Металась по комнате, не находив места. Получилось, что в момент поняла - пора. Но просто сбежать от него было бы не честно и подло, по ощущению к прошлому и всему связывающему когда-то. Он пришёл, мало понимая моё сегодняшнее настроение (старая привычка - угадывать меня по глазам/мимике/телодвижению). Я не хотела крепить боль с нашей съёмной квартирой, пусть в ней останется тепло, и предложила прогуляться. Город светил желто-оранжевым приглушённым светом, холодный воздух помогает подобрать слова. Вдох, выдох.
- Прости меня. Ты знаешь, я верю до последнего, сама тебя об этом всегда просила. Но барахтаться стоит тогда, когда есть, что сохранить. Нам уже спасать нечего. Мне страшно, с тобой уже всё так привычно, а там - неизвестность. Мы перестали дышать, многое стало в тягость. Не в ту, которая «работа» над отношениями или над своими тараканами во благо семейности. А в ту, что ни в какие рамки, только оставить...
Я попросила прощения у него, простила себя. Пока длился разговор внутри давило прессом, как осталась на улице одна - груз упал в пятки. Стало легко, хоть и тревожно. В таких ситуаций всегда на какую-то долю неуверен в правильности решения, многие факторы укоризненно грозят пальцем из-за угла. Качели не дают покоя: бежать вслед уходящему поезду или остаться тут, отпустив.
