После рождения маленького – жили мы, то у тещи, то у матери. Сразу же предупредили – «не кладите ребенка между собой, к груди прикладывай только сидя, потом и сразу ложи в колыбель». Сколько не просыпался маленький ночью – я всегда кормила, меняла пеленки и сразу же клала обратно в постель. Так в один раз, сижу, кормлю ребенка. В комнате горит только ночник. Через некоторое время мне почудилась, будто возле противоположной стены появилось небольшое облачко в виде белого тумана, но оно через некоторое время исчезло. Утром рассказала об этом мужу, но он не поверил. Сказал, что, наверное, тебе привиделась, чья – то тень. Поэтому и сама решила, что это так и было.
Описанный выше случай стал забываться, но однажды ночью я от чего - то проснулась. Часы на стене показывали четыре часа утра. В это время мой малыш обычно просыпался во второй раз. Но он спокойно спал, а колыбелька тихо колебалась.
Вдруг мне стало почему – то так жутко, что сама не заметила как быстро взяла малыша на руки. Так же быстро положив маленького около мужа, прилегла между ними, приобняв ребенка.
Меня быстро сморил сон. В это время, то ли во сне, то ли наяву, кто – то тихо позвал меня по имени. Это был голос умершей четыре года назад двоюродной сестры. «Сестра, - отозвалась я, узнав голос, - у нас все хорошо», - сама не зная почему. «Мне все видно, ведомо, вот вчера сидела возле тети (моей матери), и слушала молитвы во время поминок», - сказал спокойный голос моей сестры, - «Я пришла забрать тебя». Мне почудилось, что меня подняло наверх, и белый туман повел за собой меня куда – то вдаль. Мы парили сквозь какой – то туман из света. Ощущалась такая легкость, такое блаженство. Чуть позже мы очутились среди такого чудесного света, и казалось, что сверху на меня струились теплые лучи света. «Теперь мы все здесь, моя хорошая», поведал мне голос, обладателя которого я не сама не видела, но ощущала. Немного погодя, послышались детские голоса – «Сестра пришла, сестра пришла!». «Это твои маленькие братья», - пояснил голос моей сестры. И точно, это были мои младшие братья, умершие давно, еще в младенчестве. Казалось, что они проходили рядом, прикасаясь до меня так мягко, особым теплом.
«Вам тут как, не тяжко?», - спросила я. «Нет, нам здесь очень хорошо», - ответили они, весело засмеявшись. Тут не росли ни яблони, ни хурма, не видно было и цветов, не пения птиц, не журчания ручьев. Но была такая мелодия, казалось, что она источается неведомым светом, ощущалось такое блаженство (даже не описать словами).
«Хочется увидеть отца», - спросила я. Тогда мне захотелось услышать голос отца, который покончил с собой, когда я была еще маленькой. «Нет, он не здесь», - послышался голос сестры, и меня понесло дальше. Летели далее, до полного мягкого света, по коридору. Мною овладело сильное желание, чтобы вот так летать вечно. Мы залетели в одно помещение, в которой чуть позже я признала свою комнату в родном доме. Я видела себя как бы сверху. С интересом наблюдала, как я в лежу в своей постели, нежно обняв своего малыша. Комната показалась такой темной и неуютной. В это время мне почудилось, будто меня что – то сильно толкнуло, и я от неожиданности вздрогнув, проснулась. Все тело показалось мне таким тяжелым, словно окаменевшим, а рука, которой я обнимала ребенка, была такой неподъемной, что еле ею пошевелила. Едва себя пересилив, я присела на край кровати. Возле стены напротив виднелось белое облачко, похожий на полупрозрачный туман. «Сестра», - позвала я, но туман внезапно исчез, словно растаяв.
После этого белая тень никогда не появлялась.