Пришла на консультацию женщина, около 40 лет, назовем её Ириной. После первых 15 минут общения у меня возникает довольно странное ощущение. Обычно это время мы тратим на прояснение текущей жизненной ситуации и сбор информации о проблеме, над которой предстоит работать. Здесь формально происходит то же самое, но клиентка как бы транслирует, что у неё всё в общем-то хорошо и одновременно полный хаос в жизни. Уцепится, как говорится, не за что.
Далее выясняется, что реальная проблема всё-таки есть. Это любовница, с которой её муж проводить всё больше времени. Но рассказ и об этой проблеме сопровождается бессознательно тем же двойным посланием: проблема и есть и нет одновременно.
Вообще, с хроническими семейными проблемами (а любовный треугольник из этой области) лучше работать работать в формате долгосрочной терапии, так как у человека в таких ситуациях просто начисто отсутствуют модели благополучных отношений. Это значит, что на уровне нейросети совершенно нет «представлений» (нейронных связей) о том, как именно выглядит благополучие в семье и любви, а есть обратное. При таком раскладе психике просто негде развернуться и она вынуждена создавать отношения на основе заложенных в детстве неблагоприятных сценариев, так что в итоге человек всё равно приходит к одному и тому же результату с разными партнерами, оставаясь несчастным. Поэтому и работа нужна по устранению неблагополучных моделей и созданию и встраиванию благополучных.
Но в случае с Ириной запроса на подобные изменения не прозвучало, как вы, думаю, уже поняли. «У меня всё плохо и всё хорошо». Поскольку без намерения и ясно выраженного запроса клиента проводить психотерапевтическое вмешательство не имеет смысла, было решено в краткосрочном формате поработать с тем, что озвучено. А именно с этой самой проблемой, касающейся вторжения любовницы в семью Ирины.
Прежде, чем продолжать дальнейший рассказ, упомяну об одном открытии в области психологии. Психолог Лукас Деркс (и Берт Хеллингер, но несколько в ином аспекте) в 20 веке открыли такое явление как социальное панорама. Это субъективное психическое пространство (около 7-9 метров в диаметре), где в том или ином порядке закодированы и расположены объекты (проекции людей), с которым мы взаимодействуем в жизни. Так, например, по месту расположения проекции конкретного человека в социальной панораме можно понять специфику взаимоотношений с ним в реальности и его роль в нашей жизни. Как это работает?
Допустим, если мужчина (клиент) мне говорит, что в его жизни не появляется женщин в принципе, будто бы они его не замечают, то мы заглянем в его социальную панораму на предмет присутствия там проекций бывших партнеров. Там вполне может торчать образ (информационно-энергетическая структура определенной плотности) бывшей жены или подруги, например. Расставание было болезненным, остались какие-то накопленные обиды, претензии, привязанность, а может и желание вернуть бывшую. Всё это приводит к тому, что партнер (его образ, проекция) продолжает присутствовать в жизни данного человека. Физически человека уже нет рядом, а психическое взаимодействие определенной интенсивности с ним продолжается. Что это значит? То, что для потенциальной новой партнерши этот мужчина занят, посколько образ его женщины (хоть и бывшей) продолжает ему сопутствовать. Люди это бессознательно прекрасно чувствуют и обходят стороной. А наша работа с таким клиентом будет заключаться в устранении его бывшей женщины из личного пространства, чтобы там не маячили никакие соперницы.
Возвращаемся к ситуации Ирины. Мы начали с ней работу как раз с исследования её социальной панорамы. В ней мы обнаружили образ любовницы, причём занимал он достаточно значимую позицию: стоял в той части личного пространства, где пересекаются настоящее и будущее. Было видно, что в своей настоящей жизни Ирина уделяет много внимания мыслям о любовнице и, более того, она - любовница - как бы закрывает её будущее. То есть всё уперлось в персону любовницы. Я намекнул: не слишком ли много чести этой молодой девочке? Не знаю, был ли я услышан.
Получается так, что в структуру семьи Ирины плотно вписалась молодая женщина, так что сама семья уже не может без неё существовать. Так сказать любовница - необходимый элемент поддержания семейной системы. Ведь именно таким оказалось субъективное психическое пространство, которое создала и закрепила сама Ирина в своём сознании.
Самое интересное началось, когда я предложил Ирине убрать образ любовницы из личного пространства. Я мотивировал это следующим посылом: давайте всё-таки ваша семья будет самодостаточной без этой женщины. Ирина резко поменялась в лице, отвела глаза в сторону, как бы дав понять, что она об этом слушать не хочет и ей это моё предложение не нравиться совсем. Но всё-таки она согласилась, видимо, здравый смысл помог. Последующая психотехнология по устранению нежелательной проекции пошла тяжело: вновь стало видно, что работа идёт через «не хочу». Клиент делал всё возможное лишь бы избегать ответов на мои вопросы (что вам мешает убрать проекцию любовницы?). Будто требуется убрать из жизни что-то очень дорогое и ценное. Мне даже на время пришлось занять роль спасителя и «уговаривать» её избавиться от любовницы. Кое-как и только благодаря моей аргументации и определенной настойчивости мы доделали данную психотехнологию и чуть ли не на пинках выпроводили молодую любовницу из личного пространства Ирины.
Обычно в таких случаях клиент чувствует облегчение. Но здесь реакция оказалось обратной: явно недовольный вид и скрытый упрёк психотерапевту («мне это всё далось так тяжело, что теперь из-за нашей работы мне плохо»). На этом, собственно говоря, мы расстались, так как было очевидно, что клиент для конструктивного диалога закрыт и ушёл то ли в жертву, то ли в преследователя (треугольник Картпмана).
Я далее стал рассуждать обо всей этой картине. С одной стороны сознательное послание «до смерти надоели измены мужа и его любовница». С другой - явный бессознательный посыл «я не хочу расставаться с образом любовницы!». Слова и дела явно расходились. Как специалисту, мне стали интересны причины таких выгод. Поскольку Ирина в работу более не вернулась и вместе с ней мы этот вопрос не исследовали, то моя гипотеза такова.
Фигура любовницы была жизненно необходима клиенту, чтобы на измену списать накопившиеся семейные проблемы, которые годами принципиально не решались. Это очень удобно, ведь:
- виновата не я, не мы вместе с супругом, а он;
- семью развалила молодая красивая наглая девка, а так у нас всё хорошо, если бы не она;
- раз виноват муж, то он и понесет на себя груз психологической отвественности за семейное неблагополучие и возможный развод;
- я останусь жертвой обстоятельств, что не предполагает никакой ответственности и дальнейших усилий по перестройке своей жизни как таковой;
- и главная причина: всё это дёшево и бесплатно.
Лично мне, как человеку, в этой истории больше всего «сочувственно» этой молодой любовнице. Дура, которую втянули в чужую большую игру. Ведь она-то вряд ли поймёт, что конкретно и для чего происходило. И ещё, возможно, будет чувствовать себя конкурентоспособной женщиной (такого мужика соблазнила!). А на самом деле понесёт на себе груз чужих семейных проблем, то есть будет вынуждена опытно продублировать в своей жизни все эти неблагополучные сценарии. И вполне вероятно, за это бессознательно возненавидит всех мужиков вообще.
P.S. Позже узнал от Ирины (она в переписке задавала какие-то вопросы мне и поделилась происходящим в жизни), что наша кратковременная работа принесла свои тактические плоды и муж-таки перестал изменять и расстался с любовницей. Дальнейшая судьба этой семьи мне неизвестна.