Когда-нибудь мир вернётся к прежнему, и страна древностей продолжит зазывать русскоязычных селиться у моря. Скажу сразу, останавливайтесь где угодно, только не в Ашкелоне. Там, говоря языком насекомых, унылая жэ..... Хотя и очень дёшево. Тем более обидно, что Аскелон (Askelon) - древнейший порт Средиземноморья, известный ещё со времён финикийцев и царя Давида. Когда пройдёт очарование, удивит в этой стране всё. В первую очередь то, насколько она по менталитету и инфраструктуре застряла где-то в 80-х годах прошлого века. (видео-версию статьи смотрите здесь).
Израиль по размеру в два раза меньше Московской области, проехать его из конца в конец можно за полсуток. Антураж отпускного путешествия будет действительно волшебным - от Галилейских гор и Генисаретского озера до Красного моря с диковинными разноцветными рыбами. Но нас занесло сюда жить...
Это случилось каким-то попутным средиземноморским ветром, а спустя три года заштормило и выбросило обратно. В конце затянувшегося «курортного сезона» приходили в голову совсем экзотические способы вырваться из западни, на случай закрытой для нас границы - через Синайскую пустыню, например. (Подробности смотри в к.ф. «Паспорт», реж. Г.Данелия). Как сюда заманивают, чем это оборачивается в действительности и почему наглухо молчат те, кто уже попал - я и расскажу.
Картинки люблю красивые, поэтому не буду вызывать отвращение фотографиями убитого ЖК на морском пляже в Ашкелоне, из окна которого была навалена куча мусора высотою в 5 этажей. Обитатели дома почему-то выбрасывали мусор в окно внутреннего холла некогда роскошного здания 80-х годов. Мы в то время искали в Израиле квартиру и приехали посмотреть жильё, которое на фото сайтов аренды выглядело очень неплохо - с видом на море. Разумеется, на встречу с нами хозяин не приехал, он давно знал, что никто ничего у него не снимет, разве что несчастные беженцы из Украины. (Украинская речь на спортплощадке звучала вовсю).
Зазывает Израиль, как правило, молодежь с хорошим российским IT-образованием. Делает это грамотно, по всем законам пиара. Молодой человек откуда-нибудь из Красноярска и его родители очаровываются страной олив, финиковых пальм и апельсиновых садов. Не IT-шник? - Добро пожаловать в кибуц, фруктово-колхозный рай, где из упавших апельсинов разрешат даже на первых порах делать себе смузи.
Гражданство в Израиле дают в считанные минуты, едва ты спустился с трапа самолёта, при наличии неоспоримых родственных связей, разумеется. С момента получения документа «ТеудатЗеут» (паспорт) главным твоим гражданским правом и обязанностью перед новой родиной становится одно - платить.
С первых дней пребывания включается счётчик «Бетох Леуми» - аналог российского соц-медстрахования. Выплачивает это каждый гражданин, независимо от того, есть у тебя работа или её нет. Не знаешь языка? Уборщицы туалетов, сторожа чужих складов, сиделки для пенсов и детей требуются всегда, так что грязной работы для обладателей дипломов советских и российских вузов хватит с лихвой. Это марокканцам и прочим африканцам в Израиле везде дорога, они здесь трудятся инженерами и художниками, под особой опекой государства. А простые русско-украинские и прочие «евреи» - пожалуйте швабру, перфоратор или на химзавод. В лучшем случае, выщипывать брови и другую буйную растительность у местных брюнеток. (Дамы изволят принимать ритуальные ванны, поэтому мастера пинцета и лазерной эпиляции живут неплохо). Все сладкие места в этой маленькой стране заняты навечно и передаются почти по наследству.
Мы решили открыть кофейню. А за свободу надо платить втройне. В те романтические 2010-е годы это был многообещающий бизнес, «золотые горы» русскоговорящим интеллигентикам сулили те же выходцы из Израиля. Мы наслушались подобной ерунды в интернете, как я сейчас понимаю - это была спланированная кампания бизнес-проекта, который уже высосал весь рынок в Израиле и теперь заманивал простачков в России. Так и случилось. Позже мы увидели много подобных кофеен в Москве, напиток отличного качества по низкой цене - хорошо для клиентов. А вот «бизнесменам» верная смерть. Заработать кофейня может только на кофе, или на воде. Но этого как раз владельцы франшизы вам не позволят, идея их бизнеса - всё по фиксированной цене.
