Существует расхожий миф, связанный с правами человека и с тем как их интерпретировали в СССР. В общем виде он звучит так: в западных (капиталистических) странах всегда существовал приоритет прав человека, в то время как в СССР был тоталитаризм и никаких прав у человека не было. В расширенной версии — это утверждение распространяется на всю историю в принципе и не привязывается к общественному строю, а скорее к неким вневременным качествам той или иной страны или народа.
Оппозиционной либеральной общественности вторят и либералы, находящиеся у власти, утверждающие, что нам необходимо правовое государство, как на западе, в то время как СССР правовым государством не был. Эти взгляды транслируются в бесчисленные учебники по обществознанию, а через них и в головы школьников.
Обычно для иллюстрации этого мифа приводятся разнообразные примеры в стиле сравнения теплого с мягким, которые вырваны из контекста времени или в принципе являются враньем. Стандартный прием в таком случае — это утверждение в стиле, «в 1937 г. в СССР посадили гражданина Н за анекдот, в то время как в США в 21 веке каждый имеет право завести политическое стендап-шоу и выступать с ним по телевизору».
Каким же образом можно оппонировать подобным заявлениям?
Сначала, неплохо бы понимать, что имеет в виду ваш оппонент под словами "запад". Те же Европейские страны, которые считаются оплотом демократии, несколько разные. Так в Испании действуют законы о защите чести короля, которого нельзя оскорблять и можно заработать штраф или тюремное заключение за «оскорбление величества». После этого вопроса ваш оппонент, скорее всего, скажет, что романские страны вообще то неправильные и не совсем европейские, то ли дело англо-саксонские, тем более что сама концепция прав человека произошла в большей степени из Великобритании, США и Франции (которая хотя и страна романская все же большинством либералов считается за цивилизованную).
Именно поэтому на исторической концепции прав человека и на её эволюции необходимо остановиться, для того чтобы подвергнуть её современное буржуазное понимание предметной критике.
В основе этих представлений лежит своеобразный правовой фетишизм, в рамках которого, в полном соответствии с идеалистическими конструкциями 18 века, право рассматривается как самоценная вещь, стоящая над обществом и государством. Это в принципе не верно, даже с формальной точки зрения, так как законы собственно принимаются соответствующими представительными органами и ими же могут быть и отменены. Это же касается и законов о правах человека, которые восходят к эпохе просвещения и концепции естественных прав человека.
История прав человека обычно отсчитывается от Билля о правах изданного в Англии в 1689 году (обычно к этому прибавляют, что в этот период в России существовало крепостное право с 1648 года). Приведем его полностью, благо он небольшой:
1.Король не может приостанавливать действие законов без решения парламента;
2.Король не может препятствовать осуществлению правосудия в отношении кого-либо;
3.Право на сбор налогов королю даёт только парламент;
4. Подданные имеют право беспрепятственно подавать ходатайства королю;
5 Запрещено держать постоянное войско в пределах королевства в мирное время без разрешения парламента;
6. Протестанты имеют право на ношение оружия;
7. Нельзя препятствовать проведению честных выборов в парламент;
8. В парламенте действует свобода слова;
9. Судебные полномочия нельзя возлагать на учреждения, не имеющие на это права, также нельзя применять слишком жестокие наказания;
10. Наказания выносятся только по решению суда;
11. Парламент должен созываться регулярно и часто.
Безусловно, это серьезный шаг в области законодательства. Однако, во-первых, необходимо знать контекст принятия билля. Был он принят после т.н. славной революции, и распространялся в первую очередь на подданных Англии - протестантов. В тоже время, например, католическое население Ирландии, да и самой Англии, по большей части, прав было лишено.
Во-вторых, само по себе требование наказывать по решению суда, конечно, справедливо, тем не менее, необходимо понимать, за какие преступления и как будет выносить приговоры суд. Так в период с 1688 по 1815 годы действовало кровавое законодательство. В число применявшихся мер наказания входили, например, кастрация (за изнасилование или за убийство оленя в королевском лесу), ослепление (за охоту в королевском лесу), обрезание языка (за лжесвидетельство). Подобные наказания, впрочем, были в ходу и в других странах, но характерной особенностью Англии были жестокие законы против бродяжничества, приятые еще при Тюдорах и действовавшие весь период независимо от того, кто оказывался у власти Кромвель, Карл 2-й Стюарт или Вильгельм Оранский.
Эти законы позволяли, например, обращать в рабство и клеймить бродяг или отправлять их в работные дома. Заметим, что прочих преступлений кроме бродяжничества им не вменялось. Опять-таки, это не было проявлением некой бессмысленной жестокости, или садизма, а вполне рассчитанной мерой, призванной обеспечить мануфактуры дешевой, а то и вовсе бесплатной рабочей силой.
