Новый сериал «За час до рассвета», который показывает онлайн-сервис « More TV », быстро набирает популярность. В детективе лихо закручен сюжет, телезрители спорят, кто главный злодей фильма, рейтинги идут вверх. Одну из главных ролей в фильме исполнил популярный российский актер Артур Ваха. О работе в новом телепроекте, театральном и музыкальном творчестве, жизненных принципах актер рассказал в эксклюзивном интервью «Теленеделе».
— Артур Викторович, довольны своей работой в новом телесериале?
— Да, чувство удовлетворенности определенно есть. Хороший сценарий, много увлекательных сюжетных ходов, некоторые рождались по ходу съемок. Мне лично было очень интересно и комфортно работать с режиссером фильма и с этим актерским составом.
— Актерский состав по именам очень солидный: Хабенский, Бурковский, Смолянинов, Михайлова, Флоринская — звезды сошлись. Как сработались?
— Со многими знаком не первый год, ранее вместе работали в других проектах, так что никаких коммуникативных или иных проблем не было. Вообще давно понял, чем выше уровень профессионализма у коллег, тем легче и приятнее с ними работать в любом проекте — это уже аксиома.
— На чем строится интрига фильма?
— Ключевую интригу фильма — кто же этот таинственный злодей по прозвищу Клещ, я, конечно, раскрывать не стану. Ну, чтобы не лишать телезрителей удовольствия от просмотра. Но уже по первым сериям телезрителям станет понятно, что противостояние между органами правопорядка и послевоенным криминалитетом ведется по не писаным правилам. Когда война все против всех, и сразу не понятно кто друг, а кто враг, кто герой, а кто подлец — это всегда увлекательно. Сюжетные хитросплетения, я уверен, будут вести за собой телезрителя от первой до последней серии.
— В сериале вы играете не совсем обычную роль с «переменным» знаком — криминального авторитета Графа, который не по своей воле, но помогает правоохранителям в расследовании преступлений. Как работалось с такой неоднозначной фактурой?
— В кино все скоротечно и технологично. Репетировать и вживаться в образ особо некогда. Актер должен прочитать сценарий, понять режиссерский замысел, войти в кадр и органично попасть в образ на 100%. Мне в этом смысле повезло, что роль Графа выписана очень хорошо и понятно. Мне было интересно и одновременно легко играть этот колоритный персонаж.
— В фильме вновь поднят мировоззренческий конфликт двух подходов в правоохранительной системе: преступник должен оказаться за решеткой по закону или по справедливости? Фильм отвечает на этот вопрос?
— Жизнь — очень сложная штука и сказать однозначно, кто прав, мне лично всегда очень сложно. Всякий раз надо внимательно и тщательно разбирать каждый случай, тогда можно решить, на чьей ты стороне. «За час до рассвета» в этом смысле позволяет еще раз задуматься и переосмыслить дилемму, которую поставили братья Вайнеры в романе «Эра милосердия», по мотивам которой был снят хрестоматийный фильм «Место встречи изменить нельзя». Пусть каждый сам ответит на этот не простой этический вопрос.
— Кроме телесериала Игоря Зайцева в каких новых проектах вас можно будет увидеть?
— В кинопроектах пока не участвую, так как два месяца был плотно занят в подготовке театральной постановки. В театре Ленсовета вышел спектакль «Мещане» по пьесе Горького, я там играю. Приглашаю всех на эту актуальную во все времена классику. Но в кастингах для фильмов участвую интенсивно, надеюсь, будет продуктивное продолжение.
— В российском кинематографе вы уже сыграли более двухсот разноплановых ролей. Ведете личный баланс, каких персонажей у вас больше — положительных или отрицательных?
— Честно говоря, никогда не вел подобного счета. Каждая новая работа должна быть в первую очередь творческим вызовом, должна быть интересна. Чем сложнее и многограннее личность, тем интереснее мне ее сыграть. А положительный или отрицательный герой — это вообще не важно.