Обманули нас сразу же и на два года вперёд. К примеру, впарили кофемашину за баснословные 25 тысяч шекелей (умножайте на 20, чтобы оценить порядок цифр), хотя она полагалась бесплатно при покупке полтонны кофе, на которые нас тоже подписали.
Но и это мелочи по сравнению с теми суммами, которые предстояло выплатить за франшизу (на год вперёд), аренду помещения (вперёд + залог 10 тысяч долларов), покупку ненужного по большей части оборудования и евроремонт - ремонт по-еврейски. Наши «переговоры» с посредником владельцев сети проходили так: пройдоха Мони (мы его называли Моня) то и дело выходил молиться в палатку (как раз проходил праздник шалашей Суккот), и видимо очень просил своих богов помочь ему покруче надурить «богатых» и наивных русских. Мони ничего не понимал по-нашему, мы - ни бум-бум в иврите. Общались кое-как на ломаном английском. Наш партнёр-«переводчик» из местных родственников, как позже выяснилось, тупил ещё больше нашего, поскольку сразу соглашался на все условия, подписывал все документы, нам же говорил, что по-другому у них тут бизнес не делается.
Вдобавок ко всему, прочитать договор на иврите (разумеется, кабальный) не может никто, кроме профессиональных юристов. В современном письменном иврите нет гласных букв, так решили отцы-основатели этого государства, когда возрождали язык из мёртвых. В результате, любое чтение превращается в трактовку, и зависит от того, кто и сколько заплатит адвокату. Разумеется, представители этой древнейшей профессии живут здесь хорошо. Кстати, слово «кабала» с иврита переводится как квитанция (не путать с Каббалой, это другое). В нашем случае к юристам партнёр побежал уже после всего, что произошло и впервые понял, что на самом деле было написано в договоре.
Когда пришли первые счета за электричество и воду, мы не могли поверить, что израсходовали почти целый бассейн. Арендатор выставил счет за месяц на 70 кубов воды, вместо 7. Цифры на счетчике после запятой в умелых руках превратились в целые числа. По мелочам нас старались надуть на каждом шагу, начиная с сотовой связи, интернета до банковских и других всевозможных пластиковых карт. Не говоря уже о том, что отказаться от какой-то компании, чтобы перейти на услуги другой почти нереально, счета будут приходить долго.
Жители Израиля старшего поколения и их дети, уехавшие когда-то из СССР, местный язык толком так и не осилили. Говорят на своеобразном «суржике», если пишут по-русски, то с уморительными ошибками.
Как-то мне очень долго объясняли, что я должна пойти на улицу Ноябрит. Искала я долго, считая её малозначащим осенним переулком. А потом до меня дошло - это же самый центровой, имени загадочной и влиятельной нью-йоркской организации, бульвар Бней-Брит. К слову сказать, в каждом израильском городе есть своя «улица Ленина», у них она - Менахема Бегина, героя и террориста. Улица Бней-Брит («Сыны Завета») тоже встречается часто.
Спустя время мы поняли, почему из простых налогоплательщиков в этой стране выжимают всё до последнего шекеля. Потому что главные израильские Сыны Завета (десяток нью-йоркских богатеев) не платят в казну своего государства почти ничего. А когда население задаёт вопросы, налоговики оправдываются, мол, если с олигархов запросить больше - они закроют свои заводы и уйдут. Тогда государству Израиль точно конец, потому что работы в стране, как и еды, не будет никакой.
Изучить иврит не так сложно, как кажется. Через год я уже умела немного писать, читать и даже кое-как отвечала на израильские звонки по телефону. Однако современный иврит ещё мало разработан, и нам, русскоязычным, он кажется слишком примитивным: что вижу, то пою. Ма ниш ма? - Бесэдэр. (Как дела-в порядке). Никаких тебе образных выражений, ярких словечек. А действительно роскошная и богатая писателями культура языка идишь (восточных евреев ашкенази), столь близкая нам по одесскому говору, в Израиле запрещена категорически. Более того, Дина Рубина, например, не может здесь издавать свои книги, если она написала их по-русски, а потом перевела на иврит. Пиши только на иврите, тогда ты израильский писатель.
