— Ну коли так, — воскликнул Рогожин, — совсем ты, князь, выходишь юродивый, и таких, как ты, бог любит!
Я много раз перечитывал роман Федора Михайловича Достоевского "Идиот". Каждый раз я находил в нём всё новые и новые идеи и черты, иногда внесённые самим автором, а иногда те, что появились уже после его смерти, когда роман перерастая своё время, возвышался над окружающей его ситуацией и расцветал новыми, пусть зачастую и преобладающими серыми оттенками, красками.
Эта статья не станет рекламой данной книги, цель скорее привлечь тех, кто уже читал роман, прочесть его заново.
Одна из часто рассматриваемых идей – "Роман "Идиот" – отражение библейского сюжета, а князь Мышкин – земной Христос". Возможно эта идея, есть олицетворение поверхностного сюжета романа, но если смотреть глубже...
В очередной раз перечитывая роман, я наткнулся на интересную модель в диалоге двух главных персонажей. Оба эти персонажа сотканы из противоречий. Один из них, князь Мышкин, возможно сам того не замечая, страстно проповедует евангельские ценности, при всей своей простоте и доброте, он достаточно болезненно обличает грехи окружающих. В XIX веке подобные идеи вызывают жалость и насмешки, и как результат – его оценивают слабым человеком, не способным жить в действующее время. Тогда как Рогожин являет собой полную противоположность князя, он дерзок и предприимчив, резок и скор на расправу, но действия как одного так и другого ранят одинаково сильно, лишь с поправкой на то, что ранят по-разному. Оба персонажа – крайности одного человека, которые как не могут жить друг без друга, так и находится друг с другом рядом. Они – олицетворение всего народа России как тогда, так и сейчас. Что же сталкивает их? Они называют это словом любовь! Любовь к одной женщине.
Настасья Филипповна красивая и гордая женщина, которая одновременно нужна всем и ненужна никому. Легкость, с которой миллионер Тоцкий разделил её жизнь на до и после, что, к сожалению, свойственно для того времени, вызывает у Гани Иволгина видение в ней инструмента для воплощения его грандиозных амбиций. Рогожин видит в ней вещь, которую он либо купит, либо отберёт. А Мышкин испытывает к ней лишь жалость. Все же остальные персонажи предпочитают либо отвернуться от неё, чтобы не видеть, либо вычеркнуть из своей жизни: "С глаз долой – из сердца вон". Настасья Филипповна, как и часто женщины в экзистенциальных произведениях, олицетворяет собой страну. В данном случае измученную жадностью, коррупцией и условиями выгоды для частных лиц Россию. Подобную метафору, уже в наше время, не единожды использует в своих фильмах Алексей Балабанов.
Рогожин и Мышкин ищут, каждый в себе по-отдельности и вместе рука об руку, причину, в которой кроется их непреодолимая тяга к Настасье Филипповне. Причина у каждого своя, но в очередной раз подтверждает мою теорию. Парфён, всю жизнь прожив в России, искал её, самую настоящую Родину в телесной земной женщине, а вернувшийся из-за границы князь хотел хотя бы увидеть Родину.
У каждой страны есть своя идея, где-то свобода, где-то самодержавие, у кого-то идея политическая, у кого-то национальная, где-то культурная, а где-то народная. Идею России не знает никто, точнее так: "Русская идея – не может быть написана или сказана", но стоит помнить, что сломать и изувечить можно всё, собрать это обратно гораздо сложнее, и часто мы остаёмся с обломками в руках которые только и можем болезненно любить.
Спасибо если прочитали мою небольшую статейку, надеюсь Вам понравилось, если Вас интересует рассмотрение мной этой или других книг – пишите в комментариях.