На территории нашей страны сегодня проживает 47 коренных малочисленных народов. Названия некоторых из них у всех на слуху. Например, чукчи, ненцы, эскимосы. А есть такие, о существовании которых знают разве что заядлые путешественники, да этнографы. Например, шорцы, сойоты, кереки и ещё несколько десятков народов. Мне довелось познакомиться с представителями малого коренного народа уральского севера - манси. И теперь я хочу поделиться с Вами своими фотографиями, наблюдениями и впечатлениями, которые я привезла из уральской тайги. В этой статье расскажу о том, чем занимаются манси, как складываются их судьбы, и почему уникальная культура стремительно исчезает.
Манси - малочисленный народ России. Ближайшие языковые родственники хантов. Имеют свой собственный мансийский язык, богатую мифологию и фольклор. Практикуют шаманизм. Имеют культ духов-покровителей, предков и медведя. Верят в существования снежного человека. Называют его менквом. Традиционные занятия — охота, рыбалка, собирательство и оленеводство. Согласно последней переписи, общая численность манси составляет 12269 человек. Большая часть из них проживает на территории ХМАО. 200 человек на севере Свердловской области.
Счастливое прошлое Ивдельских манси.
В гостях у манси мне доводилось бывать несколько раз во время путешествий по Северному Уралу вместе с клубом "Дикий Север". Сначала приглашаю перенестись в деревню Тресколье. Кто-то называет это поселение столицей ивдельских манси. Деревня стоит на высоком берегу реки Лозьвы посреди тайги. До ближайшего магазина отсюда 60 километров по бездорожью. Дорог в Тресколье нет и никогда не было. Также как сотовой связи и электричества. Я добралась сюда ранней весной на снегоходе. В Тресколье мне посчастливилось побывать в гостях у местной жительницы Александры Анямовой. Пообщаться с ней и её сыном Валерием Анямовым.
Александру Анямову в этих краях чаще называют бабушкой Шурой. Когда мы заезжаем в деревню, она несет домой тазик наполненный мясом лося. Александре Васильевне уже за 80. Сын Валера достаёт фамильный альбом. Показывает старые фотографии и вспоминает историю своих предков и своего счастливого детства.
Издавна манси живут в родовых лесных селениях. Они называют их паулями. Раньше множество паулей было раскидано по уральскому северу. Иногда их обозначали на географических картах, как Юрты. Например, Юрта Анямова, Юрта Бахтиярова, Юрта Курикова и т.д. Традиционное занятие этих людей — охота. Добывали лосей, соболей, белок, боровую дичь. А ещё пасли в Уральских горах северных оленей. Семья Анямовых когда-то кочевала со своим стадом по всему Ивдельскому району. Валерий вспоминает, что у его деда в начале 20 века было около 800 голов. Советская власть раскулачила манси. Всех оленей передали в разные сельсоветы. С тех пор оленеводство начало приходить в упадок. В 80-х годах 20 века у отца Валеры — Николая Анямова — было уже 150 оленей. Сегодня спустя 30 лет самого Николая Васильевича уже нет в живых. А его сын Валерий оленей не держит.
Мне было удивительно увидеть у этих лесных людей целый фотоальбом. Конечно же я спросила, откуда столько фотографий. Фотоаппаратов в те времена у таёжных жителей не было. Все снимки подарил пермский исследователь, этнограф и путешественник Виктор Мальцев. Он бывал в экспедициях в этих краях, снимал и писал заметки про манси. Самого исследователя уже нет в живых. В социальной сети Вконтакте есть группа "К уральским манси", в которой публикуются отрывки его книги и фотокадры. Рекомендую эту группу тем, кто хочет узнать еще больше про жизнь манси.
После того, как оленеводство забросили основным промыслом манси стала охота. Я несколько раз бывала в мансийских поселениях и каждый раз на фасадах домов сушился лосиный камус. Его манси используют для изготовления охотничьих лыж. Валерий рассказывает: с ноября по январь манси добывают соболя. Затем с января и до весны охотятся на лося. В мае стреляют глухарей на токах и водоплавающую птицу на реках, когда сходит лёд.
