У нас на дачном участке обосновалась стая воробьев.
В Москве и окрестностях в последние годы этих потомков динозавров стало как-то значительно меньше чем раньше. В столице прочно обосновались другие: голуби и вороны. И в Подмосковье воробьи стали встречаться реже. А тут вдруг целая стая в течение нескольких лет выбирала для проживания наш и ближайшие сады.
На удивление, стаю воробьев возглавляла синичка. Среди соседей к ней приклеилась кличка Витёк. Она курлыкала: «Вить! Вить!»
На зиму стая куда-то пряталась, появлялась редко, а с весны вновь прописалась в наших краях. Каждый сезон в укромных местах соседних строений они обустраивали гнезда, высиживали птенцов. И наш дом регулярно использовался одной или двумя пернатыми семьями в качестве «скворечника».
Такое тесное совместное проживание с крылатой братией, доставляло нам проблемы. Стая шакалила по окрестным садам, начиная с нашего. И не сказать, что при этом всяких насекомых вредителей в огороде стало меньше. Но когда у нас поспевала черешня, то эта компания воробьев превращалась в банду и, во главе с Витьком, принималась уничтожать все спелые и сочные плоды.
Возникло необъявленное соревнование: перед нами стояла задача, успеть, как можно больше собрать целых спелых ягод, а у пернатой банды — как можно больше созревших понадклёвывать.
Оказалось, что в таком состязании нам добиться успеха непросто, ведь плоды не созревают одновременно, в один день. А ждать, когда вся черешня созреет — невозможно. Крылатая стая совершала налет ежедневно. Самые первые спелые плоды попробовать нам никогда не удавалось. Банда действовала стремительно и безжалостно. Только когда черешня начинала массово созревать, мы могли насладиться её плодами.
Все попытки отпугивать крылатых бандитов не имели успеха. Всех проживающих на участке они знали в лицо, поэтому никакие пугала, чучела и другие птичьи отпугиватели на них не действовали (хотя залетные гастролёры от них шарахались).
Во время сбора черешни, самые отпетые местные бузотеры могли садиться радом с тобой на соседнюю ветку и громко, возмущенно чирикать. Они искренне считали поспевший урожай своим и неподдельно возмущались.
Когда в их семьях подрастало молодое поколение, то начинались интенсивные тренировки летного состава с пребывающим в стаю пополнением. Опытные инструктора пилотажа демонстрировали свою удаль, а подросшие пернатые новобранцы пытались за ними всё повторить. Неподготовленному зрителю со стороны могло показаться, что по окрестностям носится шумное облако.
Одно из экзаменационных испытаний, придуманных пернатыми, несколько раз доставляло нам немало хлопот. Воробьи включили его в свою программу тренировок после того, как мы приподняли дымовую трубу отопления на крыше. Она стала чуть выше соседнего здания, построенного вплотную к нашему. Сверху на трубе был сделан колпак в виде грибка.
Летом, естественно, отопление не работало, и дымоход не использовался. Воробьи, видимо, решили исправить это упущение и задействовали трубу в качестве тренажера.
Вся стая садилась напротив рядком, на карниз соседского дома, и что-то тихо щебетала. Потом кто-то один срывался с места и стремглав пролетал под грибком на трубе. После этого вся стая начинала громко чирикать, а смельчак, сделав в воздухе почетный круг, возвращался на карниз. На время стая затихала, пока какой-то новый смельчак не повторял этот трюк.
Всё бы ничего, но не у всех трюкачей этот номер удавался. Некоторые проваливались в трубу. Приходилось уже нам в доме снимать заглушку снизу трубы дымохода и выпускать бедолагу.
Когда это случилось впервые, то нервотрепки и сажи нам досталось сполна. Главным образом из-за того, сразу не поняли, что к нам скатилось по трубе, и поэтому, не среагировали должным образом. Выпущенный из дымохода воробей успел полетать у нас по кухне, изрядно испачкать сажей всё вокруг.
Когда через пару дней история повторилась, то услышав шум в трубе, сразу догадались о причине. Но и второй раз выдворение непрошеного гостя не прошло без пыли. Пришлось убираться, хоть и меньше чем в первый раз. Вот после этого случая стали обращать внимание на крышу дома, где и увидели экстремальный воробьиный аттракцион.
Когда уже третий неудачник попал в трубу, то тут мы действовали более грамотно. Сначала надели целлофановый пакет снизу на дымоход и только после этого сняли крышку с трубы.
Убедившись, что всё, что могло выпасть из дымохода, упало в пакет, снимали его и, не раскрывая, выносили на улицу. И только там выпускали на волю бедолагу. Чумазый как трубочист воробушек, отряхиваясь на лету, как ни в чём не бывало, возвращался в стаю на карниз дома, где его с громким щебетом встречала вся компания.
Что удивительно, но даже после стольких неудач воробьи не перестали развлекаться подобным образом. В результате ещё несколько раз приходилось выносить в пакете очередного «трубочиста».
С каждым новым «залетом», сажи в трубе становилось меньше. Это было заметно как по её количеству в пакете, так и по виду самого «трубочиста». Если самые первые улетали черными как смоль, то последние — чуть пыльные. За летний сезон стая воробьев прочистила нам дымоход.
Осенью нам переделали вытяжку с дымоходами, собрав всё в общий короб. Отдельной трубы с грибком не стало. В результате на следующий сезон воробьи перестали попадать к нам в трубу. Непонятно, как теперь будем прочищать дымоход от сажи?