Настолько тошно тебе небыло ещё ни разу. Пару недель тебе приходилось переступать через нежелание что то делать, куда то идти. Эти две недели ты даже не заходил в твою любимую кофейню, хотя бы ради того, чтобы поздороваться со знакомыми бариста. Ты кое-как добирался до учёбы и домой, чтобы дома уже завалиться в постель и уснуть, но приходилось, по приходу домой, отзваниваться родным, чтобы они