В дипломатическом лексиконе нет выражения «забуреть», однако забуревшие дипломаты, к сожалению, встречаются. Более того, иногда «буреют» целые посольства и консульства, что вполне укладывается в дипломатическую стратегию, ибо тем самым пославшие их правительства пытаются на неформальном уровне показать принимающей стороне, как они ее «ценят». Точнее, презирают или даже ненавидят. Мол, нате вам!
Примеров тому несть числа. Самый последний — «размещение» Трампом несуществующего американского посольства в Иерусалиме. Это очень понравилось Израилю, но привело Штаты чуть ли не к разрыву отношений с арабскими странами, осложнило «дружбу» США с ЕС. И в конечном итоге содействовало отставке самого Трампа.
Поэтому всякий, кто затевает перетягивание каната в дипломатическом закулисье, должен знать, что канат всегда о двух концах.
В случае с польским консулом в Бресте это был даже не канат, а целая палка. Такая крепкая, жесткая, с сучками. С ее помощью белорусский МИД и избавил, наконец, наше консульское зеленое поле от яро забуревшего дипломата. Чтобы остальным было неповадно. И чтоб никто больше не отсверкивал.
Стоит ли упоминания его фамилия? Тем более что дипломат сей кадровый и, стало быть, никогда и ни за что не посмел бы действовать самостоятельно, без указаний сверху. А то, что он имел-таки санкцию от центрального аппарата в Варшаве, по сути, подтвердил сам польский МИД, механически выслав в ответ ни в чем неповинного белорусского дипломата. Выходит, то, что пан Ежи Тимофеюк пытался спровоцировать в Бресте не в свое служебное время и за рамками исполнения своих консульских обязанностей, то бишь по собственной воле, на самом деле было конкретным служебным заданием. Хоть и конфиденциальным.
Польский МИД, разыгрывая руками, ногами и головой пана Тимофеюка не просто «отбеливание», но и акт героизации палачей белорусского народа на белорусской же земле, да еще с участием белорусских детских организаций, хотел не только проверить Минск на вшивость. Он пытался глумиться над нами… при потворстве наших же отдельных (во всех смыслах!) граждан. А это еще и иностранное подстрекательство.
Теперь о сути произошедшего. Венской конвенцией о дипломатических и консульских сношениях от 1961 и 1963 годов дипломату в стране пребывания прямо вменяется в обязанность «способствовать развитию дружественных отношений между государствами». Назвать другом белорусов атамана «лесных братьев» даже не из Армии Крайовой, а из «банды проклятых», появившейся аккурат в 1945 году, то есть для сопротивления непосредственно освободителям Польши (Советской Армии и родному Войску Польскому), может только сумасшедший или тайный фашист. Впрочем, и не тайный — тоже. И уж точно не поляк, уважающий свой народ и его соседей-белорусов.
Так что Ежи Тимофеюк, «освятивший» своим присутствием, а тем паче своими аплодисментами сборище не совсем осведомленных местных жителей, перепутавших могилы своих предков с могилами их же палачей, в принципе не может считаться польским патриотом. А значит, и польским дипломатом.
Избавив Ежи Тимофеюка от тяжелой для него обязанности, белорусский МИД лишь исправил ошибку польских кадровиков. И польских политиков.
В заявлении белорусского министерства четко говорится, во-первых, о недопустимости «циничного оправдания геноцида белорусского народа». И это уже официальная оценка действий бандита Бурого (Ромуальда Райса) и всех «проклятых», причастных к сожжению пяти белорусских деревень. Что примечательно, речь о событиях 1946 года, когда ответственность на немцев не спихнешь.
Во-вторых, в том же заявлении отмечено: героизация военных преступников и реабилитация нацизма является в нашей стране уголовным преступлением. К последнему словосочетанию я привлек бы особое внимание пана Тимофеюка.
Пусть он скажет спасибо белорусскому МИДу за то, что с ним обошлись так милосердно и даже не лишили консульской неприкосновенности, ограничившись объявлением персоной нон грата. Очевидно, что «спиритическое» общение с одной только тенью Бурого, забуревшего от пролитой им белорусской крови, сыграло злую шутку с вполне современным, даже модно одетым польским консульским работником. Тимофеюк тоже приобрел бурый оттенок, и он рисковал вместо получения статуса «нон грата» сесть «за краты».
Читаем Венскую конвенцию. Статья 41: «Консульские должностные лица не подлежат аресту… иначе как в случае совершения тяжких преступлений». И статья 43: «Консульские должностные лица… не подлежат юрисдикции судебных органов государства пребывания в отношении действий, совершаемых при выполнении консульских функций». Во всем мире существует понятие «совращение малолетних». И если героизация военных преступников и реабилитация нацизма совершались под Брестом еще и в присутствии малолетних (а там, в школе, были юные скауты в военной форме из брестского харцерского движения), то это уже тянет на три «тяжких»! Что в сочетании с утверждениями самого Тимофеюка, будто он светил фейсом «не при исполнении консульских функций», как раз не избавляет, а, наоборот, подводит его под уголовное дело.
Так что, пан Тимофеюк, оказавшись по другую сторону границы, перекреститесь. Вам, грешнику, это необходимо! И благодарите уже не Бога, а повторю — белорусский МИД — за то, что отделались довольно легко. И помните: не надо свои личные психологические проблемы или пробелы в образовании превращать в проблемы целых государств.
Автор фото: mogilev.online, gov.pl, фото из открытых источников