Аниме даже после «запрета» не даёт покоя российским чиновникам и журналистам, которые к месту и не к месту поднимают больную тему. На этот раз отличились корреспондент издания «Фонтанка.ру» Лена Ваганова и новый председатель комитета по образованию Санкт-Петербурга Наталия Путиловская , у которой первая брала интервью .
Сначала всё шло неплохо — и вопросы, и ответы были серьёзные, вменяемые и скучные. Но потом речь зашла об участившемся детском суициде на почве затянувшейся пандемии и сопутствующих ограничений, а также об отражении суицидальных мыслей в детских соцсетях. И тут журналистка ввернула откровенно провокационный вопрос, а чиновница с радостью повелась. Получился гремучий коктейль из незнания предмета, дремучих стереотипов, домыслов и непроверяемых фактов.
А если учитель увидел на странице картинку из аниме или репост от Навального, как он должен отреагировать?
Это может быть и индивидуальная работа с ребёнком, и привлечение психолога, социального педагога.
Вы считаете, из-за картинки надо привлекать психологов?
Считаю — да. Я видела странички детей, погибших от суицидов, с «Тетрадями смерти», с собственными рисунками-аниме. Для специалиста там картина ясная. Если бы школьный психолог увидел всё это раньше — ребёнка можно было бы спасти. И многих нам удаётся удержать от непоправимого шага.
Что плохого в картинке?
Картинки бывают разные, в том числе — и очень плохие. И психика у детей тоже разная. Недавно по горячей линии позвонила девочка — она уже решение почти приняла, насмотревшись таких аниме-историй. Друзей у неё нет, мама занята. И аниме-герой становится лучшим другом. Тревожный признак, если в социальной сети страничка ребёнка закрыта.