Добрый вечер!
Как много мнений на одну и туже тему! И где истина, по средине? Сомневаюсь. В нашем регионе при получении путевки, разрешения на добычу зайца, вписывают ( бесплатно ) и разрешение на добычу волка, енотовидной собаки и лисы (я бы разрешил также и на медведя). И это, считаю, очень правильно. В последние годы с помощью передовых технологий создали теплые меховые и иные изделия, относительно успешно заменяющие овчину, шерсть. Вышли из моды лисьи и иные меховые воротники, шубы и тд. И количество охотников за пушниной, по крайней мере в нашем районе, а если разрешение на волков, лисиц, енотовидных собак стали выдавать по всей области ,- значит, и по области --сократились в разы. В результате численность этих видов животного мира увеличилось существенно, что стало влиять на поголовье иной дичи. В одном из номеров журнала "Охота и охотничье хозяйство" в советское время был напечатан результат исследования влияния хищников на поголовье зайца-беляка. Исследователи пришли к выводу, что более 25 % потомства зайцев уничтожается белками. И я стал замечать, что следы белки в лесу чаще всего наблюдаются в местах наибольшего скопления зайцев. Есть следы белки - будут следы зайца. Но для тех, кто охотится с собаками, скорее всего беспокойство доставляет наличие волков.
Наибольший урон из видов охотничьих собак волки доставляют гончакам. Если лайка, работая по пушнине или по пернатой дичи, больше держится на относительно одном месте, не так постоянно лает, то гончая отдает голос практически беспрерывно. Особенно, по зайцу, который уводит собаку за пределы слуха охотника, возвращается и снова уходит на круг. И при этом гончая всё время отдает голос - на всю округу. Волки, находясь в этом районе работы собаки, непременно направляются к собаке, определяют круг и перехватывают собаку. Поэтому, получается, что гончая просто смертница - рано или поздно её перехватят волки. И как после этого я должен относится к волкам? Собаку берешь щенком, воспитываешь, кормишь, спишь с ней спина к спине у костра, делишь с ней свой обед и ужин на охоте, - и едва не на первой охоте она не возвращается из леса ! Неделями ищешь и безрезультатно. Да, после этого я готов истребить всех волков в округе. И благодарен бригадам, создаваемым охотоведами и егерями , которые выслеживают волков, устраивают на них коллективные охоты. Но, надо сказать, не одобряю капканы на волков и применение ядов - чаще от них погибают собаки, а не волки. Конечно, капканы и яды применяют, думаю, те "охотники", которые волков добывают ради получения лицензии на лося или кабана. И им пофиг на гибель охотничьих собак. Но такого рода люди есть во всех сферах нашей жизни, увы.
О том , как волки лишили меня первой моей гончей , я рассказывал в предыдущих рассказах. Расскажу сейчас о другом.
У меня к одному из сезонов было две собаки - молодой кобель-выжлец бракованного вида и Чара - выжловка. Чара работала уже несколько сезонов. До этого в один сезон по чернотропу я поехал с приятелем, который так же взял молодого гончака - рослый кобель выжлец - для натаски. Кобель у него работал неважно,можно сказать - ещё не работал , носился по лесу бестолково. И приятель предложил сходить вместе, чтобы моя Чара его научила.
