Сказочная история об игрушечном ограблении в кукольном домике
Объём: 428 web-страниц
Для меня Бакман Писатель феноменальный, в том смысле, что феномен его популярности мне не очевиден. Я прочитала очередную его книгу (после нашумевшей «Второй жизни Уве»), с замыслом все же постичь те глубины глубин, которые видит в его творчестве то колоссальное число восторженных Читателей, но снова нашла лишь примитивизм и навязчивое стремление оправдать неадекватное поведение половозрелого Персонажа неприятностями в жизни или наличием в анамнезе родителя-алкоголика.
Книги, конечно, разные нужны. Наверное. Есть же в изобразительном искусстве «Черный квадрат» Малевича, который к живописи (в плане техники написания картин) имеет мало отношения – сей шедевр при наличии линейки может повторить даже ребёнок, но при этом «Квадрат» преисполнен символизмом, ну и вообще это классная концептуальная идея, оказавшая внимание на мировое искусство.
Что касается Бакмана, то, вероятно, он пытался сверстать взрослую книгу, написанную «детским», языком (последнее ему удалось). При этом сюжет утрирован настолько, что создается ощущение, что вы находитесь на утреннике в садике, где дети стилизованно наряжены полицейскими, грабителями, какающими зайчиками (да-да! Хоть что-то выглядит реально). Воспринимать сие странно срежиссированное представление без мата возможно только, либо если вы воспитатель и распределяли роли, либо в спектакле участвует ваш ребенок.
Кстати, если вы соскучились по Уве, в «Тревожных людях» он тоже появится под именем Зара – слегка сменит пол, но для историй Бакмана трансегендеры (по крайней мере, литературные) – «это норма»!
«Людям нужны сказки, а не истории»
Я не сторонник коротких предложений, поэтому, конечно, стиль Бакмана у меня симпатии не вызывает, но здесь дело не столько в самом тексте, сколько в содержании. Автор берется оправдывать любую дичь, которую вытворяют его Герои, непреодолимыми личными обстоятельствами – здесь ему нет равных: тяжелый пубертат, сложное финансовое положение, развод или смерть супруга, дети-наркоманы, престарелый возраст, беременность, проживание в Стокгольме, дурная экология…
Короче, если вы грабите банки, целитесь в людей из пистолета или просто ненавидите всех вокруг, Писатель обязательно отыщет в вашем прошлом некую психологическую травму, которая позволит не просто снять с вас ответственность, но и ЗАСТАВИТ окружающих «понять и простить», а потом еще «обнять и плакать». Кажется, я только что рассказала содержание всей книги (и половину из Уве), потому что именно слезные перипетии Героев, кратко поданные вместо сюжета, и являются ее основным наполнением.
Мне было сложно это читать, и не потому что фарс – не мой жанр, просто фарс с претензией на психологизм, где все Герои связаны годами, мостами и идиотизмом (по заверению Автора), не должен быть настолько прямолинейным и тем более искренне претендовать на драматичность. Все Персонажи здесь сначала условно отрицательные к концу становятся условно положительными, что при полном отсутствии антагонизма и соответственно динамики превращает чтение в эмоционально ровную линию, к середине повествования становится тревожно за художественную литературу в целом.
Кстати, относительно сказок, раз уж Бакман сам определяет так свою книгу. Не знаю, как в Скандинавии, но в русской традиции сказка обычно состоит из противоборства: добра со злом (Кощеи и Иваны), доверия и коварства («Колобок»), смекалочки и тяги получить все даром («Конек-Горбунок). И да, отрицательные Герои всегда (ну почти) наказаны: горе-цари варятся в кипятке, у Кощеев ломаются иглы, и только один Колобок грустно переваривается в желудке у лисицы (не все сказки хорошо заканчиваются). Потому что «сказка ложь, да в ней намек».
Если переписать все наши любимые сказки в Бакмановском стиле, окажется, что Лиса просто зверски хотела кушать (только вчера бросила курить) и, в общем и целом, имела полное право закусить зазевавшимся Колобком (еще и несварение заработала, бедняга). У Царя не клеились отношения с невестой, поэтому он все гонял Горбунка за тридевять земель с неадекватными поручениями, ну а у Кощея тяжелое детство. Тут вообще без вариантов, у него даже проблемы с весом (возможно, нервная анорексия) из-за юношеских травм: яйца, утки, швея-мотористка – такое даром не проходит. Всех их можно понять.
Только про что эта сказка? Видимо соль в том, что обстоятельства управляют вами, а не вы обстоятельствами (и во всем виноват развод родителей, даже если вы уже на пенсии). Удобная позиция, никакой индивидуальной ответственности – добро пожаловать в детский сад.
Путеводитель по сортам анализов
И про текст. Он, на мой взгляд, ужасен и по форме, и по содержанию, особенно напрягают юмористические вставки, и здесь я могу привести доказательства. Прежде всего, это сосредоточенность на испражнениях (если что, это все цитаты из книги. Честно).
«…он знает, почему какашки коричневые и что происходит после смерти…»
«…какашки своих детей еще туда-сюда, но чужих…»
«…в определенном возрасте какашки меняют свою консистенцию, они становятся как клей, застревают под ногтями, потом пачкаешься по дороге на работу…», - очень информативно, кстати, но парад анализов еще не закончен.
