Минская фабрика-кухня является памятником архитектуры, выполненным в стиле конструктивизма. Подобные здания на просторах СНГ давно являются объектами тщательных исследований. В истории проектирования здания и строительства предприятия существует множество «белых пятен», которые необходимо прояснить. В статье мы сосредоточимся на данных вопросах, потому что в их отношении мнения специалистов расходятся.
В 1988 г. вышел том «Збор помнікаў гісторыі і культуры Беларусі», посвященный Минску. В материале, посвященном Минской фабрике-кухне, А.А. Митянин указал, что дата постройки здания – 1936 г., имя архитектора указано не было. Профессор С.А. Сергачев в своей статье, опираясь на периодические издания 1930-х, указал, что закладка фабрики-кухни в Минске состоялась 8 марта 1930 г., а уже построенное предприятие начало свою работу в январе 1935 г.
Французский исследователь Ф. Белла в книге «Минск: Архитектура столицы. 1917–1956» назвал Минскую фабрику-кухню столовой Белорусского государственного университета (БГУ) и присвоил авторство проекта советскому архитектору И.К. Запорожцу. На наш взгляд это является ошибкой. Фабрика-кухня занималась организацией питания как студентов БГУ, так и студентов других учебных заведений Минска, но не входила в структуру БГУ. И.К. Запорожец вместе с архитектором Г.Л. Лавровым работали над проектом комплекса зданий БГУ, но не имели отношения к проектированию фабрики-кухни.
Кто был автором проекта здания Минской фабрики-кухни?
С середины 1920-х гг. в жилищно-коммунальной политике советской власти начали доминировать принципы коллективизма в организации жилого пространства. Началась реализация проектов строительства «домов-коммун», где жильцы проводили свободное от работы время вместе, а квартирам отводилась роль «спальной ячейки». Для коллективного культурного досуга строились клубы и дворцы культуры. Питание также должно было являться коллективным актом. Задачи производства порционной еды и кормления трудящихся были возложены на так называемые фабрики-кухни – крупные предприятия общественного питания, которые включали в себя производственные цеха, торговые помещения и обеденные залы. Фабрики-кухни выполняли важную идеологическую функцию: освобождали женщин-работниц от приготовления пищи на дому. Первая фабрика-кухня была открыта в 1925 г. в Иваново, а затем началось широкое строительство подобных предприятий, в первую очередь в Москве и Ленинграде, а также в других крупных городах республик СССР. Проекты предприятий, технологические схемы производства, новые механизмы для обработки продуктов разрабатывались паевым товариществом «Народное питание» («Нарпит»), основанным в 1923 г.
В Минске ситуация с общественным питанием в середине 1920-х гг. была достаточно сложной, существующие столовые не удовлетворяли потребностей населения города, особенно рабочих и служащих. Первые предложения о постройке в столице БССР фабрики-кухни датировались 1927 г. В 1928 г. СНК БССР издал постановление по докладу Белорусской рабочей секции (Белрабсекции) о состоянии и задачах общественного питания. Белрабсекции и Государственной плановой комиссии при СНК БССР (Госплану) было поручено преступить к подготовке типовых проектов для строительства новых крупных столовых. В начале 1929 г. был рассчитан примерный проект фабрики-кухни, которая должна была снабжать обедами и полуфабрикатами крупные предприятия и государственные учреждения города. К разработке архитектурного проекта здания были привлечены специалисты общества «Нарпит».
В Белорусском государственном архиве научно-технической документации (БГАНТД) в фонде архитектора И.И. Володько находится машинописный список наиболее значимых жилых и общественных сооружений Минска, построенных в 1920–1940-е гг., составленный самим архитектором. У Минской фабрики-кухни от руки вписана фамилия «И.Я. Груберт», а год постройки – 1937-й. Нам уже ясно, что год постройки указан ошибочно. Скорее всего, во время составления списка И.И. Володько не располагал многими документами и вносил информацию по памяти. Тем не менее, именно этот документ долгое время был важным и в некоторых случаях основным источником информации для историков архитектуры Минска. Но никто из исследователей, занимавшихся проблемой белорусской архитектуры, не мог ничего сказать по поводу фамилии «И.Я. Груберт».