Используется камус не только при изготовлении охотничьих лыж. Также из него делают пимы — очень теплые сапоги. В первую очередь шьют их манси для себя. Ведь зимы в этом краю холодные. Также в последнее время продают туристам. Не часто. Здесь это не поставлено на поток, как, например, в соседнем Ханты-Мансийском автономном округе.
В деревне Тресколье Валерий показывает нам мансийский лабаз - избушку на высоких столбах. Очень напоминает избушку на курьих ножках из русских сказок. Манси такие постройки используют для хранения продуктов и идолов - маленьких божков. Правда, сейчас большая часть лабазов пустует. Идолы давно утеряны. А когда-то у каждой мансийской семьи, в том числе и у Анямовых, были свои фигурки Богов, которые являлись покровителями рода.
Валерий Анямов из родной тайги на несколько лет уезжал. Учился на телеоператора в Санкт-Петербургском институте кино и телевидения. Затем работал видеооператором в Ханты-Мансийске в телекомпании "Югра". Однако решил вернуться домой на Северный Урал. Планировал собирать здесь фольклор и снимать на камеру национальные праздники и обычаи. Не сложилось. Не хватает времени. Да и нет у мансийских стариков сил на то, чтобы проводить эти праздники. А нынешняя мансийская молодёжь обычаев не знает. В итоге Валерий устроился инспектором в местный Ивдельский ландшафтный заказник. А ещё оказывает услуги туристам - например, забрасывает в горы на Уазике, иногда сдаёт свою избу и баню, выступает проводником.
Сегодня Валера живёт в посёлке Ушма. Он расположен в 12 километрах ниже по течению Лозьвы. И там мы побываем чуть позже. Сначала хочу познакомить Вас с ещё одним манси и показать исчезнувший мансийских посёлок.
Суеватпауль — посёлок призрак в уральской тайге.
С Данилом Самбиндаловым мы познакомились в посёлке Хорпия Ивдельского района. Это не мансийский населенный пункт, а умирающий русский посёлок. Возник он при колонии, которая когда-то была частью ИвдельЛага, ныне закрыта. Вместе с мужчиной мы направляемся в Суеватпауль. Когда-то это было крупнейшее мансийское поселение на Северном Урале.
Однажды я наткнулась на просторах интернета на ролик Свердловской киностудии 1945 года. "В таёжном краю. Очерк о народе маньси". Я рекомендую вам посмотреть это небольшое интересное видео, в котором показаны уральские манси и крупный посёлок Суеватпауль в середине 20 века. Тогда там был магазин, несколько десятков жилых домов, большой загон для северных оленей, школа. Сегодня все заросло лесом, кое-где виднеются руины заброшенных изб.
Сам Данил в Суеватпауле никогда не жил. Пауль его семьи располагался в районе Тулымского Камня - это хребет расположенный в нескольких десятках километрах отсюда на территории Пермского края. Сюда он приезжал вместе с родителями, будучи маленьким мальчиком, чтобы навестить знакомых и родственников и закупиться. В Суеватпауле был магазин. Посёлок остался в памяти Данила, как крупный и многолюдный населённый пункт. При виде нынешнего состояния этого пауля мужчина даже растерялся, не узнал Суеват...
Говорят, Суеватпауль проклял шаман и все жители постепенно покинули посёлок. Данил вспоминает, что манси рассказывали, якобы в Суеватпауле поселился призрак, который ходил по улице, стучал в окна и двери домов, пугал местных собак. Сам Данил призрака никогда не видел.
Вспоминаешь кадры старого фильма про Суеватпауль, и так грустно становится на душе. Когда-то здесь были сотни оленей, люди в нарядных национальных одеждах. Возле дома старосты пауля проходили шумные мансийские праздники, в школе учились дети. Теперь ничего этого нет. Сгнившие избы, сугробы, тайга.
На протяжении последних десятилетий таёжные паули пустеют. Старые манси умирают, а молодые уезжают. Когда-то в русский посёлок уехал и сам Данила. После службы в армии он поселился в Хорпии. Работал на метеостанции, в пожарной части, в лесничестве. Охоту не бросил. Государство наделило угодьями неподалёку. Кстати, охотится Данила начал, когда ему было 8 лет. Ходил по реке на белку и рябчика. В 16 добыл первого лося. В последние годы мужчина не ходит на охоту. Болят ноги. Живёт на пенсию в старом доме, который когда-то построили заключенные местной колонии. Из таки домов состоит весь посёлок.
