Помню, работала я во Дворце. Жалко, не царицей, а педагогом дополнительного образования - занятия вела в кружке журналистики. Дворец творчества детей и юношества – так организация называлась. Так вот, в канун Восьмого марта собрал директор Дворца всех подчиненных женщин в актовом зале, вышел к микрофону и громыхнул: «Каждой бабе – по нормальному мужику!». И летела фраза эта в потолок, напоминая лозунг коммунистического прошлого, который хорошо бы выполнить и перевыполнить.
Каждый год я нахожу новые методы борьбы с этим праздником. Когда мне было 18, мы с подругой с утра сбежали на море, предварительно купив банку шоколадного крема, яблоки и парочку киви. Приехали в Пионерский, забурились подальше в лес, порезали фрукты взятым из дома пластмассовым ножиком, смешали с кремом прямо в банке и полезли на березу. Удобно рассевшись на вместительных ветках, начали есть это восьмимартовское рагу, используя вместо вилок сучки. С нами была гитара и после пира мы развлекали себя Виктором Цоем, Комитетом охраны тепла, Егором Летовым… Сидя на березе, мы вспомнили анекдот про корову с яблоками. Она там по сюжету на дерево лезла с какой целью? Правильно, яблок поесть. Может, тогда у несчастной кормилицы тоже женский день случился, это был ее способ борьбы со стереотипами?
Мимо нас на березе то и дело проходили пьяные компании, и мужчины желали принять в нашей молодой судьбе самое активное участие:
- Что, девчонки, слезть не можете? Помочь? – и они тянули свои натруженные руки к нашим трепетным девичьим телам, но мы отказывались от навязываемой помощи. Когда не надо, они все тут как тут.
Дорогие мужчины, если восьмого марта женщина забралась с гитарой на березу, это значит, что она счастлива и независима и в гробу видала ваши розы и ресторан. И отойдите подальше от дерева, а то, неровен час, опустится на вашу беспокойную голову неопознанный летающий объект с острым краем и продолжится ваше празднование в реанимации. Это в лучшем случае. В худшем – вы узреете одного из архангелов, но я вижу, что вы - человек благоразумный и уже отошли на достаточное расстояние, и мой топор до вас не долетит.
Вечером мы слезли с березы, сели в электричку и заснули, обняв гитару. Нас растолкал злой контролер и потребовал предъявить билеты, которые мы в те годы не покупали из принципа. Суровый дядя в синей форме постоял-постоял над нами – как тот архангел - и махнул рукой. Вспомнил, наверное, что раз в год женский род имеет право хотя бы на такой подарок.
Плохо, было что ли? Хорошо!
И почему бы каждый год не повторять подобное? Вопрос риторический…
Мне, чем старше становилась, спрятаться от проклятого праздника становится все труднее. Меня будто настигала злая карма, налетала и шептала в ухо: «Посмотри вокруг, видишь, как все они счастливы? Как светятся? Как пьяны их лица, как свежи розы в их руках? А ты, что ты можешь противопоставить их удачливости? А, не слышу? Свое блаженное одиночество?», - и после она принималась раскатисто хохотать, вызывая гулкое эхо, которое еще долго потом отдавалось болью в моем сердце.
Да, знаешь ли, дорогая карма, их пустой и суетливой пьянке я противопоставлю свое драгоценное уединение.
В один из женских дней карма не успела, шумно хлопая черными густыми крыльями, усесться мне на плечо и прошептать свои исступленные проклятия, и то восьмое марта я ухитрилась провести как святой в раю.
В часов утра Аня, моя старшая дочь (а младшей еще не было в сценарии), пошла с бабушкой любоваться на гадов. Это я их услала - и надолго. В одном из музеев аккурат к женскому дню открыли выставку разнообразнейших гадов - крокодилов, скорпионов, скарабеев, сколопендр... Один калининградский оригинал расстарался – «выпустил погулять» свою коллекцию.