— Как обычно строится ваша работа с режиссером: работаете точно по предложенному сценарному образу или вносите авторскую коррекцию?
— Обычно я всегда выслушиваю мнение и пожелание руководителя проекта, его видение персонажа. Я никогда с режиссерами не спорю на этот счет. Если у меня есть предложения по роли, я обычно не говорю, а показываю, играю. Если все убедительно и это принимается — воспроизводим уже в кадре.
— Часто вам предлагают повторить какой-то удачный типаж, «снять кальку» с ранее сыгранной роли?
— Такого никто не предлагает, так как это в крайней степени непрофессионально. Это точно табу, так как к актерскому искусству вообще никаким боком не относится.
— В 1999 году вам было присвоено звание «Заслуженный артист Российской Федерации». Это звание для актеров больше про ответственность или про привилегии?
— Мне относительно рано присвоили это звание, хотя к тому времени я уже успел сыграть много больших ролей в театре. Честно скажу, я не особо изучал список привилегий, но одна хорошая там точно есть: заслуженному артисту полагается отдельный гостиничный номер на гастролях. Когда звание присваивают в 60 лет, эта привилегия как-то уже не особо нужна, а вот в 35 — в самый раз. (Смеется.)
Театр как предчувствие
— В профессии вы действительно очень давно. Какие чувства испытывали, когда уже в шесть лет вышли на сцену вместе со взрослыми актерами в театре Ленсовета?
— Я тогда не относился к этому серьезно. Это правда. Роль у меня была небольшая и ничего особо на сцене мне делать не приходилось. Относился к этому как к увлекательной игре, не более.
— Но вы выходили на одну сцену с такими театральными мэтрами, как Алиса Фрейндлих, Анатолий Равикович. Испытывали какой-то пиетет рядом с легендами?
— Для меня они в то время были просто тетя Алиса, дядя Толя. У шестилетнего ребенка ведь иное мироощущение, другое восприятие личности, творческого величия.
— Тогда поняли, что театр — ваша судьба?
— Пожалуй, это было неизбежно. Когда там находишься, буквально пропитываешься театральной атмосферой, запахом кулис. Потом уже без этого просто не можешь жить. Театр в этом смысле — заразная штука, не случайно многие дети актеров потом выбирают для себя именно эту стезю.
— В школе, наверное, были звездой? Учителя, одноклассники относились к юному таланту по-особенному?
— В то время не было ничего подобного. Было не принято кого-то выделять. Я не помню, чтобы ко мне как-то по-особенному относились. Всегда был наравне со всеми, без каких-либо привилегий. Более того, ни в какие школьные драмкружки меня не звали и даже в школьной самодеятельности я не участвовал. Вот так бывает.
— За роль в театре вы даже получали небольшой гонорар. Куда тратили первые заработанные деньги?
— Я их не тратил, все отдавал маме. Мы жили вдвоем, и в семье не было достаточно денег, поэтому все гонорары шли в общую копилочку.
— Почему с таким внушительным театральным резюме вы не смогли поступить после школы в Горьковское театральное училище?
— Я просто сам не захотел там учиться. Когда приехал в Горький, походил по городу, по коридорам училища, такая тоска охватила. Вдруг стало как-то неуютно, одиноко. Я даже не пошел на прослушивание, сразу вернулся домой. Наверное, тогда я еще просто не созрел эмоционально для самостоятельной жизни вне родных стен, вне любимого города.
— Потом не было сомнений в правильности выбора профессии?
— Сомнения во время учебы всегда присутствуют, особенно, когда что-то не получается.
— Курс Владимира Петрова в ЛГИТМиК, куда вы поступили, был очень сильным, но история вашей однокашницы Ларисы Гузеевой стоит особняком. Молодая студентка, ваша сокурсница мгновенно стала мегапопулярной после роли Ларисы Огудаловой в кинобестселлере «Жестокий романс». Не было шока, когда увидели, что может сотворить магия кино?