Несмотря на то, что в белорусских архивах отсутствуют документы Минского центрального рабочего кооператива (МЦРК) за 1929-1936 гг., который занимался строительством новых столовых общественного питания и Минской фабрики-кухни, эти процессы широко освещалось в центральной республиканской прессе, в газетах и журналах того времени.
6 февраля 1930 г. газета «Чырвоная змена» написала о приезде в Минск инженеров-архитекторов паевого товарищества «Нарпит». На расширенном заседании МЦРК был утвержден проект фабрики-кухни. На страницах газеты был изображен эскиз проекта, указаны имена авторов с фото. Несмотря на то, что газета выходила на белорусском языке, фамилии были даны без расшифровки с явно русскоязычными инициалами: «Губерт І.Е.» и «Краснашчокаў Я.М.». Сообщалось, что фабрика-кухня будет построена в Минске на пересечении улиц Интернациональной и Володарского, будет производить до 24 000 обедов, все производственные процессы в ней будут механизированы, обеды на верхние этажи будут подаваться на лифтах. Внутри фабрики-кухни планировалось 3 обеденных зала на 1000 человек, магазин для продажи полуфабрикатов и закусочная, специальные комнаты отдыха, красный уголок и библиотека с читальным залом. На плоской крыше планировалась летняя терраса.
Таким образом, над проектом работали два человека: архитектор и инженер. Об архитекторе И.Е. Губерте до настоящего времени информации найти не удалось, но, возможно, он работал в паевом товариществе «Нарпит» и занимался проектами столовых и фабрик-кухонь. О втором авторе, Я.М. Краснощекове, известно больше.
Яков Михайлович Краснощеков (Краснощек) родился в конце 1880-х гг. в украинском местечке Чернобыль Киевской губернии. Его старший брат Александр Краснощеков был активным деятелем социал-демократического кружка в Киеве, профессиональным революционером. Из-за политического преследования Я.М. Краснощеков был вынужден уехать с братом в Америку, где получил образование инженера-конструктора. А.М. Краснощеков продолжал поддерживать связи с социалистами как Америки, так и Российской Империи, в том числе с В.И. Лениным и М.С. Урицким.
После февральской революции А.М. Краснощеков вернулся в Россию и вошел в руководство Дальневосточной Республики (ДВР), возглавив правительство этого государственного образования. После ликвидации ДВР в 1921 г. А.М. Краснощеков переехал в Москву, стал заместителем народного комиссара финансов, а в 1922 г. руководил Российским торгово-промышленным банком (Промбанк), основными направлениями которого были кредитование промышленности, привлечение инвестиций, денежные переводы из-за границы в Советскую Россию.
Я.М. Краснощеков тоже переехал в Москву, где организовал акционерное общество «Американско-русский конструктор» (АРК), которое получило регистрацию 9 мая 1923 г. Общество занималось строительными работами на всей территории РСФСР. Промбанк финансировал многие проекты АРК. Кроме этого Краснощековы активно привлекали средства из Америки и Великобритании, пользуясь своими связями.
В сентябре 1923 г. братья Краснощековы и ряд их коллег были арестованы по обвинению в злоупотреблениях и финансовых махинациях. Одним из пунктов обвинения было незаконное выделение средств на строительные проекты АРК. А.М. Краснощеков получил 7 лет заключения со строгой изоляцией, а Я.М. Краснощеков – 3 года тюрьмы и 3 года поражения.
После освобождения и возвращения прав Я.М. Краснощеков работал инженером в товариществе «Нарпит» в результате чего оказался в Минске с проектом фабрики-кухни.
В 1936 г. Я.М. Краснощеков был повторно арестован и за связь с иностранцами осужден на 10 лет в Норильском исправительно-трудовом лагере, а А.М. Краснощеков был расстрелян 26 ноября 1937 г.