И вот они ушли, женщины моего дома, а я осталась. Осталась и с наслаждением стала праздновать свое долгожданное одиночество. Для начала просто посидела, прислушиваясь к этому дню и пытаясь понять, чего от него ждать. Потом открыла одну из начатых повестей, стала писать, неторопливо и вдумчиво, будто пила маленькими глоточками любимый «Вана Таллинн», смакуя на языке каждую горько-сладкую каплю.
Разве сравнишь этакое пиршество духа с походом в кафе, кино? Ни за что.
Около пяти вечера вышла на улицу. В моем районе было тихо, потому что все ушли на фронт (зачеркнуто). Калитка забора моей бывшей школы оказалась открытой, и я зашла во двор. Хотя, бывают ли школы бывшими? Вот парни – бывают, а мамы, дети и школы – нет. Прошлась по беговой дорожке. Асфальт после дождя был таким насыщенно-черный, что казался мягким, ласковым, родным, как хлеб. Я вспомнила, как в седьмом классе пацаны на 8 марта моей подруге вручили открытку с пожеланием: «Чтоб ты провалилась!». Она обиделась до слез, а вот я бы на ее месте поржала бы. И сохранила бы этот исторический документ для потомков – пусть внуки почитают, порадуются, что бабушка не последовала совету шутника. Хоть это было очень, очень и очень трудно. О, я наконец-то поняла, на что похоже Восьмое марта! На черную дыру, которая со свистом затягивает в себя любое тело, оказавшееся в опасной близости. Вот почему мне хочется спрятаться от этого дня.
К семи вечера вернулись Аня с бабушкой, довольные и даже немного умиротворенные. Насмотрелись.
А еще через час неожиданно для всех в гости зашел мой отец и подарил длинную и зеленую, как гад из музея, тысячу рублей.
Но были и такие восьмые марта, что лучше бы я провалилась еще в седьмом классе! Например, как в тот 2015 год.
Хуже нет занятия, чем сидеть дома 8 марта в окружении других женщин! Такое сидение напоминает хождение по минному полю: шаг вправо, шаг влево – нервный взрыв.
Часов в семь вечера я решила, что достаточно настрадалась и незаметно улизнула из дома. Мы встретились с Диной, подругой и пошли гулять по Верхнему озеру. Вскоре к нам присоединилась Саша, подруга Дины, они знакомы еще с начальной школы, и они абсолютно противоположные. Саша очень практичная и рациональная, еще в школе она копила деньги, выдаваемые мамой на завтраки в столовке. Потом, будучи студенткой, работала по ночам официанткой в баре, откладывала денежки и купила машину. Окончила универ и пошла работать в зал игровых автоматов. Через несколько лет купила квартиру. И сейчас, гуляя с нами по озеру в этот чертов женский день, она то и дело раздает указания по телефону своим подчиненным.
У Дины почти не бывает постоянной работы и денег, зато есть много новых знакомств с парнями на сайтах и поездок автостопом. В силу этих различий в их паре установилось гармония и равновесие.
Дина вносит в жизнь Саши свежий ветер и хаос, Саша – меру и упорядоченность.
Недавно у Саши родилась дочка, но просидеть с ней дома она смогла лишь полгода: очень уж хотелось скорее выйти на работу. Теперь с дитем сидит няня, Саша же – только во выходным и праздникам.
Саша везла коляску с Сонечкой, дочкой, на поводке вела собачку Майю, маленькую лохматую дворняжку и да, какой-то неведомой миру, но существующей у каждой женщины третьей рукой отвечала на постоянные звонки на мобильный.
Итак, нас пятеро девчонок, мы идем вдоль озера, и ишь одна Майя имеет успех у мужчин: ее то и дело придирчиво обнюхиваются подбегающие кобели, к нам же не смеет приблизиться ни один. Правда, Дине то и дело пишет беженец из Донецка, переехавший в Калининград. Она зарегистрирована на нескольких сайтах знакомств и говорит, что уже пересидела, что ничего хорошего ей не там не найти, но при этом продолжает искать бриллиант на речном пляже.
- Вот, спрашивает, где и с кем я живу, - говорит она с улыбкой, глядя не под ноги, а в экран телефона.
- Пробивает, есть ли у тебя хата, - усмехается Саша, ответив на очередной вызов. - И не хочешь ли ты его, несчастного, приютить.
