие обслуживания «обычных», и «не очень обычных» отдыхающих. По поводу спиртного я уже точно не помню, а вот из закусок на столах была и чёрная икра, и прочие деликатесы, которыми вряд ли угощали простых отпускников в обычные, непраздничные, заезды.
Праздник, конечно, все отмечали в своих маленьких коллективчиках. Друзья, коллеги разбредались по номерам пировать, используя уже свои запасы и летние дачные заготовки, привезённые с собой из Москвы.
В моей небольшой компании был Юрий Михайлович, завгар, со своей женой Аллой. Кстати, она работала секретарём директора. К нашему коллективчику прибился и начальник снабжения с супругой. Не могло обойтись и без Сергея Дмитриевича, отца моего дружка Сашки Ушаткина.
А вот причиной образования нашей компашки был отдельный небольшой домик, стоящий в стороне от основных корпусов. Видимо, он использовался чисто для своих, ну и, например, для прикомандированных водителей. Я лично, работая там, всегда жил только в нём. Вот и в этот раз, вдали от чужих глаз, в тесном кругу «шофёров» и «грибников», мы весело отмечали праздник.
*******************************************************************************
« Смоленск »
Так как завод был совсем ещё молодой, пионерским лагерем обзавестись, конечно же, не успел. Возможно, сразу стали выручать коллеги из других городов, но уж больно далеко находились они от Москвы. И точной информации об этом я не имею. А вот в чём пришлось участвовать мне, расскажу. В начале лета 1976 или даже 1977 года, сейчас я даже не могу точно вспомнить, намечалась поездка в пионерский лагерь Смоленского завода «Кристалл». Заводской «ПАЗик» должен был везти детишек, родителям которых посчастливилось при распределении путёвок. Но, скорее всего, дело было не в везении.
Видимо, по правилам какой-то инструкции, чемоданы счастливчиков, отправляющихся на отдых, должны были перевозиться отдельно от своих хозяев. Вот для этого и нужен был мой грузовой «жучок», в кузове которого практически потерялось то небольшое количество доверенного мне багажа. В «ПАЗике», наверное, были свои сопровождающие, отвечающие за детишек. А со мной, ответственным за чемоданы по непонятной сначала для меня причине поехал «Голубок», директор дома отдыха. Уже потом, по дороге, выяснилось, что он сам смоленский, и воспользовался этой возможностью, чтобы лишний раз проведать свою старенькую маму, проживающую там. При перевозке чемоданов, как известно, скорость сильно не ограничивается. Вот по этой причине мы быстро ушли вперёд, и, конечно же, намного быстрее нашего автобуса добрались до Смоленска. Быстро освободившись от чемоданов, завершив первую часть нашей программы, мы отправились в город по адресу, где проживала старенькая мама Юрия Владимировича.
Скорее всего, она не знала, что мы нагрянем, и это для неё было сюрпризом. Она понимала, какой большой путь мы проделали, и сразу засуетилась на кухне, чтобы накормить нас. В этот момент мой пассажир передал ей сумку с гостинцами из Москвы, и мы расслабились в ожидании обеда. Прошло немного времени, и нас пригласили за стол. Когда перед нами поставили тарелки с быстро приготовленным супом из толстых макарон и кружочков сырокопчёной колбасы, привезённой нами в подарок, я понял ту разницу, из-за которой всё ближайшее и дальнее Подмосковье ехало отовариваться в столицу!
Если честно, то я всё больше удивляюсь по поводу нашей памяти. Огромная масса подробностей стёрлась бесследно, а тот смоленский суп, с плавающими кружочками колбасы, как сейчас перед глазами!
Хоть и запомнилось это на всю жизнь, но всё время кажется, что происходило всё в каком-то странном сне.
*******************************************************************************
Ниже я вставлю ещё один небольшой рассказ, размещённый в главе под названием «Случайные встречи – 1». Возможно, могут быть какие-то повторения. Но я решил ничего не исправлять. Рассказ этот сам по себе. Просто он относится к тому же периоду, и будет небольшим дополнением к повествованию о «Поваровке».
