В 45 лет я забеременела при устойчивом уже климаксе. Когда это поняли, аборт делать было уже поздно. Да, по честности, едва ли решились бы убить его. В начале было не по себе, дети уже взрослые, внук вот-вот родиться должен был. Но и дети неожиданно поддержали. Короче, все с радостью ждали рождения ребенка. Роды были преждевременными и тяжелыми. Сын родился едва живым и надежды, что выживет с каждым днем становилось все меньше. Мне разрешали ходить к нему в любое время. А по ночам, когда все затихало, я сидела рядом, рассказывала, как ждут его дома. Я старалась не плакать. С каждой минутой жизнь из него утекала. Я видела это. Я просунула руку в кювез, взяла его крохотную ручку. Малыш почувствовал. Ручка сжалась и тут же пальчики разжались. По его телу прошлась дрожь и он затих. Я поняла, что он умер. Я открыла кювез и прижалась лицом к застывшему тельцу. Не помню как оказалась в коридоре. Очнулась сидящей на корточках у стены. Удивительно, но слез не было. Я хотела заплакать, но