- Не собираюсь я никого приючивать! – сердито отвечает Дина, стирая очередную смс от бывшего жителя востока Украины и одновременно утверждая новую языковую норму русского языка. - Я с ним вокруг дома прогуляюсь и адьё`с.
- Хочешь, коляску дам - чтобы быстрее отвалил? – предлагает Саша. - Ребёнка только заберу, а под одеяло куклу засуну. А хочешь, собаку туда положи?
- Ага, Майя как выскочит в разгар свидания! - вставляю я. – Совсем уж Дина сумасшедшей выйдет: заявилась на свидание с собачкой в коляске!
Говорю так, а сама думаю, что не такое это и безумное предложение, вполне себе перфоманс получится, умный парень бы оценил.
- К тому же я призналась, что детей у меня нет, - подаёт голос Дина, тыкая пальцем в телефон.
- Ну и что? - возражает Саша. - Скажешь, что пока нет, но ты очень хочешь, поэтому тренируешься на собаке.
Разумно, очень разумно, меня в очередной раз поражает житейская логика Саши, но Дина от эксперимента отказывается. А жаль.
Идем дальше. Народ на озере гуляет и каждый празднует, как умеет. На берегу у самой воды парень с девушкой пытаются запустить в небо китайский фонарик, однако не складывается у них: он горит, но не надувается. Я тут же вспоминаю, как мы с Диной проделывали то же самое в дюнах у моря. У нас выходило наоборот: фонарик надувался, но не горел. Что-нибудь да будет не так в этой жизни. Помню, я тогда махнула рукой и смирилась с поражением перед китайской поделкой, но Дина упрямо заявила, что ей, как заправскому походнику, стыдно не поджечь какой-то вонючий фонарь, и принялась складывать костер. Я, вздохнув, пошла в лес собирать валежник. Пока мы мучились, солнце опустилась в море огромным оранжевым шаром, в лесу у моря стало темно, загадочно и немного страшно. Мы разожгли костер, заставили упрямый фонарик гореть, влезли на самую высокую дюну и запустили его в небо.
И он поплыл над морем - гордо, спокойно, поднимаясь все выше и выше, и мы долго — минут сорок — зачарованно глядели ему вслед, пока фонарик не растаял в небе.
Но у нашей парочки с Верхнего озера дела не шли: не надувается купол фонаря и все тут! Парень и так его и сяк, поднял вверх, к небу, надеясь надуть ветром, а зеваки кричат: «На голову надень!» И правда - очень фонарь тот на колпак смахивает. Все ржут вокруг: хотел парень рисануться перед девушкой, да только опозорился.
Знают китайцы толк в изощренных пытках. Да и не они одни, если задуматься… Разве не пытка — жить двум разным людям вместе? Делить постель, туалетную комнату, зубную пасту, потолок?
Ладно, чего это я про пытки, у нас сегодня Восьмое марта, мы, четверо девчонок и одна собачка, стоим у озера в толпе и ждем, чем дело закончится - одолеет ли русский парень китайскую каверзу или уступит трудностям? Ещё немного покрутив строптивый купол в надежде поймать нужное направление ветра, парень в сердцах бросил фонарь на землю и принялся ожесточённо топтать его.
Саша зааплодировала и крикнула:
- Пятьсот тысяч лайков на ютубе!
- Любовь - такое дело..., - понимающе развёл руками один из свидетелей неудачного покорения ближнего космоса.
Представление было окончено, зрители один за другим покидали места в зале. И мы тоже побрели дальше. Я думала о том, что двое людей, решивших жить вместе, для начала должны понять, готовы ли они запустить в небо свой китайский фонарик. Если нет, то не выйдет у них и всего остального, сначала нужно попробовать с фонариком.
В коляске спала Соня, рядом семенила Майя, счастливо избежавшая участи изображать человеческого детёныша. Им обеим не нужно ждать дня пустых кастрюль, чтобы испытать безусловную любовь.
Я же шла вдоль озера и пока не знала, что через восемь месяцев и в моей жизни появится такое же абсолютно счастливое существо.