*******************************************************************************
« Случайные встречи - 1 »
1976 – 1978 – Ленинградка поворот из г. Менделеева –
Это воспоминание состоит из трёх, нет, скорее - из четырёх, эпизодов. Так уж получилось, что с Леонидом Ильичом Брежневым дороги наши московские сводили не единожды.
С завода Кристалл мне часто приходилось ездить на нашу базу отдыха в Поваровку. Иногда даже бывало такое, что посылали на помощь, или на подмену местного водителя, во время его отпуска или больничного. Прекрасные были времена. Отдельный номер в доме отдыха. Машина - под боком в полном распоряжении. Да и работы в меру. Зато в свободное время - сам себе хозяин. Вокруг - поля цветущие, лес. А в грибную пору иногда по несколько вёдер опят в день домой отвозил в Москву.
Иногда, конечно, приходилось покататься с директором, или его замом. Но это - так, можно сказать, баловство в удовольствие. Уж больно приятные воспоминания нахлынули - чуть не забыл, о чём начал рассказывать! В один из загруженных дней, накрутившись по делам, возвратились мы с заместителем директора Новосельцевым из Москвы. Припозднились. Уже вечерело. Не помню, зачем - то я тогда собирался домой, и пассажир мой попросил закинуть его по пути в городок Менделеев. Короче, завёз я его, и быстро вернулся к Ленинградке.
Не помню - был тогда у стеллы светофор, или нет. Мне - то налево надо было поворачивать, в сторону Москвы. Машин тогда мало было, пересечь Ленинградку и без светофора без проблем. Повернул, набираю скорость, проезжаю Памятник погибшим воинам, и через несколько секунд… ужас!
В зеркалах - новогодняя иллюминация. Мощные сирены слышно издалека. Орут в матюгальники: «Принять вправо. На обочину. Стоять!» Если по осевой несутся рядом две ГАИшные иномарки, а скорость у них - не менее ста пятидесяти, дураку ясно - для кого расчищают они дорогу!
Как ошпаренный, отлетел я на обочину, и выполнил команду «Стоять». Сначала проскочили несколько орущих ГАИшных машин. За ними неслись «Волги» охраны, которые обычно выдавали свои « V » - образные двигатели двумя выхлопными трубами. Ну, а через некоторое время - основная масса «Чаек» и «ЗИЛов».
Вот так на дороге произошла моя первая встреча с Леонидом Ильичем, возвращающимся с охоты из «Завидово». Я сидел и думал, - ведь несколько секунд прошло после того, как я повернул на трассу. Они шли с такой скоростью, что мне показалось, будто они с неба свалились. А если бы я замешкался немного, - смели бы меня, как крошки с кухонного стола!
*******************************************************************************
Вспоминая «Поваровку», нельзя не вспомнить всё те же наши любимые грибы. Так уж совпало, год был очень урожайным, а мне повезло именно в это время попасть на работу в дом отдыха. Иногда работы практически не было, и я, отпросившись, отъезжал на «бетонку», которая проходила совсем рядом. Мне хватало тридцати, сорока минут, чтобы набрать полное ведро опят. Но бывало и намного быстрее, когда попадался особо урожайный пень.
К вечеру ведра три собиралось, и приходилось везти домой, чтобы там грибы вовремя обработали. Иначе, все хлопоты - коту под хвост! А опята - на помойку!
Как-то директор Юрий Владимирович надумал вместе с несколькими сотрудниками организовать выезд на природу, пока не закончилась грибная пора. Надеясь на стопроцентный успех, я предложил показать своё испытанное место под Клином.
На «ZUKе» со мной поехала сестра Люба, изъявившая желание погулять по лесу. Директорская компания следовала за нами на том стареньком «РАФике», принадлежавшем Дому отдыха. Погода была прекрасная, и мы без проблем, по сухой дорожке, заехали в лес. Дальше происходило такое, что, как говорится: «ни в сказке сказать, ни пером описать»!