«Это какающий кролик! – кролик постучал по кроличьему виску, - такое не забудешь!», - я буду стараться забыть.
«Так бывает, когда кто-то попукивает в самолете, думая, что если делать это постепенно, то вонять не будет».
Но какашки – это цветочки, в конце концов, «в определенном возрасте» все дети ими интересуются – и «это норма». Есть цитаты, которые не размазывают, а пришпиливают:
«…я не любитель, - ответил молодой с таким видом, будто ему предложили отведать человечинки».
Ну, то есть так-то против самого факта поедания людей Герой не выступает (здесь вообще все чудовищно толерантны), если кому нравится – пожалуйста, может, они в детстве стали свидетелями самоубийства или сами пытались. В общем, любой даже преступной дикости можно отыскать логическое обоснование. (Нет).
«…мать нашего грабителя была насквозь проспиртована джином с тоником, и по этой причине, когда она почила в бозе, кремировать ее не решились, испугавшись возможного взрыва в крематории».
Единственный человек, не удостоившийся сочувствия Бакмана – это Гитлер. Да, и здесь есть Гитлер, где-то между однополыми браками и женским алкоголизмом:
«А если это Гитлер? Если ты вернулся в прошлое на машине времени? Гитлера убить можно», - заключает Писатель. Очень человеколюбивое мнение. Прощай, Адольф.
Как вести неосознанный образ жизни после сорока лет
Основная идея «Тревожных людей» состоит в хрупкости личности перед лицом агрессивной реальности, поэтому все Персонажи маниакально стремятся вернуться даже не в детство, где все же надо самому дойти до горшка, а скорей в перинатальный период, когда их ответственности нет даже в том, чтобы дышать.
«А когда ты взрослый, о тебе некому позаботиться, надо справляться самому, самому разбираться с этим миром», - сетует Автор.
Я как-то была в Швеции и даже в Стокгольме, который по задумке Писателя и Содом, и Гоморра, и немножко Москва, не скажу, что там как-то очень опасно. Мир прекрасен и удивителен, но по Бакману только после глубокой психотерапии.
Ну, и когда ты не до конца взрослый человек, конечно, у тебя совершенно не взрослые суждения:
«…от любви все совершают дурацкие поступки, например, женятся».
«Изменить можно нечаянно, увлекшись, продолжительные отношения надо тщательно планировать», - пишет в лирическом отступлении Автор.
Я бы не хотела общаться с людьми, исповедующими подобные семейные ценности. Каннибализм – это норма. Измена – это норма. После такого начинает казаться, что передачи Малышевой еще вполне себе преисполнены адекватностью. Единственное, что здесь норма - это толерантное отношение к гомосексуализму, ибо эта тема может подгорать только у реально «тревожных людей».
«Пресловутая драма с захватом заложников»
Я не рекомендую Бакмана, несмотря и даже вопреки потоку положительных рецензий на все его произведения. Мне не близка идея отстраненного отношения к своей жизни, как внешней, так и внутренней. Я не склонна перекладывать ответственность за свои действия на родителей, несправедливый мир и других людей, в ожидании, когда придет некий Взрослый и все решит, поэтому книга, которая исповедует эти постулаты, возводя их в ранг Абсолюта, кажется мне даже слегка вредоносной, ну если относится к ней всерьез.
Для меня «Тревожные люди» пример того, как можно клонировать Уве – «выстреливший» типаж, который, кстати, уже неоднократно появлялся в мировой культуре, например, в фильме с Клинтом Иствудом «Гран Торино» 2008 года (только пенсионер там вооружен не только дурным характером), наделяя его все более несчастной судьбой, и при этом иметь успех. В этой книге нет сюжета и нет серьезного психологизма, наверное, именно поэтому каждый узнает в Персонажах – нет, не себя, конечно, а тех, кого можно анализировать без ущерба для собственного хрупкого эго: друзей, соседей, родственников, коллег…
И тут еще оказывается, что они не импульсивные хамоватые ч(м)удаки, а просто… ну тревожные люди, и их следует пожалеть, даже если они приставили вам к виску пистолет или орут на вас на совещании. А если кто-то и применяют к вам насилие – так это от того, что внутри они глубоко несчастны, и душевная беседа обязательно вернет (хотя слово вернет здесь не подходит, вернуть можно только то, что уже было) душевное равновесие – прям предновогоднее чудо.
В видении Бакмана все мы пострадавшие, потому что взрослые, а быть взрослым само по себе якобы испытание. Мне просто удивительно, что Автор рассматривает ответственность, которую получает человек вместе с паспортом (а по-хорошему частично берет ее и раньше), как груз, а не как целый набор неограниченных возможностей, и пугает, что такому количеству взрослых людей эта идея реально нравится. Не обязательно идти к психологу, чтобы вступить в диалог с самим собой и перестать быть по-Бакмановски тревожным, если прекратить анализировать неприятного соседа и сосредоточиться на себе – может оказаться, что неприятный сосед – это вы сами, а дальше придется как-то жить с этой информацией. В идеале счастливо))
И да, когда грабите банки – не берите заложников. Приятного чтения!
Литературный диалог: ВКонтакте , в Инстаграмм