Нашли мы для репортажа мужика, который в зоне особого режима (не строго даже, а особого) дорогую обувь тачает. Ручной работы. В полуботинках этих весь областной истеблишмент ходит, высоким гостям из столицы по размеру шьют. Чистая Италия. Сам он не сидит – просто производство там наладил. Сапожное дело требует мужской силы: колодку затянуть, например. А в его маленьком сибирском городке на свободе одни алкаши остались. Вот и заключил договор с соседней зоной: зекам-то пить не положено.
Позвонил я в пресс-службу областного УФСИН. Там девочка Таня с приятным голоском всё организовала. Пиарщики они и в тюрьме пиарщики. Приезжаем с фотографом в назначенный день к нашему предпринимателю-сапожнику. И дальше на его машине в зону двигаемся.По пути он нам экскурсию краеведческую проводит: «Вон там забор с колючкой видите? Это колония легонькая, общего режима, для первоходов. Вон дальше строгая – там уже народ посерьезнее… А вот и наша – я её “мой особнячок” называю».
Подходим к подъезду административного здания. Звоню Тане. Она выходит на проходную. В форме. Неловко как-то стало: по телефону я её «Таня-Таня», а Таня-то оказывается подполковник. Милая женщина, на вид лет 38, улыбается - прямо вся светился. «Очень рада встрече. И что состоялась именно здесь – это же моя родная колония. Выросла тут, отсюда в управление переводилась, - Таня ведет нас по коридору корпуса, попутно демонстрируя стенды с историей зоны с 1930-х, доску почета и стенгазету с фотографиями корпоратива сотрудников. – У нас здесь всегда сидели знаменитые люди. И сейчас сидят: главный из мякишевских душителей, серийный риелтор-отравитель и, наша главная достопримечательность, устезенский людоед».
Таня заводит нас в кабинет. А там вместе с офицерами нас ждет сюрприз: съемочная группа федерального телеканала. Хрупкая совсем юная девушка с длинными светлыми волосами и лысеющий коротко стриженный парень с камерой и штативом. «Они уже давно договорились о сюжете про людоеда, поэтому я вас к их визиту присоседила», - невинно сообщает подполковник Таня.
Прошли через шлюз с тремя бронированными дверями в зону. Территория как в пионерском лагере: фонтан со скамеечками рядом, спортивная площадка с турниками и раскрашенный желтыми греческими шлемами и амфорами корпус с вывесками «Гостиница Эллада», «кафе Зевс». «Мы трудовое законодательство соблюдаем – работающим предоставляем отпуск. Он его может провести не в отряде, а вот в этой гостинице. А если родственники приехали, то и с ними – за отдельную плату», - поясняет Таня. Навстречу строем маршируют зеки в черных комбинезонах. А мы идем прямо комиссия-комиссией: я с фотографом в центре, а справа и слева сотрудники в форме и штатском. Сам начальник колонии, его зам по производству, по режиму и прочие. Иду, вопросы задаю, в блокнотик записываю. Фотограф снимает картинку. Таня тоже вооружившись фотоаппаратом забегает вперед и снимает всю нашу делегацию со мной в центре. А телевизионщики плетутся рядом и шушукаются.
Прошли в мастерские на сапожный участок. В сегодняшней бригаде четверо. Каблуки точит пересыпающий поговорками лысый дедушка: в очечках, в синем рабочем халате, с карандашиком за ухом – этакий заводской мастер, вылитый школьный учитель труда. Колодки затягивает здоровенный бритый амбал с рожей, украсившей бы любую сводку происшествий. У них на подхвате тихий невысокий парень со светлыми волосами и потухшими голубыми глазами. Четвертый, добродушный интеллигентного вида пожилой брюнет на финишной обработке. На вид обычная рабочая бригада как на любом производстве. Все рецидивисты – судимость не первая. Сидят за разное. Страшный амбал - за наркотики, тихий парень – за нанесение тяжких телесных, а «учитель труда» мотает двадцатку за двойное убийство. Брюнет же до первой судимости был как раз настоящим школьным учителем, обвиненным в педофилии.
Наш бизнесмен рассказал, как всё это организовал, как две бригады зеков обучил. Заметил, что выбирал к себе тех, у кого сроки побольше: в отличие от обычного производства тут инвестиции в подготовку кадров, практически, безрисковые.
Свой материал мы отработали. Но уйти не могли – нужно было подождать телевизионщиков. «Пошли к ним, я людоеда сниму», - попросил фотограф. Нас вывели на улицу и проводили в то самое кафе. Как раз вовремя: людоеда только привели и посадили за стол перед камерой. Таня нам про него уже успела рассказать. Рос в глубинке, без отца, мать обижала, в школе били. В ПТУ доучиться не смог – был вынужден пойти работать. Вечные комплексы из-за роста: меньше 160 см. Лет в 20 начал убивать высоких мужчин и есть их сердца, придумав, что таким образом получит их силу и рост. Чтоб справиться с ними отработал всего лишь один неожиданный точный удар. Признан психически вменяемым.
Людоед сидит за пустым столом и затравленно переводит взор с настраивающего камеру оператора и ковыряющейся в смартфоне журналистки на выстроившихся сзади них сотрудников ФСИН. Чуть задерживает взгляд на моём почти двухметровом напарнике. Потом отворачивается к окну. Совсем молодой парень – еще тридцати нет.
«Вот мы вам передачу принесли, - начинает разговор девочка из телевизора, - Из вкусненького нам разрешили печенье. Всю Москву оббегали – специально постарались для вас». Людоед открывает кулек, а оттуда высыпаются печеньки в форме человечков!.. Людоед как ребенок ища поддержки вопросительно смотрит на Таню, а та просто растеряна... Потом было интервью, из которого я запомнил такой вопрос: «В детстве вашей любимой книжкой был “Мальчик с пальчик”?»…
Перед уходом мы пили чай с тортом в кабинете у начальника колонии. «Человек ко всему привыкает, - поделился он, - И к этой работе тоже. Свои плюсы есть. Скольких известных людей я за время службы в разных учреждениях ФСИН встретил, кто у меня только ни сидел! В обычной жизни я их разве что по телевизору видел бы, а так можно подойти пообщаться. Звезды, бизнесмены, даже губернаторы. Моя задача не чувства проявлять, а обеспечить соблюдение законодательства с точки зрения содержания осужденного. К нам в прошлом году скандального оппозиционера из Мордовии перевели – хороший отзыв об этой зоне написал. Отдохнул, говорит, здесь. Мне приятно».
Его рассказ прервался телефонным звонком. Начальник принял вызов, молча выслушал короткий доклад, положил трубку и выглянул в окно. Мы тоже выглянули: в ворота колонии въезжала машина Скорой помощи. «Какое-то ЧП?», - поинтересовался оператор.
«Как сказать, - начальник посмотрел на его напарницу, - людоед себе вены вскрыл»…
Сюжет по ТВ я так и не посмотрел. Зато буквально через два дня на сайте областного УФСИН увидел фото, где я с блокнотом возглавляю делегацию в колонии. В статье написанной Таней меня возвели в ранг главного редактора. Там сообщалось, что главный редактор, то есть, я, «испытал от увиденного неожиданное ощущение».
Благодарю Александра Петросяна за предоставленное для иллюстрации фото
Отблагодарить автора канала твердой монетой можно здесь: