Текст был написан год назад в карантин, с тех пор мало что изменилось
Гул поезда заглушает мои мысли, которые стремительно бегают в голове, снося все полки. Таня приносит к нашему столику картошку роллтон, запах от которой отдаётся по всему вагону. Мне совсем не хочется открывать верхнее окно, ведь этот запах такой привычный для поездов. К нему добавляется ягодный чай, пар от которого застаёт меня врасплох. Я лениво слезаю со своей кровати, спускаясь по железной лестнице. Мы без макияжа, сонные и в пижамах, мы знаем, что впереди нас ждут радостные дни, и с нетерпением готовимся к прибытию.
Таня намазывает сливочный сыр на белый хлеб, Влада делает глоток чая. Я достаю банку ФрутоНяни и иду наполнять свою зелёную походную кружку кипятком. Тут главное не перепутать с кружками девочек: они у нас одинаковые, только каждая в своём цвете.
На платформах всегда громко объявляют о расписании. Этот звук вызывает во мне мурашки, ассоциируется с подругами и беззаботными днями. Звук объявления на железнодорожном вокзале – мой любимый.
Целый чемодан вещей заставляет мышцы в руках болеть. На этот раз роль мученика Таня взяла на себя, мне достались тяжёлые пакеты. Через несколько дней сумок станет ещё больше, а чемодан потяжелеет на несколько килограмм, но это наши будущие заботы.
Когда на протяжении долгого времени ощущаешь себя скованным и посаженным в золотую клетку, невольно видишь и без того яркие воспоминания ещё пестрее. Мы скоро обязательно накупим еды в дорогу, снова включим музыку в машине на полную громкость, будем наедаться в кафе и бегать по чужим городам. Мы будем собираться все вместе и ездить с палатками в лес летом. Мы будем отмечать праздники и наряжаться в красивые платья.
А пока каждый день напоминает мне тот звук с железнодорожного вокзала. Звук, который вызывает печаль, когда сходишь со своего поезда и смотришь, как кто-то другой занимает твоё место. Этот звук всегда был любимым, а теперь почему-то перестал.