Как указывает профессор Б. И. Мухачев, после освобождения Я.М. Краснощеков остался в Норильске, опасаясь новых преследований и обвинений. Имя Я.М. Краснощекова, как и имена других репрессированных специалистов, было предано забвению. Вероятно, это послужило причиной того, что И.И. Володько не внес имя одного из авторов проекта фабрики-кухни в список, составленный в 1940-х гг., а ограничился лишь упоминанием фамилии архитектора И.Е. Губерта, написанной как «И.Я. Груберт».
Почему между началом строительства и введением здания фабрики-кухни в эксплуатацию прошел длительный срок?
Строительство фабрики-кухни было поручено Белорусскому отделению Всероссийской центральной государственной строительной конторы ВСНХ РСФСР («Белгосстрой»). После утверждения проекта, начался этап поиска места для строительства здания в Минске. Крупнейшее предприятие общественного питания должно было находиться в центре, по возможности в равной удаленности от районов, где были сосредоточены общественные учреждения и промышленные предприятия.
Как уже отмечалось выше, место строительства фабрики-кухни было определено на пересечении улиц Володарского и Интернациональной. Для начала строительства здания на этом месте необходимо было предварительно снести находящийся на участке дом. Перед МЦРК было поставлено условие построить аналогичный дом в другом месте вместо снесенного. В условиях, что использование данного участка повлекло бы дополнительные затраты, предложение было отклонено. На заседании президиума Минского городского совета 29 февраля 1930 г. был определен альтернативный вариант – участок в районе «Свердловского рынка» (современный Михайловский сквер в Минске). Удачным казалось близкое расположение железнодорожного вокзала и университетского городка, откуда должны были идти на обед и ужин студенты и работники. Однако, по неизвестным причинам и это предложение было отклонено.
Окончательным решением стало начать стройку позади здания бывшего костела святых Симона и Елены (с 1932 г. – Государственный польский театр БССР) по улице Свердлова. На этом участке отсутствовали капитальные здания, рядом велась стройка Дома правительства, располагался университетский городок БГУ. СНК БССР в декабре 1929 г. поднимал вопрос об обеспечении рабочих занятых на стройке Дома правительства качественными обедами и предлагал построить отдельную столовую. Фабрика-кухня, построенная в период 1930-1931 гг. могла бы взять на себя снабжение питанием рабочих этой крупной стройки.
Закладка Минской фабрики-кухни состоялась 8 марта 1930 г. Этот день был выбран не случайно: фабрики-кухни выполняли идеологическую функцию – благодаря автоматизированным столовым советская работница освобождалась от «кухонного рабства» и становилась активным членом общества. Как отмечала пресса: «…это большой скачок к освобождению работницы от домашнего кухонного труда, от возни с кастрюлями после работы и прямой путь к коллективизации нового быта».
Однако, уже 31 марта 1930 г. на заседании президиума Минского горсовета депутатов была рассмотрена жалоба МЦРК на «Белгосстрой», который затягивал поставки строительных материалов к объекту строительства фабрики-кухни. Минский совет обязал Экономический совет при СНК БССР принять меры и перевести фабрику-кухню в список объектов первоочередного строительства.
В списке промышленного и ведомственного строительства, утвержденном президиумом ВСНХ БССР 8 августа 1930 г., фабрика-кухня была внесена в группу первоочередных объектов вместе Домом печати, главным корпусом БГУ, Домом правительства, зданием таможни в Негорелом на советско-польской границе и другими объектами.
В августе 1930 г. журнал «Кааперацыя БССР» поместил материал о строительстве фабрики-кухни с фотографиями. Автор отмечал, что строительство идет быстрым темпом, на стройке работает несколько сотен рабочих, есть строительная техника. По его словам, стройка должна была закончиться максимум в 1931 г. На фото в журнале виден заложенный фундамент и построенный цокольный этаж. Если бы такой темп продолжался, то здание было бы построено в установленный срок.
К осени 1930 г. возобновились споры между МЦРК и Минским городским строительным трестом («Минскстройтрест») об обеспечении стройки Минской фабрики-кухни необходимыми строительными материалами и рабочей силой. Комиссия, созданная для определения виновного по срыву сроков строительства, не смогла добиться серьезных изменений. В итоге строительство было заморожено.