Вокруг вся земля была усыпана необычными опятами. Внешний вид грибов скорее напоминал небольших, толстеньких, крепеньких подосиновиков, совсем не похожих на опёнки.
Компания не разошлась в разные стороны, искать грибы было ни к чему. Все ходили друг за другом, чуть ли не толкаясь, и резали, резали, и резали. Такое изобилие я встретил тогда впервые, но, правда, не в последний раз!
Буквально все, кто был «не в первОй», удивлялись толстенным ножкам, на которых стояли опята, и не так, как обычно - на пнях и деревьях, а просто - рассыпанные по земле!
*******************************************************************************
« В Ленинград на выходные »
Хотел рассказать об одной поездке в Ленинград. Но без предисловия не получится.
Как говорят, дружат или против кого-то, или по интересам. В гараже большая часть ребят кучковалась по «водочному» интересу. Частенько с утра можно было наблюдать такую картину. Пришёл кто-то «после вчерашнего», и, конечно же, главная задача - основательно похмелиться. Поставил товарищ свою машину на домкрат, снял колесо, и расслабляется весь день вокруг этого колеса, типа, машина неисправна, выезжать - возможности нет!
Был у нас в транспортном участке единственный, самый, что ни на есть, трезвенник. Сейчас не помню, то ли по партийной линии он был, то ли по профсоюзной. Без лишней скромности, Виктор Гришин не уставал повторять:
- Кто у нас работает? Я , Витя Брежнев, да Коля Гавриков!
Бесспорно, работа у него была ответственная. Как никак, на одном из двух бронированных «ФОРДов» Гришин возил бриллианты.
Говорил, что в машине в каждую ездку готовой продукции бывало не меньше, чем на полтора миллиона!
Но я сейчас не об этом.
Практически в этот же период в гараж перешёл из огранщиков и Витя Брежнев, с которым мы сразу подружились. Причину его перехода я точно не помню. Возможно с алмазами у него что - то не сложилось, тем более, здоровья эта работа не прибавляла.
А возможно, Вите просто надоело сидеть за верстаком, также, как и мне за письменным столом.
Вот теперь можно рассказать о том, о чём я собирался.
Начальник наш, Юрий Михайлович, человек был неплохой, по крайней мере, по отношению ко мне он был доброжелателен, и в просьбах обычно не отказывал. Понятно, не зря ведь говорится, что «сухая ложка рот дерёт». И мы не дураки, понимали, ему ответственность, а нам удовольствие!
В этот раз, когда мы с Брежневым надумали прокатиться в Ленинград, происходило всё, как обычно, по накатанной схеме. Начальнику в нагрудный карман отправлялась «синенькая купюрка» с циферкой «пять». А нам - отрывной талон от приходного ордера, и чистый путевой лист. Всё это с синими печатями, «комар носа не подточит»! То есть, использование машины оплачено через бухгалтерию, и - езжай на выходные, куда глаза глядят!
Причина, которую мы озвучили, конечно же, была не поездка в северную столицу, а всего навсего, помощь родственникам, якобы перевозящим вещи в деревню, в Калининскую, (сейчас Тверскую), область.
В пятницу, закончив работу пораньше, мы постарались побыстрее выскочить на трассу. Ехать мы решили на Витькином салатовом «каблучке-ИЖ-2715». Машинка у него была практически новая, ну, и не такая громоздкая, как мой « ZUK ».
Первые сто, сто пятьдесят километров - была сплошная нервотрёпка. Деревни шли одна за одной. Не успев разогнаться, приходилось тормозить. По возможности, мы выжимали максимум. Когда приходилось сбрасывать скорость со ста сорока до шестидесяти- было ощущение, что автомобиль стоит на месте. Наверное, «москвичёнок» мог бы разогнаться и побыстрее, но сильно мешало качество дороги. Помню, что встречные машины, моргая фарами, как обычно, по-братски, предупреждали о засадах.
