Из спальни выскочили дети с воплями:
– Мама, что происходит?
Я шагнула к ним. И в этот момент как будто кто-то со спины рубанул топором меня по голове. Боль была невероятной. Ноги мои подкосились, и я, вытянув руки вперёд, рухнула на пол.
Без сознания я пробыла совсем недолго. Нырнула в темноту и вынырнула. Правда, очнулась я пристёгнутой на переднем сиденье какого-то автомобиля. Боль в голове притупилась, и я мужественно её терпела.
Автомобиль двигался по знакомому мне двору.
– Так о чём это я, – услышала я чей-то хриплый прокуренный голос, и, повернув голову, увидела Райку Шахнецкую за рулём. Она ухитрялась вести машину и подкрашивать губы одновременно.
– Ты чё творишь?! – заорала я. – Тормози!
– Лесин сдох, потому что сидел всё время возле экрана этого чёртового телевизора, – продолжала спокойно объяснять Райка, не обращая внимания на мои вопли. – Он ни на секунду от него не отходил. Он просто тупо смотрел в этот чёрный ничего не показывающий ящик.
Райка закрутила руль, и её машина повернула налево. Затем она объехала с правой стороны канализационный люк и выехала на прямую дорогу, ведущую к главной дороге, и продолжила малевать свои губы.
– Если бы кто-то был дома. Если б кто-то увидел его смотрящего в экран этого чёртового телевизора, он бы возможно прервал бы эту гипнотическую связь. Но нет! Никого не было. Как спецом!
Я попыталась влепить ладонью по руке Шахнецкой. Но моя рука прошла сквозь её руку. Затем я попыталась схватиться за руль, но и тут потерпела неудачу. Моя рука просто прошла сквозь него, словно его там и не было. Мы всё ближе и ближе подъезжали к главной дороге, по которой пронеслось несколько машин.
– Он прилип взглядом к телевизору, и что там происходило дальше в его голове, никому неизвестно.
Райка резко повернула голову ко мне, а я через стекло в дверце с её стороны увидела эту страшную спортивную машину, приближающуюся к нам на невероятной скорости:
– Старые телевизоры – это зло! – заорала во всё горло Райка, как будто знала, что сейчас произойдёт. – В них живут всякие твари!
В момент самого столкновения я резко подорвалась вперёд: из положения «лёжа», перешла в положение «стоя на карачках». Дети, поливавшие меня в коридоре холодной водой из чайников, с визгами отскочили в разные стороны.
– Сработало! – воскликнула Дашка.
– А по щекам бить не пробовали? – обиженно произнесла я.
– Пробовали, – ответила Светка. – Ма, что происходит? Чё телики включаются один за другим и всякую хрень орут?
– Надо их отсюда выволакивать! – твёрдо заявила я и поднялась на ноги. – Не место им в нашей квартире!
– Дура, ты дура! – завопил телевизор с кухни. – Безмозглая дура!
– Прямо все? – переспросила на всякий случай Света.
– Я думаю дело в этих, что в коридоре стоят. До них не было никаких проблем.
Я рванула к входной двери, открыла её и, схватив маленький чёрно-белый телевизор, понесла его к дверям Ванькиной квартиры. Но не донесла буквально несколько шагов. Он заорал что дурной и лупанул меня электрическим током. Я его выронила и со злости двинула по нему ногой. Два остальных я просто вышвырнула из квартиры на площадку и захлопнула дверь. То, что с ними там дальше происходило, меня не заботило. Вроде один из них решил громко попрыгать по ступенькам. И возможно даже сделал сальто в воздухе. Но я этого не видела, поэтому врать не буду.
Я бросилась к аптечке и стала капать себе в рюмку валерьянку. Накапала тройную дозу, и залпом её выпила. Нормальный человек запил бы всё это водой, но я, видимо, не попадала в эту категорию.
– Так, молодёжь, собираемся и выходим на улицу. Надо просвежиться. Я не могу здесь пока оставаться.
Дашка пулей улетела в свою комнату собираться. А вот Светка уткнула руки в бока:
– Они же там, за дверью! Ты не боишься выходить?
– Проскочим как-нибудь! Или у тебя какие-нибудь другие предложения?
– Давай посмотрим, что изменилось. Будут ли орать остальные телевизоры.
– Нет, без батьки я ничего не собираюсь тут смотреть.
– А я остаюсь! – резко заявила Света. – Никогда никого не боялась и бояться не собираюсь!
Это было в духе моей старшей дочери. Чувство страха у неё часто запаздывало. Но не потому, что она такая суперсмелая была, а потому что она всегда шла наперекор мне. Схема была очень простой: для того, чтоб согласиться со мной, ей требовалось сначала вытрепать мне нервы.
– Ну и оставайся, – резко заявила я.
Я скинула халат, натянула на себя джинсы и одела блузку. Наведение макияжа заняло 45 секунд. Я схватила Дашку, не успевшую обуться, и потянулась рукой к двери.