— Ларисе улыбнулась госпожа Удача, когда ее пригласили в такой масштабный проект. В нашей профессии так бывает: кому-то везет на такие роли, и можно наутро проснуться знаменитым, а кому-то нет. Я, например, до 38 лет вообще серьезно не снимался в кино, только в эпизодиках каких-то. Зато потом как прорвало.
— В «Бесприданнице» кого бы могли сыграть?
— Паратова, конечно, поинтереснее было бы сыграть. Но в то время, когда снимали «Жестокий романс», я еще по возрасту не подходил, а сейчас уже не подхожу. (Смеется.)
— Есть еще не сыгранные роли в театре, кино, которые очень хотелось бы сыграть?
— В каждый период жизни человек все хорошо понимает про себя. И в каждый такой период возникает своя мечта что-то сыграть еще. Я не хочу озвучивать свою нынешнюю мечту, потому-то она может не реализоваться и мне будет обидно.
— Может, наоборот, кого-то из режиссеров подтолкнет к действию?
— Я с режиссерами разговариваю, обсуждаю свои творческие планы, не без этого. Посмотрим, что из этого получится. Мечтания и нереализованные актерские амбиции у меня еще присутствуют — это главное, буду работать над их реализацией.
— Есть расхожее выражение: театр — место, где актер играет, а кино — где зарабатывает деньги и славу. Оно справедливо?
— Я понимаю, что в жизни практически так всегда и происходит. Но если ты попадаешь в хороший материал, с хорошим кинорежиссером, то это, как правило, всегда серьезная актерская работа. На площадке киностудии нет зрителей, нет энергетического обмена с аудиторией, поэтому сложнее. Кинокартина по большому счету получается только после монтажа, а не в тот момент, когда идут съемки. Это другой вид искусства со своей спецификой. Это надо понимать.
— Стихи еще пишете? Выйдет ли сборник?
— Я стихи специально не пишу. В юности написал несколько, но там рифмы сами как-то легко приходили, ложились в строку. Но вот специально сидеть и писать стихи — я так не могу. Я все-таки не поэт, который не может не писать стихи, а я вот могу.
— Может, стихи подойдут для вашей музыкальной группы «Стая Полетели»?
— Пока не думал об этом. Пока мы берем стихи у других хороших поэтов, музыку пишем сами. Если в будущем получится, то получится, но напрягаться по этому поводу мы точно не будем. Творчество должно органично развиваться, тогда будет толк.
— Вы родились и выросли в городе на Неве. Скажите, Ленинград и Санкт-Петербург — это уже два разных города?
— По настроению, конечно, другой немного город. Жизнь ускорилась, люди стали как-то дальше друг от друга, особенно молодежь. С одной стороны, гаджеты и соцсети стерли пространственные границы, но с другой — люди стали меньше общаться вживую. Но ментально Питер, конечно, мало изменился. Здесь все та же уникальная атмосфера, и, когда приезжаешь в любой другой город, эта разница особенно заметна. Питерский менталитет непостижимым образом передается из поколения в поколение. Наверное, воздушно-капельным путем. (Смеется.) Я и Ленинград любил, и нынешний Санкт-Петербург очень люблю. Я бешеный питерский человек — совершенно точно.
Евгений Калинин
Досье
Родился: 13 января 1964 года в Ленинграде
Образование: окончил ЛГИТМиК, курс Владимира Петрова.
Карьера: актер, Заслуженный артист России (1999 г.). В шесть лет впервые вышел на сцену театра им. Ленсовета в спектакле «Человек со стороны». После окончания институт был принят в труппу театра Комедии им. Николая Акимова. С 2005 года — в труппе театра им. Ленсовета. В 2020 г. организовал музыкальную группу «Стая «Полетели». Сыграл в более чем двухстах кино- и телепроектах. Среди киноработ фильмы и сериалы — «По прозвищу Барон», «Контрибуция», «Холоп» «Батальонъ», «Ледокол», «Салют-7», «Брежнев», «Улицы разбитых фонарей», «Агент национальной безопасности», «Убойная сила», «Каменская» и др.