Проехав Калинин, мы достали второй путевой лист, в котором говорилось, что мы едем в командировку. А придумывая ответы на разные каверзные вопросы, решили говорить, что командировочные листы, которых у нас не было, оформит и привезёт снабженец, который прилетит в Ленинград вслед за нами. Выехали мы срочно, так как в Ленинграде ждёт срочный груз. Наверное, понятно, что нам не хотелось объяснений с ГАИшниками. Тем более, не хотелось вляпаться, и потом краснеть перед начальником.
Благодаря нашим стараниям и осторожности, мы без проблем и очень быстро добрались до Ленинграда. Потом, смеясь над собой, мы вспоминали, что всю дорогу выжимали из машины максимум, потому что не знали, разведут мосты или нет. Не хотелось из-за этого оставаться на улице, когда адрес, намеченный нами для ночлега, мог оказаться на другом берегу.
(Хотя реальность , которую мы узнали потом, была такой. Во-первых, мосты в это время года не разводили. По-моему, наша поездка состоялась весной. А во-вторых, никакие мосты нам вообще были не нужны!).
Ну, а по - поводу того адреса, было ещё смешнее. У меня в городе над Невой- никого. У Вити - тоже, кроме человека, с которым он познакомился, обслуживая на машине полковника, кажется, начальника гражданской обороны Ленинградского района города Москвы. Ленинградец вроде был тоже полковник, и на такой же должности, но в Ленинграде. Я-то вроде так, за компанию. А Брежнев, набравшись наглости, без предупреждения, даже не поздним вечером, а, скорее, в начале ночи, - «Здравствуйте, я ваша тётя!».
Честно говоря, мы и не рассчитывали на удачу. На худой конец, подремали бы в кабине. Но нам повезло, хозяева были дома, места у них было - хоть отбавляй, и приняли они нас очень даже радушно. По крайней мере, недовольства по- поводу непрошенных гостей я не почувствовал. В квартире, кроме Витиного знакомого и его супруги, никого не было. Нам выделили отдельную комнату с большой библиотекой. Наверное, это был кабинет хозяина. Но в тот момент нас устроила бы и кухня, лишь бы не на улице. Помню, что даже пришлось воспользоваться библиотекой вместо снотворного. Возбуждение от скорости, от дороги, от перемены мест могла успокоить только «интересная» книга.
Утром мы получили наставления, как куда доехать. Программа у нас была насыщенной, но очень маленькой. Мы замахнулись на Русский музей, и, конечно же, на Эрмитаж.
Первым делом мы двинули на Дворцовую. В кассе Эрмитажа с нами произошла одна странная вещь. Не знаю, чем мы приглянулись бабушке в окошечке, «божьему одуванчику», которая выдала нам входные билеты.
Пока мы собирались отойти от кассы, бабуля чуть ли не шёпотом предложила за какие-то копейки дополнительные билетики, то ли в какое-то спец хранилище, то ли в сокровищницу. Не зная, о чём идёт разговор, мы только и могли, что пожать плечами.
- Что вы, что вы, это же большая редкость! Многие хотят, но попасть не могут.
Уговорила она нас быстро, согласились мы, даже не зная на что. Главная наша задача тогда была следить за временем. Потому что в определённый момент мы должны были оказаться рядом с определённой, не сильно приметной дверью. После начала экскурсии дверца та уже не откроется, и билетики наши превратятся в ненужные бумажки.
Много лет спустя, прогуливаясь в ускоренном темпе по музею Прадо в Мадриде, я невольно вспоминал эту первую в моей жизни пробежку по Эрмитажу. Обычно об этом я говорю «поставили галочку».
К заветной двери мы попали вовремя. Собралась небольшая компания, человек десять, двенадцать. Ровно в назначенное время к нам подошла экскурсовод, да ещё за компанию с вооружённым милиционером.
Помещение за той дверью, в которое под конвоем попала наша группа, оказалось совсем даже небольших размеров. Главное, что я понял после той экскурсии, это по поводу ценности размещённых там экспонатов. И была их ценность не в том золоте или серебре, из которого сделали эти предметы, а в том, кому принадлежали они когда-то давно.