Живёт Данила один. Трое братьев умерли. Жена и дочь уехали с Северного Урала в Краснодарский край. На вопрос нет ли желания перебраться поближе к другим манси, отвечает, что привык к одиночеству.
Ушма - нынешняя столица ивдельских манси.
Самое большое количество ивдельских манси сегодня проживают в посёлке Ушма. Расположен он на берегу реки Лозьвы. От районного центра Ивделя до Ушмы — 120 километров по бездорожью. От старой мансийской деревни Тресколье — 12 километров по реке. Здесь находится дом и Валеры Анямова.
С десяток домов размеров 6 на 6 метров построили для манси по инициативе свердловских властей с 2005 по 2009 года. Внутри скромно — простенькие старые печки, кровати, столы. На стенах висят шкурки добытых соболей. Теплую одежду никогда далеко не убирают. По словам Валеры, зимой в домах холодно. Когда температура за бортом опускается до -40 градусов (а для Северного Урала это норма) под утро в домах замерзает в вёдрах вода. Печки не справляются. Но дополнительно утеплить избушки манси не могут. До ближайшего строительного магазина больше сотни километров по бездорожью.
Кстати, изначально Ушма была колонией-поселением. Здесь жили и трудились заключённые. Валили лес и сплавляли его по реке Лозьва. Манси сюда поселили уже после закрытия колонии. И теперь мансийские избушки соседствуют с развалинами лагерных бараков.
Частные гости в Ушме туристы. Через этот посёлок проходит путь к печально известному Перевалу Дятлова. Зимой туда идут колонны снегоходов, летом туристы забрасываются на вахтовых автомобилях, сплавляются по Лозьве на катамаранах, проезжают через Ушму на квадроциклах.
По версии некоторых исследователей, группу Игоря Дятлова в 1959 году могли убить представители народа манси. Якобы туристы пришли в сакральные мансийские места. Сами манси, конечно, отрицают такую версию. Народ этот действительно гостеприимный и совсем не агрессивный. Одно дело — повздорить по пьяни за столом. Другое — холоднокровно расправиться с целой группой людей.
Из-за неугасающего интереса к теме Перевала Дятлова манси уже дали десятки интервью. Альбину Анямову проинтервьюировал сам Андрей Малахов. Он прилетал в горы Северного Урала на вертолёте. Альбину Анямову привезли на волокушах, прицепленных к снегоходу. От Ушмы до перевала около 60 километров. Валерия Анямова приглашали в Москву в Останкино. Он принимал участие в ток-шоу, тема которого была посвящена гибели туристов в далёком 1959 году.
Туристический поток для манси имеет, как положительную сторону, так и отрицательную. Хорошо то, что на туристах представители малочисленного народа могут заработать. Сдать им домик и баню в тайге, выступить в качестве проводника. Жительница Ушмы Альбина Анямова для проезжающих групп печёт хлеб в мансийской печи. А еще туристам продают пимы — национальную тёплую обувь. В конце концов туристы просто привозят безвозмездно продукты, сладости для мансийских детей, иногда одежду.
Однако вместе с русскими в таёжное поселение помимо продуктов, к сожалению, нередко попадает алкоголь. Туристы сами пьют и наливают манси. Или расплачиваются бутылкой за услуги, мясо, рыбу, ягоды. Не редко можно встретить пьяных манси в разгар туристического сезона. В том числе из-за этого народ становится всё более и более малочисленным.
Манси не очень разговорчивы. Но если разговорились, то общаться с ними интересно. Они не знают, что такое торговые центры, беспилотные автомобили. Хотя, молодые манси активно пользуются смартфонами, выкладывают в инстаграм и тик-ток фото и видео из уральской глуши. Они живут в дикой природе и спокойно относятся к вещам, которые для заезжего городского будут сенсацией. Чаще всего туристы расспрашивают манси про огненные шары в небе над Северным Уралом, а ещё про менква — снежного человека. В их мансийском мире многие горы являются священными, на них живут всемогущие боги — покровители уральского края. И об этом я тоже как-нибудь обязательно напишу.
Благодарю за внимание! Путешествуйте по России!