Уже через неделю после открытия кофейни выяснилось, что местные «изеры» никогда не придут к нам за чашечкой кофе, пока мы не повесим у себя в рамке особую бумажку с кашрутом - этакий «гост», но не про качество продукта, а про спонсирование религиозных общин. Пришлось нанимать штатного раввина за отдельную зарплату. Тот каждое утро совал свой нос во все продукты, проверяя клеймо, и выбрасывал в мусорное ведро всё, что по его меркам не подходило для паствы.
Спустя ещё неделю выяснилось, что наша бумажка с кашрутом - это «гост» для отдельно взятой иудейской общины города, а большинству посетителей нужен какой-то другой кашрут. При этом, их не волновало ни качество кофе, ни дивный вкус уга-гвина (творожных пирожных), ни санитарная безупречность нашего обслуживания (в отличие от соседских грязных забегаловок).
Так мы узнали, что каждый работающий в Израиле содержит, как минимум, несколько «датишных» граждан - это многодетные религиозные иудейские семьи. «Датишным» (от слова «датиш», религиозный) работать нельзя согласно Торе, можно только размножаться и молиться. Что кстати, не запрещает им получать свой гешефт путём сдачи в аренду квартир, полученных всеми правдами и неправдами.
Через год мы всё-таки сняли квартиру с видом на море и без голубей, потому что балкона, к великой радости, не было. Голуби - страшный бич Израиля, они размножаются в каждом углу трижды за год. Просыпаясь, я первым делом прыгала к окну. В памяти моего телефона все оттенки моря, однако сразу после переезда наступила зима.
Морской зимний ветер, сирокко, мистраль или как его там, с оглушительным воем не давал спать по ночам. Панорамные окна дико гудели, изо всех щелей хлестал ливень. Вдобавок, я узнала что тепла зимой в израильских квартирах взять негде. Отопления нет, горячей воды тоже. Она нагревается летом на крышах от солнышка, а зимой - электричеством. Хочешь согреться - врубай кондиционер.
Это только на фотографиях кажется, что в тёплых странах комфортно зимой. Но кондиционером в съёмных квартирах мы не пользовались, так как они грязные, времен Бен Гуриона. И самое главное - стоимость электричества зимой и летом возрастает в разы. После сезона приходит счёт в несколько тысяч долларов. А ведь ещё нужно как-то принимать душ в стылой ванной комнате, где никакого полотенцесушителя нет и в помине.
Летняя жизнь на берегу моря оказалась ещё более шумной. В прибрежной полосе много ресторанов, ночь напролёт они крутят оглушительно громкую музыку. Бороться с ними жалобами в миштару (полиция) бесполезно. Плюс ко всему, сверху над нами жила наркоманка, снизу девушка лёгкого поведения, справа - американец с большим старым псом. Янки, разумеется, экономил на кондиционере и открывал свою дверь настежь для сквозняка.
Долги росли, как на дрожжах. Местный наш «партнёр» по бизнесу быстро сдулся и бросил нас выплывать в одиночестве. Не светлое будущее маячило в виде преданных нашему напитку русскоязычных клиентов. Мужчины и женщины с грустными глазами, со всех концов некогда необъятной нашей родины СССР, рассказывали свои нехитрые истории за чашечкой «афух» (капуччино) - не дорогого для них, но «золотого» для нас.
Больше всего настораживали рассказы о том, как многие из них уже пробовали всё бросить, уезжали на прежнюю родину. Потом возвращались спустя несколько лет в Израиль, наивно полагая, что можно поваляться на пляже и домой - на Украину, в Болгарию, Казахстан, Грузию, Россию. Однако на пограничном контроле в аэропорту Бен Гурион зажигался красный свет. Добро пожаловать в рабство - отрабатывать пожизненные налоги. Даже если ты не пользовался многие годы ни израильской медициной, ни их съёмным жильём, и тебя вообще лет 15 тут не было. Сколько таких невыездных мы видели в отелях. Они убирают мусор за постояльцами и тщательно скрывают, что понимают по-русски. Рассказывать о своих злоключениях им нельзя, мало ли что. Могут и никогда больше из этой дивной страны не выпустить.
О том, чем всерьёз увлекались каждый шаббат, читайте здесь.
Авторский путеводитель по самым мистическим местам Галилеи здесь.