Экскурсовод упоминала и Петра Первого, и Екатерину, и многих других. Но сейчас я вряд ли точно вспомню, кто был хозяином показанной нам табакерки или пудреницы. Главное, что там не было вещей, которых бы не касались руки знатных, царских особ.
Помню, что старые ювелирные украшения почему-то особого впечатления не производили. Потом, поинтересовавшись, почитав, я понял, что, например, необработанный алмаз, вставленный в перстень, смотрится как простая стекляшка. Поэтому и не восхищали они своей простотой, и, можно даже сказать, невзрачностью.
Не помню, спонтанно, или запланировано нами было ещё в Москве, но наш короткий список был такой. Первым делом Эрмитаж. Второй по списку Русский музей. А вот Пискаревское кладбище попало в этот список, возможно, потому, что располагалось недалеко от того района, где нас любезно приютили. Времени у нас было - в обрез, и считаю везением, что мы смогли заехать и поклониться могилам невинных жертв Ленинградской блокады.
*******************************************************************************
Там рядом с братскими могилами я вспомнил бабушкины рассказы о тех временах, когда фашисты подошли вплотную к Москве. И что было бы, если б немцев не отогнали тогда от города.
Было и ещё одно воспоминание. Оно не могло не всплыть в моей памяти при виде массовых захоронений, на которых не было ни имён, ни фамилий. Только даты.
Этот рассказ я услышал от сестры Любы. А она, на уроке в нашей Головинской школе - от одной из учительниц, которая после снятия блокады попала, по приказу Комсомола, в комиссию по ликвидации последствий тех страшных дней. Члены той комиссии прочёсывали Ленинград дом за домом. Вскрывали квартиры, где могли быть умершие. Залезали на чердаки и осматривали подвалы. И вот однажды в одном из подвалов их взору предстала ужасная картина. По всем признакам, кто-то организовал там страшную кухню, на которой из маленьких детей эти нелюди, скорее всего, на продажу, готовили холодец. В какой-то момент - это производство было брошено. И брошено оно было, видимо, внезапно. Все следы преступления были оставлены на месте. Где-то валялись детские косточки. Где-то детская одежонка. А в больших чанах даже недоваренные части тел.
Такое забыть невозможно. Мне тогда лет шесть, семь было, а из памяти тот рассказ не стёрся ни на грамм.
*******************************************************************************
Перемещаться по незнакомому городу всегда неудобно, некомфортно. Надо, например, найти незнакомый адрес, а при этом желательно и не нарушать ПДД. Вся поездка у нас в этом смысле прошла более-менее спокойно, кроме одного маленького случая, который произошёл при выезде с какой-то улицы на набережную Невы. Немного запутавшись в рядности, мы угодили в лапы дотошных дружинников. Перед мужиками с красными повязками сначала нам пришлось оправдываться в том, что нарушили мы немного, не нарочно, а по незнанию города и организации движения.
Простив нас за нарушение, общественники решили для порядка проверить у командировочных документы. Тут уже нам пришлось оправдываться в отсутствии какой-то непонятной печати в путевом листе, которая должна была говорить о том, что мы выехали из своего города. Некоторое время мы затратили, убеждая их в том, что никогда не слышали о таком правиле. И сколько бы мы ни выезжали в командировки, никто и никогда с нас не спрашивал никаких печатей! В конце разговора уже мы задавали вопрос. Зачем нужна печать, если в официальном документе, путевом листе, чёрным по белому написано Москва - Ленинград. Мы же не в Воронеж приехали. Разошлись мы по-хорошему, без последствий. Как ни странно, но за всю поездку ни с одним гаишником пообщаться нам не пришлось. Вторая половина воскресенья ушла на дорогу домой.
На следующее утро в понедельник, как ни в чём не бывало, мы приступили к работе. И, наверное, никто бы не поверил, что найдутся такие энтузиасты, (идиоты), готовые отмахать полторы тысячи километров в выходные, чтобы посмотреть всего лишь пару музеев!
*******************************************************************************