– Ма, мобила моя не работает! – заорала Света. – Я попыталась дозвониться папе, но вызов не идёт.
Я вытянула из сумочки свой смартфон, и попробовала набрать номер мамы, но получила тот же результат, что и Светка. Мобильник никак не отреагировал на мои действия. Вызов выбранного абонента не происходил. Телефон не издавал гудков. Фиг с ним, подумала я, главное выбраться из квартиры.
– Всё, мы уходим! – заявила я. – Ты с нами?!
– Да-ааа! – завопила моя «суперсмелая дочка». – Подождите, дайте мне пять минут.
– Мы на улице подождём.
– Нееет, я с вами! Я передумала тут оставаться.
Светке хватило минуты. Она сама схватилась за ручку и открыла дверь. И мы все дружно заорали в один голос. За дверью нас ждала точно такая прихожая, как и у нас в квартире. Только в зеркальном отражении. А за прихожей, как и у нас, по прямой шла кухня.
Я закрыла дверь назад и уставилась на детей.
– Вы это видели?
– Там точно такая же квартира, что и у нас! – выкрикнула Светка. – Только в зеркальном отражении.
– Приплыли! – подвела итог Дашка. – Так что мы никуда не идём?
Это всё телевизоры, догадалась я, их надо возвращать назад в квартиру. Им явно не понравилось, что я их вышвырнула.
Глава 2
ПОПЫТКА ВСЁ ИСПРАВИТЬ
И всё же смелости вновь открыть дверь и шагнуть в точно такую же квартиру, как у нас, только в зеркальном отражении, мне не хватило. Логика мне подсказывала, что надо вернуть Ванькины телевизоры назад в нашу прихожую. Это всё они натворили. Как это они сделали, я не знала, но вот то, что они это сделали, я не сомневалась. Слишком буйно они себя вели. По правде говоря, буянил только маленький чёрно-белый телевизор с красной кнопкой, а остальным досталось за компанию.
Я ринулась к домашнему телефону. Он встретил меня гробовым молчанием. Ни единого гудка не раздалось в трубке. Тогда я выбежала на цветник и закричала во всё горло:
– Валентина Ивановна! Помогите!
На восьмом этаже под нами жила восьмидесятилетняя старуха. Она частенько сушила разные целебные травки на своём балкончике. И хоть возраст у неё был довольно солидным, слышала она превосходно.
Валентина Ивановна не откликнулась. Я закричала во всё горло.
– Пожар! Помогите!
И опять никакой реакции. Ни с одного окна никто не выглянул. И мне показалось это очень странным. Так же, как и то, что во дворе было очень тихо. Я присмотрелась и поняла, что не вижу ни одного человечка на улице. И в этот же момент мою спину в районе левой почки пронзила дичайшая боль, словно кто-то в неё воткнул пику. Я резко обернулась, но никого не увидела.
Боль была такой невыносимой, что мне казалось, что я сейчас умру прямо здесь на этом месте. Я опустилась на колени и заскулила. А когда боль чуток приутихла, я попыталась приподняться, и вновь получила невидимой пикой по спине. В этот раз уже между лопаток. Боль огнём разлилась по всей спине и груди.
Я завизжала, как свинья на бойне и схватилась за защитную металлическую перегородку цветника. Моё сердце готово было разорваться от боли. Включился прямо за спиной наш новый телевизор, и из него раздался вопль:
– Ага, больно, сука! Лучше сразу прыгай!
Третьего удара не последовало. Телевизор отключился. Я отползла на карачках от цветника в центр зала и зарыдала. Всё, что происходило, напоминало паранойю. Но только очень и очень злую. Дашка смотрела на меня с открытым ртом. По ногам её потекла жёлтая жидкость. Светка бросилась к иконе. И стала креститься и шептать два слова без остановки: «Спаси и сохрани», никакой молитвы она не знала. Но она верила, что два этих слова ей помогут. Резко распахнулась входная дверь, и в квартиру с тортом и шампанским влетела Райка Шахнецкая.
– А вот и я! Кое-как нашла ваш дом! Думала, что вообще не туда приехала. Таксист обормот. Всю дорогу мне комплименты вешал. А потом высадил совсем у другого дома… Эй, Пипеева, что с тобой? У тебя всё в порядке?
Я рванула со всех ног к распахнутой входной двери. Моему взору открылись: точно такая же прихожая как у меня и кухня, идущая сразу за ней, только всё в зеркальном отражении.
Я оставила дверь открытой и с вызовом посмотрела на Шахнецкую:
– Вот что происходит! Не видишь, что ли!?
Райка обернулась.
– Во дела, – произнесла она с изумлённым взглядом и выронила бутылку шампанского. Та от удара об пол, громко бабахнула. Крышка долетела до потолка, а из горла бутылки, как из фонтана, вырвалось её содержимое. – А я тогда откуда пришла?
Изумлённый взгляд сменился испугом:
– Бабы, что это всё значит? Я чего-то не догоняю, да?
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ,,,