Дорогому отцу Димитрию Смирнову сегодня исполнилось бы 70 лет. Вот такое вот сослагательное наклонение...
Он мог встать колом и умереть за правду. Вера и совесть для него были превыше политеса, реверансов и дежурных улыбок.
Когда гиены и шакалы сожрали мое физическое тело, батюшка Димитрий не бросил меня. Как-то взял и позвонил мне в деревню, на домашний телефон. Я аж опешил от неожиданности.
Это в то время, когда муфтишки и имамчики, и, даже мои вчерашние ученики, шарахались от меня аки черти от ладана (хорошее сравнение). Говорили очень долго. И его слова, улыбки через телефонный провод мне придали столько сил, что и не измерить аршином, не взвесить безменом.
Мне думается, что он не умел унывать, фальшивить и приспосабливаться. На том и стоял.
Безмерно рад, что отче Димитрий относил меня к своим верным друзьям. Помним тебя и любим!