В 1931 г. в плане строительства по линии Белорусского союза кооператоров фабрика-кухня была включена в план ударного строительства. Сумма затрат на постройку составила 1 321 000 рублей. Вопреки этому, серьезных результатов работы в 1931 г. не наблюдалось.
В 1932 г. в фондах организаций отсутствует информация о строительстве фабрики-кухни, хотя как объект она была включена Белорусским союзом кооператоров в список столовых Минска в 1932-1933 гг. На фабрике-кухне числилось 10 работников, которые получали зарплату в размере 1’046 рублей в месяц. Скорее всего, это были представители администрации и персонал, закрепленный за строящимся зданием.
Недостроенная фабрика-кухня была включена во II 5-летний план развития общественного питания (1932-1937 гг.). В этом плане ставились цели улучшения качества и калорийности пищи, снижения цен на готовую продукцию, улучшения качества обслуживания потребителя, увеличения производительности труда и расширение сети ресторанов, кафе и закусочных по всей Беларуси. План, как и все прочие эпохи великих строек, был амбициозным. Предполагалось, что к 1937 г. до 40,2 % городского населения будут питаться в столовых общественного питания (72% рабочих, 100% студентов и 35 % всех школьников). Норма порций увеличится с 382 грамм в 1932 г. до 530 грамм в 1937 г. Запуск и работа фабрики-кухни в Минске должны были сильно увеличить производительность труда в общепите за счет механизации производственных процессов. Фабрика-кухня должна была выпускать 159 блюд на одного человека в год.
И только в 1933 г. фабрика-кухня появилась в плане распределения строительных материалов Минскстройтреста. Начались большие объемы поставок на строящийся объект: 80 тонн цемента, 100 тонн гвоздей, 600 кг изделий из железа, 1000 квадратных метров стекла и других материалов. По всей вероятности, пик строительства пришелся на 3-4 квартал 1933 г. и начало 1934 г. В 1934 г. на Минской фабрики-кухне производились отделочные работы. Из отчетов в ЦК КП(б)Б, датированных июлем 1934 г., известно, что строительство фабрики-кухни возглавлял А. Великоселец. Он жаловался на плохую работу Белорусского промышленного строительного треста («Белпромстройтрест», ранее – «Белгосстрой»), в частности на его представителей Вассермана и Вайнера. А. Великоселец указывал на отсутствие смет строительных работ, которые должны были быть поданы в Москву; приостановление монтажных работ; прокладки канализации и парового отопления. Представители Белпромстройтреста осуществляли работу с нарушениями норм. Великоселец требовал снять Вайнера с занимаемого поста, обвиняя в некомпетентности и самоуправстве.
Газета «Звязда» 16 августа 1934 г. писала, что строительство фабрики-кухни завершается, а ее открытие должно состояться в 17-ю годовщины Октябрьской революции (25 ноября 1934 г.). Тогда же прозвучала новая цифра о мощности производства – «65 000 блюд в сутки». Предполагалось, что фабрика-кухня будет работать на 50% своих мощностей в 4-м квартале 1934 г.
В назначенную дату фабрика-кухня осталась закрытой. Не заработала она и на протяжении декабря 1934 г. В этот период происходила установка оборудования, комплектовался штат работников.
Администрацией предприятия был разработан план работы на 1935 г. Структуру Минской фабрики-кухни составляли 2 общедоступных зала, студенческий зал, 1 ресторан, биллиардная на 5 столов, производственные и вспомогательные цеха (суп-плиточный, холодный, кондитерский на 1 печь, вафельный цех, мороженный на 3 мороженицы, мясо-рыбный, овощной, крахмальный, холодильник для хранения продуктов), механическая котельная, бойлерное отделение и транспортный отдел с 2 грузовыми и 1 легковой автомашинами.