Таким образом, билль защищает, прежде всего, права состоятельных господ, а всякие рабочие, крестьяне, а также население колоний должны радоваться тому факту, что их наказывают в строгом соответствии с законом.
Конечно, поменять законы в свою пользу можно было при помощи парламента, однако так как выборы проводились с высоким имущественным цензом и имели большое количество феодальных пережитков, то основная масса народа, опять-таки, не могла никак поменять на них. Более того подвижки в сторону всеобщего избирательного права начались в Великобритании лишь с движением чартистов, а это уже 30-40 гг. 19 века, причем их движение потерпело поражение.
В итоге мы видим, что после введения пресловутых прав человека для 80%-90% населения в принципе ничего не меняется. Особенной разницы будет ли их казнить сеньор по феодальному праву или по приговору суда нет, результат один и тот же – смерть. Более того, повлиять на законодательство народ, что в средние века, что в период нового времени мог лишь массовыми выступлениями и настоящими восстаниями.
Следующим пунктом развития концепции прав человека, обычно выступает декларация независимости США. Это вполне справедливо. Однако на основании того, что населению США обещаны некоторые права, отечественные либералы делают вывод о том, что это самая совершенная демократия в мире. Правовым основанием для государственности США являются декларация незначимости и конституция, которые были затем дополнены биллем о правах.
Правам человека собственно посвящена преамбула первой: «Мы исходим из той самоочевидной истины, что все люди созданы равными и наделены их Творцом определенными неотчуждаемыми правами, к числу которых относятся жизнь, свобода и стремление к счастью. Для обеспечения этих прав людьми учреждаются правительства, черпающие свои законные полномочия из согласия управляемых. В случае если какая-либо форма правительства становится губительной для самих этих целей, народ имеет право изменить или упразднить ».
Здесь мы можем увидеть, что в соответствии с идеями просвещения провозглашены несколько базовых прав человека: на жизнь и свободу, а также право народа на восстание, правда, крайне витиевато. Вместе со старым еще колониальным актом «Мэйфлауэра», провозглашавшем основой новых колоний веротерпимость, получалось действительно лучше, чем в Англии. От неё уже идет рассуждение об остальных правах, которые включают в себя, например, право на надлежащий уголовный процесс.
Однако необходимо понимать, что сама сфера пресловутых прав человека не распространялась на индейцев, негров, а также массу новых эмигрантов, в частности ирландцев, так как в основе конституции США лежала частная собственность, в том числе и на рабов. Кроме того, избирательные права по-прежнему касались лиц, имеющих собственность, с которой плататься налоги. Таким образом, с правами на свободу и жизнь долгое время было туго.
Конечно со временем ситуация улучшилась, рабство было отменено, избирательное право расширено, однако между декларированием прав и реальной возможностью их осуществить, лежит пропасть.
Рыночная экономика с конкуренцией серьезно препятствует реализации права на жизнь, поскольку голодному безработному жить трудно. То же касается и свободы, так как экономические условия ставят людей зачастую в положение рабов, причем до сих пор. Если не обращаться к давней истории и не вспоминать условия работы на угольных шахтах в начале века 20 века, то можно посмотреть на условия работы в крупных торговых сетях типа Волмарта сейчас.
Не задается и с правом на смену правительства, или даже на предъявление ему требований. Наиболее ярким примером здесь является разгром марша бонусной армии из ветеранов 1-й мировой, которые требовали выплачивать положенные им пенсии. Правительство применило слезоточивый газ, танки и сожгло лагерь протестующих. Не менее характерным примером была бойня у горы Блэр, где против шахтёров притенили боевую авиацию.
В общем-то, хотя формально все равны перед законом, обладают правами и свободами американского гражданина, в том числе должны осуждаться лишь по суду. Это, однако, не мешает полиции регулярно совершать убийства при задержаниях, причем убивают они не представителей буржуазии, а безработных. Таким образом, мы опять видим, что формальное заявление о правах человека еще не создает условия для соблюдения этих самых прав
Еще одна страна исторической демократии – Франция. Правда либеральные и буржуазные идеологи любят её гораздо меньше, чем США или Британию. Это объяснимо, так как Французская революция с её гильотиной и террором Робеспьера, пошла гораздо дальше дозволенного господами либералами.
Тем не менее, французская декларация прав человека и гражданина крайне важна, так как на неё стали ориентироваться и в качестве основы декларации прав человека принятых ООН. Итак, основные пункты, основанные на мыслях французских просветителей, сводятся к следующему. Приведем декларацию прав человека и гражданина с сокращениями:
1. Люди рождаются и остаются свободными и равными в правах. Общественные отличия могут основываться лишь на соображениях общей пользы .
2. Цель каждого государственного союза составляет обеспечение естественных и неотъемлемых прав человека. Таковы свобода, собственность, безопасность и сопротивление угнетению .