Был чернотроп. Для Чары это всё равно, что снег, что чернотроп. Это для нас сложнее перехватывать, но тем и интереснее охота. Приехали мы на покосы у одной деревни, где в то время о наличии волков слухов не было. В пределах слышимости работала бензопила. Продвигаясь по покосу, Чара закружила и ушла в лес и погнала, удалившись на приличное расстояние. А гончак приятеля остался с нами и отбежал по покосу вперед на сотню метров. Приятель шел за ним впереди меня тоже на расстоянии. Вдруг напротив меня из леса на край, но не выходя на покос, выбежал пёс, по виду смесь овчарки с рыжим гончаком, но очень большой: выше приятельского гончака, уши торчком как у овчарки, но ростом выше обычной овчарки. Примчался он со стороны, где работала бензопила, и в той стороне до этого лаяла голосом овчарки собака. И это меня смутило, я только вскинул ружье и замешкался - может это собака? Но этот пёс как только увидел меня, тут же махом умчался обратно в лес . Потом уже, анализируя его поведение, я решил, что это был волк. Потому что собака не шарахается от людей, она бы обежала людей, принюхалась, и залаяла бы - любая собака, думаю. Даже испугавшись вскинутого ружья и скрывшись с глаз, всё равно бы залаяла. Этот же молча выскочил и также молча и резко скрылся. Моя Чара стала приближаться и я сразу же рванул к ней бегом и треща сучьями. А потом встал - чуя приближение гона, выстрелил по зайцу, Чара тут же прилетела ко мне, я взял её на поводок и мы вышли на покос. Затем ушли от этого места подальше. А потом и уехали. Думаю, что это был волк одиночка, выскочивший на то место, где начался гон, а увидев охотников и ещё одну собаку - гончак приятеля были рядом, но они не видели волка, - ушел из этих мест. А мой топот принял за погоню и ему уже было не до собаки. Думаю, была бы стая - перехватили бы мою собаку, не обращая внимания на охотников.
Может быть этот случай или другой, или просто инстинкт опасения волков, спас Чару от волков не один раз. И вот про следующий случай, с чего я начал, когда я Чару взял в лес с молодым гончаком бракованного вида. Конечно, мы ждали снега, поскольку наступил период, когда зайцев в угодьях осталось очень мало. Видимо, прошёл очередной периодически случающийся мор, и погонять зайцев было проблематично. Наконец, к выходным выпал снежок. Не сплошной, около одного - двух сантиметров, но уже можно было что-то прочитать. С раннего утра я с приятелем и, конечно, с моими собаками заехали в лес, остановившись на уже не используемой, зарастающей местами, но еще с незаросшими травой песчаными обочинами лесовозной дороге - дамбе. Остановились на крутом в 90 градусов повороте , на который выходила грань-лесовозная дорога и дорога на покосы. Очень интересное место, где можно пройтись по дорогам, грани и попытаться найти следы зайца. Одна неувязочка была - мороз вдруг ударил под десять градусов, из-за чего под ногами хрустела листва, хрустел снег, трескались со звоном палки. Отпустили собак. Чара сразу умчалась исследовать округу, молодой кобель за ней. Мы собрали ружья, зарядились, собрали рюкзаки. Но... тишина. Ни хруста собак, ни лая, никаких звуков. Прошли по грани от поворота дороги несколько сот метров и обнаружили следы зайца, ночные. Тихо разбрелись и встали. Ждем пять минут, десять, полчаса. Тишина. Собрались и решили посмотреть, куда ушли собаки. Нашли их следы: вот недалеко они обнаружили следы зайца и пошли на север паралельно дороге-дамбе. Пройдя метров двести и не услышав гона , решили выйти на дорогу, чтобы проверить по покосу, что в полукилометре от этого места, расположенного перпендикулярно дороге, перешли ли собаки этот покос. Но выйдя на дорогу и немного пройдя, мы обнаружили следующее: по колеям нашей машины на песке четко видны следы наших собак. Судя по следам и разлетевшимся частичкам грунта - собаки неслись во всю прыть. Но следов зайца не было. Зато были по краям от колеи и по песчаной обочине следы нескольких волков. Из-под следов волков также разлетались в разные стороны песок и грунт. Складывалось впечатление, рисовалась перед глазами картина, что посредине дороги несутся мои гончаки, а по краям, по обочине рядом с ними несутся волки.
