Человек онтологически существо одинокое. Человек на планете появился как существо рефлексирующее (сосредоточивающееся на себе самом; П. Тейяр де Шарден). Мысль (сознание, рефлексия) разделила его со всем и вся. Есть «я» и есть страшный и огромный мир, противопоставленный мне. Это переживание, сначала явленное как переживание общности людей (племени, рода, семьи), однажды определило бытие всякого из представителей homo sapiens.
Человек не выбирал – мироздание само за него сделало выбор. Выбор подвижения человека к рефлексии. Человек стал смотреть на мир из себя. Его «я» стало для него его домом и его же пределом. Однажды отделившись от всего иного, психика человека более не смогла покинуть себя самое. Она стала пленником самой себя и в этом обрела одиночество.
Человеческое «я» (сознание, рефлексия) исторически бесконечно расширялось, полнилось новыми и новыми смыслами, обретало новые для себя сферы приложения, преобразовывало свою структуру и во всем этом искало своей равновеликости с мирозданием, искало и преодолевало всевозможные препятствия на пути своего продвижения к намеченной цели. Преодолевало и не могло преодолеть лишь одного – себя самой как погруженной в свое же бытие.
Одиночество объемлет человека как существо земное. Одиночество находит свое выражение прежде всего в когнитивной основе мышления и поведения человека как существа разумного. И мысль, и поведение человека суть реалии, выводимые из складывающегося в психике образа мира как проекции нашего «я», нашего ищущего утверждения в мире «я». «Я» не покидает человека ни в мышлении, ни в поведении (во всяком случае, в условиях, характерных для человека как существа вселенско-социального, а не биологического). Не покидает фатально . Человек и хочет уйти от самого себя, и тяжко ему порой с самим собою (ему тяжко бремя стояния вровень с мирозданием), но не во власти ему выйти из себя и вернуться в природу. Он всегда ей противопоставлен, он всегда в себе как существо рефлексирующее.
Одиночество объемлет человека.
Одиночество обусловило драматическую природу бытия человека (в сравнении с другими формами жизни на планете). Человек как противопоставленное всему мирозданию занял положение балансирующей на грани (эволюционной) смерти формы жизни на планете и во вселенной (все против него). Драма стала его нормой существования. Человек превратился в существо драматико-вдохновенное.
Одиночество обусловило человека со стороны онтологии стать и существом, стремящимся занять свое место в мироздании (оградить себя от враждебного себе, от того, во что уже никогда не вступишь как его часть).
Отделенное от всего вынуждено искать убежища себе. Вынуждено строить свой дом, свою крепость. И человек в веках и тысячелетиях строит свою крепость – свой мир, мир человеков. В веках человек творит и творит свою вселенную.
Одиночество (как онтологическая реалия) обусловило и необходимость разрешения для человека вопроса о его единстве или отвратной отдаленности от бытия – от мироздания. Одиночество, как это ни парадоксально, сблизило человека с бытием. В своем драматичном разделении с последним человек обрел новое более глубокое единство с ним – единство на основе свободного постижения своей общей основы со всем и вся.
Одиночество как колыбель «я»
Одиночество объемлет нашу психику, и оно же пестует ее и наше «я». Одиночество – колыбель всего лучшего, что есть в человеке. Исторически оно, и прежде всего, оно, возвело и возводит человека к себе самому.
Одиночество развило мышление человека, одиночество воспитало в нем его чувство (его эмоции), одиночество закалило его волю. Одиночество подвигло его задуматься о самом себе и своем воспитании. Одиночество поставило человека вровень с самим собою.
Мысль совершенствовалась в себе самой. Мысль есть (некое) вырвавшееся из объятий бытия, вырвавшееся и стремящееся сберечь свою отделенность от всего и вся (однажды рожденная мысль цеплялась за бытие, сражалась с препятствиями, встречавшимися ей на ее эволюционном пути, сражалась и побеждала).
Онтология мысли – ее резкое отделенность от иного – обусловила ее сосредоточение на себе самой. Обретение себя как одинокой (стиснутой в себе самой) обусловило обращение на себя самое. Что есть «я»? Как мое «я», которое меня отделяет от всего иного и от которого мне не уйти, взаимодействует с миром и со мною, и тем, что еще мне не внятно? Этими когнитивными интенциями исторически было охвачено наше «я». Этими интенциями и их реализациями человек и пестовал свое мышление. Через них он учился постигать и себя, и мироздание.
Одиночество воспитало чувства человека. Оно дало ему человеческое сердце.
Рефлексия (одиночество, в нашей стилистике) помогла человеку запечатлеть в себе самом горькие события в жизни человека и самые радостные (смерть себе подобных, смерть своих сородичей; рождение детей, спасение от бед, преодоление смерти и пр.). Запечатлеть и в этом задержать (во времени), продлить свои переживания (чувства). Полагаем, вслед за рядом антропологов (к примеру, Тейяра де Шардена), сама рефлексия родилась (открылась как присущее человеку) в результате запечатления (длящегося во времени) указанных переживаний в психике нескольких людей (общности людей, группы). Рефлексия (одиночество) и большое чувство (чувство развитое, высшее, альтруистическое) суть неразделимые реалии.
Одиночество (отделенность от иного) воспитывало у человека умение концентрироваться на некоем, сдерживать свои чувства, терпеть невзгоды и побеждать, побеждать, побеждать. Побеждать и себя, и внешнее. Рефлексия проводило непреодолимую преграду между человеком и внешним, и потому ему (человеку) приходилось полагаться на самого себя и в себе искать опоры для преодоления встречающихся ему (внешних и внутренних) препятствий.
Одиночество подарило человеку бездну размышлений о самом себе. Человек благодаря феномену одиночества и стал существом размышляющим о себе. Тысячелетия его истории на планете есть история не выживания его как вида, но есть история его размышлений о самом себе .
Кто мы, люди? Что нас делает людьми? Зачем мы отделены от иного? Что обрели мы, отделившись от иного? Как мы связаны со всем и вся? Что нас ждет? В чем наша ответственность пред собою и иным?.. Все эти и другие вопрошания суть выражение нашего историко-вселенского одиночества. Не будь бездны последнего – человек никогда бы себя не увидел и не обрел бы вселенской ответственности ни за себя, ни за все мироздание (в этом его боговдохновенная миссия).
Одиночество, несомненно, воспитывало человека. Одиночество, несомненно, колыбель лучшего в нем.
(отрывок из статьи П.А. Гагаева "Тема одиночества в педагогике". Полный текст опубликован в блоге автора)
Об авторе. Гагаев Павел Александрович, доктор педагогических наук, Почётный работник высшего образования РФ, стаж педагогической деятельности - более 40 лет.
Книги А.А. и П.А. Гагаевых в интернет-магазине "Лабиринт"
Сообщество издательства "А-проджект" ВКонтакте
Контент создан издательством «А-проджект». При использовании ссылка на первоисточник обязательна.