3. Источник суверенитета зиждется, по существу, в нации. Никакая корпорация, ни один индивид не могут располагать властью, которая не исходит явно из этого источника .
Также Декларация устанавливает, такие важные вещи как презумпцию невиновности, и необходимость осуждения граждан исключительно по суду. Также, в отличие от английского билля о правах, она устанавливает свободу слова, не только в стенах парламента:
11. Свободное выражение мыслей и мнений есть одно из драгоценнейших прав человека ; каждый гражданин, поэтому может высказываться, писать и печатать свободно под угрозою ответственности лишь за злоупотребление этой свободой в случаях, предусмотренных законом
12. Обеспечение прав человека и гражданина влечет необходимость применения вооруженной силы; эта сила, следовательно, установлена в интересах всех, а не в частных интересах тех, кому она вверена .
Далее следует ряд пунктов о налогообложении который логично заканчивается требованием для всех должностных лиц отчитываться о своей деятельности:
15. Общество имеет право требовать отчета у каждого должностного лица по вверенной ему части управления
17. Так как собственность есть право неприкосновенное и священное, то никто не может быть лишен ее иначе, как в случае установленной законом общественной необходимости и при условии справедливого и предварительного возмещения
Таким образом, можно увидеть, что французская декларация завершает развитие идей, выраженных в декларации о независимости и конституциям США, и разворачивает их в полной мере. Однако она принималась еще в момент, когда на троне все еще оставался Людовик 16, надевший красный колпак. При этом представители крупной буржуазии и либеральной аристократии, явно полагали революцию законченной, и стремились упрочить свое положение. Поэтому в ней можно найти много пунктов о защите собственности, об установлении налогов и о суде и презумпции невиновности. Так же заявлен принцип общего участия граждан в государственных делах, но избирательные права на тот момент были далеко не у всех французов.
Однако революция и не подумала останавливаться, и её дальнейший ход привел к развитию её основных документов, одна за другой были созданы две конституции одна в редакции жирондистов, а вторая якобинская.
Всеобщее избирательное право было ведено после заключения короля в тюрьму, но лишь после прихода к власти якобинцев были ликвидированы все ограничения, существовавшие для него, такие как двухстепенная система выборов. Более того были введены нормы о том, что народ имеет право на получение базового образования.
Якобинцы в своей революционно-демократической практике пошли значительно дальше любых писаных документов. Так как решение аграрного вопроса требовало ликвидации феодального землевладения, фактически нарушало статьи декларации прав человека, ликвидация землевладения осуществлялась бесплатно, а земля распродалась между крестьянами и продавалась им в рассрочку по небольшой цене. Более того, в период якобинской диктатуры в интересах масс было ограничено право на свободную торговлю, так как этого требовали голодающие бедняки Парижа, желающие активной борьбы со спекулянтами.
Таким образом, можно видеть, что реальная практика социальной борьбы расходится с представлениями о том, что право обладает некой надклассовой силой. Более того, для соблюдения прав народных масс нужно нарушать права богатого меньшинства.
Попытка реализовать, на практике лозунг «свобода, равенство, братство» натолкнулось на сопротивление буржуазии, части крестьян и свергнутой аристократии. Соответственно пришлось жертвовать рядом прав, и якобинская диктатура вошла в историю как царство террора, причем как против правых сил, так и против левых, вроде первого коммуниста Гракха Бабефа. Однако необходимо упомянуть о том, что борьба велась не только с политическими противниками, но и «эффективными предпринимателями», то есть со спекулянтами, которые решили нажиться на народном бедствии.
Якобинцы, лишившись поддержки буржуазии и значительной части крестьянства, которое получив землю, больше не хотело принимать участие в борьбе, были свергнуты в ходе переворота. Власть директории вернулась к формальным правам человека, разрешив спекуляцию, чем в итоге довела массу парижских бедняков и крестьян до того, что они приветствовали нового императора Наполеона Бонапарта, который активно гарантировал права собственности. Эту собственность побоялись отнимать даже после реставрации Бурбонов.
Почему же идеи о правах человека в итоге привели совсем не к ожидаемому результату? Дело здесь не в «человеческой природе» или качествах отдельных политиков. Это, собственно, стало понятно Марксу, который писал, что – право это воля господствующего класса, возведённая в ранг закона. Потому что тот, кто пишет законы своему слову хозяин, захотел - дал, захотел - взял обратно. Поэтому законы — это либо плод работы господствующего класса, либо результата классовой борьбы. В последнем случае господствующий класс ищет способа обойти закон, или отменить его. Отсюда попытки создать универсальные права человека для всех, при сохранении частной собственности и примирить батрака и магната, сродни попыткам примирить волков с овцами.
Продолжение здесь:
Понимание прав человека и их интерпретация с точки зрения классового подхода. Часть 2