Оставив тут приятеля, я рванул к машине, от которой мы ушли не далеко, подъехал к приятелю и мы помчались следом за собаками и волками. Проехали мы километра три: всё также следы собак посредине, а следы волков по краям дороги. И тишина. Всё время тишина! На эту дорогу-дамбу с утра мы выехали по лесной дороге. От асфальта километра полтора до дороги-дамбы. Преследуя волков мы доехали до этого перекрестка и обнаружили, что следы собак с дамбы повернули на лесную дорогу, по которой мы приехали, а волки проскочили этот поворот по дамбе около пятидесяти метров. Может и больше, но мы сразу же свернули по следам собак. На душе немного отлегло, но где собаки? Доехали, как позволяла дорога быстро, до асфальта. Следов волков уже не было видно. Стало ещё легче на душе! На асфальте, точне по краю, по обочине виднелись свежие следы собак - в сторону поля, по направлению к дому. Первым жильём по направлению к дому и был наш дом, посёлок, в 30 километрах. Туда не могли убежать. Но едем. На поле, ещё в километре, перекресток полевых дорог. Слева у речки (в 30 м шириной) в полукилометре от трассы живёт отшельник в избушке не больше бани, с огородиком и поленницей дров. За этой избушкой я уже охотился, Чара эту избушку знала. Остановившись на этом перекрестке, хотя и с машины следы собак были видны, мы убедились, что собаки ушли к избушке. Подъехали к избушке, вылезли из машины. Собак не видно. Стали звать-кричать, гудеть в стволы. Тут же из леса за избушкой выбежали мои собаки. С радостью, словно вытащили собак прямо из пасти волков, мы поехали домой. Нам было уже не до охоты. И по дороге рассуждали, что гончие, тропя без голоса зайца услышали хруст волков, бросили зайца и рванули от волков. Но путь к нам волки им отрезали. Тогда гончие выскочили на дорогу и рванули от волков к людям, то есть на трассу, где постоянно шли машины ( дорога вела к областному центру), была довольно оживлённой. И на повороте скинули волков и по лесной дороге убежали к трассе. А волки не стали их больше преследовать - значит не видели, гнали только по следам. И если бы не было так тихо и морозно, то собаки их не услышали бы. Мороз и опытность Чары, я считаю, которая не стала прорываться к нам, не стала лаять на волков, а сразу рванула от них, спасли её и молодого кобеля от гибели.
И ещё был подобный случай.
Чернотроп. Мы с двумя братьями охотились в очень большом лесном массиве, где множество лесовозных проезжих песчаных в основном дорог. Места с сосновыми вырубками , разным мелколесьем. Держится глухарь, лесной тетерев, рябчик. Путевки на всё. День гоняли хорошо - Чара работала, зайчики были. Уже в третьем часу гоняли очередного зайца, Чара гнала в пределах слуха, и, как обычно по чернотропу, - с перерывами на скол. Вот опять скололась. От меня метров триста-пятьсот. От братьев ближе. Полчаса - тишина. Это много. Стали собираться в кучу. Тишина. Стали рассуждать, где собака - последний лай был между нами. Стали звать - уже смеркалось. Разбредемся, зовем - нет. Так до темноты. Вернулись к машине - поездили по округе - нет следов на дорогах, доехали даже до деревни - километров пять - нет собаки. Вернулись - собака должна прийти к машине обязательно, где высадили. Решили ночевать. Утром - нет собаки. Братьям надо в город, на работу. И мы уехали. К вечеру пошёл снег. После работы звонок - видели собаку в районе старой деревни - на перекрестке дорог. Это в восьми километрах по лесу, по прямой от того места , где гоняли. И в восьми километрах от деревни, куда мы ездили, и в десяти километрах от деревни, со стороны которой мы заезжали на охоту. Такой треугольник леса, а собака вышла на трассу в самом низу этого треугольника. Я на машину и туда - на перекрестке следы на свежем снегу - бежит собака в сторону лесной деревни, даже следов машин нет. Я по следам, следы в деревню - обходит деревню по огородам - не местная собака. Стало много собачьих следов. Стал звать - выбежала по улице моя Чара! В последующем стали рассуждать, что во время гона Чара услышала волков, которые её отрезали от нас и от деревень. И она молча по лесу сбегАла от волков на трассу, хотя до каждого из нас было ей метров двести. Также не стала прорываться к нам. Ушла точно не по зайцу, иначе гон мы бы услышали. Да и вернулась бы к ночи, или утру к нам по своим следам. Так всегда было - собака в лесу не потеряется. Только жди - придёт. Только волки могли её угнать. А у трассы оставили её в покое.
А на этом - пока!