Согласно плану, среднегодовой контингент питающихся на фабрике студентов был рассчитан на 4 500 человек (3 блюда в день), на партийный актив – 1000 человек (4 блюда в день), на вывоз полуфабрикатов – 3000 штук в день, на прочих потребителей – 477 человек (2,2 блюда). В плане отсутствовала точная информация о целевых потребителях полуфабрикатов и объемах их поставок на предприятия.
Запланированное среднесписочное количество работников, занятых на фабрике-кухне было 487 человек. Общий годовой оборот по плану должен был составлять 7 441 925 рублей (закрытая сеть, открытая сеть и киоски).
В январе 1935 г. газеты написали и о вводе Минской фабрики-кухни об открытии Минской фабрики-кухни, все желающие могли посещать ее обеденные залы и ресторан.
Таким образом, на основе приведенных данных можно сделать следующие выводы. Авторами проекта Минской фабрики-кухни были два человека – это архитектор И.Е. Губерт и инженер Я. М. Краснощеков. Этот проект был утвержден на расширенном заседании МЦРК 6 февраля 1930 г., затем публиковался в прессе и был представлен на Всебелорусской строительной выставке в Минске. Если о И.Е. Губерте точной информации найти не удалось, то инженер Я.М. Краснощеков был достаточно известной личностью в 1920-е гг. Но, поскольку в 1936 г. он был арестован по обвинению в шпионаже и вредительской деятельности, его имя было вычеркнуто из упоминаний. На момент составления списка зданий Минска архитектором И.И. Володько, еще не началась кампания реабилитации репрессированных, поэтому Я.М. Краснощеков не был упомянут как автор проекта Минской фабрики-кухни. В списке И.И. Володько указан только И.Е. Губерт, при этом его имя написано как «И.Я. Груберт». Мы склонны считать, что фамилия архитектора именно И.Е. Губерт.
Строительство Минской фабрики-кухни началось 8 марта 1930 г. Однако практически сразу же стройка стала испытывать нехватку рабочей силы и строительных материалов, о чем несколько раз упоминалось на заседаниях Минского городского совета. Первоначальный строк постройки объекта – конец 1931 г. был сорван и строительство затянулось. Доступные нам данные позволяют сделать вывод, что серьезных строительных работ в 1931-1932 гг. на объекте не проводилось, строительство было возобновлено в 1933-1934 гг. и к концу 1934 г. было фактически закончено, о чем было объявлено в прессе.
Если сравнивать со строительством других крупных фабрик-кухонь на территории в России, то там тоже были случаи затяжного строительства. Например, 8 марта 1930 г. состоялась закладка фабрики-кухни в Самаре у завода имени Масленникова. Самарская фабрика-кухня, сконструированная по проекту архитектора Е.Н. Максимова, была крупнейшим зданием подобного типа во всем Средневолжском крае. Строительство этой фабрики-кухни № 2 в Самаре было завершено к 1932 г., хотя во время строительства местные организации столкнулись с задержкой рабочих чертежей из Москвы, нехваткой рабочей силы и стройматериалов. В городе Иваново в сентябре 1930 года была заложена фабрика-кухня «Нарпит №2» по проекту архитектора А.А. Журавлева. Стройка тоже затянулась, и объект был построен к 1932 г.
План строительства Минской фабрики-кухни предусматривал «рекордно» быстрые сроки (окончание в 1931 г.), однако на практике первоначальный срок был превышен на более чем 3 года. На наш взгляд, к затягиванию сроков привела совокупность разных факторов, среди которых нехватка специалистов и строительных материалов в республике, перебои с финансированием и перераспределение сил и средств на другие важные объекты. В 1932 г. секретарь ЦК КП(б) Беларуси Н.Ф. Гикало распорядился ускорить строительство Дома правительства в Минске и направить на его стройку основные ресурсы. Стоит обратить внимание и на то, что строительством фабрики-кухни в различные периоды занималось несколько организаций: «Белгосстрой» в 1930 г., «Минскстройтрест» в 1931-1933 гг., «Белпромстройтрест» в 1934 г.
Таким образом, основное строительство Минской фабрики-кухни было завершено к концу 1934 г., а ее начало ее работы как предприятия общественного питания – январь 1935 г.