— Я очень сильно переживаю страх, связанный с тем, что я старею. Моя мама умерла в двадцать шесть лет. Она считала, что после двадцати лет стареют. Можно сказать, она себя лишила старости. Я чувствую, что мой страх связан именно с этим.
— Знаешь, как говорят: «Живи быстро и ярко, умри молодым!»
— Да, это точно про неё так можно было сказать.
— Смотри, если блокируется связь с матерью или отцом, то блокируются определённые качества, присущие этому человеку.
— Сохранение этой красоты. Качество красоты, можно так сказать?
— Смотри, сохранения красоты или качество красоты, это очень разные вещи. Попытки сохранять красоту – это уже сразу связано со страхом её потерять. И совершенно другое – красота.
— Да, именно. Самое точное было бы сказать – страх потери красоты.
— Но теперь смотри, настолько это разные вещи: красота как качество и страх потери красоты. Причём ключевым является страх потери, а уже – чего, надо смотреть. И можете ставить, все что хотите: страх потери денег, страх потери работы, страх потери мужчины и страх потери красоты. Список может быть большим. Но ключевым является страх потери.
— Ну и в её случае конечно в итоге потери жизни вообще. Поэтому я проживаю страх потери именно физической красоты.
— Значит можно вытащить качество красоты, это будет одно, а можно вытащить качество потери красоты. Красота и страх – это очень разные вещи. Понимаешь? Ты все время говоришь о страхе потери, то есть о страхе. Не о красоте, заметь, а именно – о страхе. Поэтому я и привожу пример, что страх потери может быть чего угодно. Понимаешь?
— Тяжело, очень тяжело это улавливать.
— Вот смотри, человек смотрит на что-то красивое: закат, волны, море, пальму и проживает состояние этой красоты. Или человек смотрит на это и проживает страх. Вот почему ты говоришь, что трудно понять различения?
— Вы понимаете, я даже когда об этом говорю, у меня возникает очень сильное напряжение в мышцах, начинает тело подрагивать.
— Смотри, красота для тебя является просто спусковым крючком для активации страха потери. Понимаешь? Не красота сама по себе важна, красота важна как активация страха потери. Понимаешь разница какая? Вот если просто красота важна, то это совершенно иное состояние. Кажется, что ты говоришь о красоте, а на самом деле ты проживаешь страх. Ты все время усиливаешь интенсивность страха, а, значит, возбуждения. И это возбуждение воспроизводит само себя. Причём ты не отдаешь отчёт в этом.
— Не отдаю.
— Это и есть вовлеченность в программу: привычка увлеченности воспроизводится, но при этом человек проживает это так, как будто это он сам. Что нет никакой программы, что это он. Тем самым он ещё и путается. Якобы он о красоте говорит, а проживает возбуждение потери. То есть он вообще отчета в этом не отдает. То есть, никакого осознания нет.
Вот смотри, осознание почему у нас ключевое? Потому что, осознание – путь к разотождествлению. Вот это очень важный момент. То есть осознание не ради осознания, а для разотождествления. В конечном счёте, для разотождествления себя с программой. Это самый ключевой момент, понимаете? Потому что использование слова "Я", когда многократно все люди его используют: я хочу то, это мне нравится, это мне не нравится. Оно идёт из программы. «Я» и программа – есть одно и тоже. Там есть полное, стопроцентное отождествление.
В хозяйстве программы разотождествление с программой ну никак не укладывается вообще. Но в нашем Процессе это есть ключевое. Программы озабочены только тем, как управлять. Если я красивая, то буду красотой управлять, а если безобразная, то буду искать также способы, как я могу управлять, будучи безобразной. Она озабочена только вот этим – каким образом управлять другими. Я озабочен совершенно иным. Как разотождествиться со всем этим хозяйством.