Монголы – они братья наши, надо помогать. Тем более уран там нашли, а им этот уран!.. Главное – бараны. Ну, ещё конь монгольский размером с нашу овцу.
Интересные люди! Добрые, как чукчи, хитрые, как эвенки. Нас потом (когда туда поехали) предупреждали: в Улан-Баторе 70% населения сифилисом болеют и 100% хотят в СССР перебраться. А я ещё в Иркутском универе удивлялся: ни в чём тебе не откажут и на всё, что увидят, руками всплескивают. Но тогда, правда, обошлось.
Универ в Иркутске носит имя Сухэ-Батора – монгольского Ленина такого. Вот к нам в Иркутск монголы по разнарядке и приезжали: дружба! Наших не брали, а монголам – без экзаменов пожалуйста. Мы их не обижали, даже жалели: просто дети какие-то круглолицые – как чугунные сковородки. Я их девчонкам в основном на гитаре пел, а они думали, что я народный артист и поближе подсаживались. Да-а-а!
И вот когда (лет через пять) отправились мы в эту Монголию, повезли туда буровые вышки, подшкивные и прочее (что б на месте смонтировать) я всю эту свою иркутскую эпопею и вспомнил. Забавно. Оказывается, ничего просто так не происходит и меня к Монголии начали готовить заранее. Зачем? Даже интересно.
Юг Забайкалья (где Ходорковский сидел) и Монголия – близнецы-братья. Глядя на эти сопки, понимаешь: действительно эти татаро-монголы могут из своих тел гору соорудить, чтобы их хан на коне заехал и на Киев посмотрел – до того природа там человека ни во что не ставит и не замечает даже: пыль! А ещё Энгельс утверждал: «характер народа,-говорит,- зависит от географических условий его обитания». В Монголии я это, прям, прочувствовал!
Ну, приехали. Работа, как работа, а по вечерам заняться нечем: степь, две юрты да наш вагончик. Удавиться!
Но – распробовали тут на счастье монгольские лепёшки. Сказать «вкусные» - ничего не объяснить. То ли это так на кобыльем молоке получается, то ли специи какие, – но жрали мы их каждый вечер штук по сто. До того вкусно, что даже про тоску о родине забыли! И монголам радость, особенно – одной. Глаза! М-м-м!.. Серну видел? И годочков всего 14. Ну, - серна, говорю! Она и стряпала, видимо. Оттого – ещё вкуснее.
Однажды подходим к юрте за лепёшками. Дед трубку слюнявит и говорит: не готово ещё. Как так? А долго ещё? Нет, говорит, - совсем мало, однако. А нам посмотреть на серну за работой хочется. Заходим. Темно. Белеет что-то. Присмотрелись: старуха патлатая сидит, юбку задрала, и лепешки на ляжках своих раскатывает да на уголья в очаг кидает. Как мы оттуда ломанулись! Панночка монгольская! Гоголь русского человека везде достанет! Ужас!
Проблевались и на новое место переехали. Ставим вышку. Нам другие лепёшки уже другие монголы предлагают. Не едим. Никому не верим. Но бугор наш принёс как-то кумыс от деда из дальней юрты. Вкусный! Вот, медовуху алтайскую из облепихи пил? Алтын-кёль. Скажи, а? Но это – круче. Пристрастились. Неделю пьём, две.
Тут выпадает нам с Лёхой очередь к деду за кумысом идти. Пришли. Обрадовался дед и рукой машет: заходите. Зашли. Опять – темень. Где кумыс? Он же белый. А дед к чану подходит, рукав засучивает, погружает свой зелёный локоть в чан и отодвигает в сторону десятисантиметровый слой чёрных мух. Ударил нам в глаза свет белого, как алебастр, кумыса! Ломанулись мы из дедовой юрты на свежий монгольский воздух! Добежали до вагончика и за работу срочно принялись – так нам на родину захотелось: сил нет! А мы ведь, на сдельщине. Чего сидеть? Сработал – получи и уезжай.
Всё так и сделали.
Нет, не моя страна, Монголия оказалась!
Подписывайтесь на канал ДЕДА, ставьте ЛАЙКИ, оставляйте КОММЕНТАРИИ, делитесь с друзьями и близкими. Подписывайте даже врагов - пусть тоже помогают!
Читайте также на моём канале:
Истуканы в стиральной машине.
Возвращение.
Налогоплательщики, которых нет.
Консенсус.