В кои-то веки дошли руки запилить совместный проект с Катериной . До графического романа еще далеко, но мы будем стараться. Если понравится задумка, история получит продолжение. Как всегда приветствуются лайки и прочие репосты.
Все совпадения с известными российскими и мировыми политическими и общественными деятелями являются случайными. =)
Цикл 37, день 465
Абсурдность моего положения была даже не в том, что моя борьба была по сути бессмысленна, а в том, что, хоть каждый вокруг понимал, что я был прав, никто не хотел меня поддерживать. У меня не было громких лозунгов, или штата пиарщиков, или мощной финансовой поддержки. Все, что было в моем распоряжении — старый баркас с еле живым дизелем, да несколько человек таких же, как я, фанатиков, считавших, что спасение мира в наших руках.
Каждые выходные на рассвете мы выходили в море в районе пляжа Ноэс Парадиз бухты Гелион 3. Здесь находился главный туристический центр планеты, сюда круглый год стекались усталые клерки, чтобы за пару недель накопить впечатлений на цикл вперед, набрать несколько килограммов, а заодно оставить после себя кучи мусора, весом больше, чем они сами.
Пока море было спокойно, мы выпускали трал, собирая пластик в прибрежной зоне, затем отправлялись к стационарным ловушкам, чтобы собрать «улов», набивавшийся в них во время отливов за семь дней здешней рабочей недели. Затем снова раскрывали сети и так оставляли до следующих выходных.
Собранный пластик мы прессовали на месте в брикеты. Необходимости в сортировке не было: химический состав тары был стандартным. Груз мы отвозили к заводу по переработке, с которым у нас была договоренность. Они всегда были рады бесплатному сырью. Их хозяин, чудаковатый идеалист, из тех, что верят не столько в деньги, сколько в идеи, любил нас и всячески поддерживал. Он, например, распорядился, чтобы рабочие ремонтировали нашу развалюху за счет компании. Но мы старались не злоупотреблять гостеприимством. Мне часто намекали, что, что он просто пиарится, думаю, отчасти так и было, но всякий раз, когда я видел на парковке его старенький электрокар, понимал, что приоритеты у этого человека другие.
Известность была неизбежным побочным эффектом нашей деятельности. В промышленных мирах, похожих на Лемнос-6, экологи априори были в центре внимания. Периодически у меня брали интервью, пару раз делали репортажи с мусорных рейдов. Друзья не раз говорили, что, если к моей активной позиции добавить немного амбиций, я мог бы сделать политическую карьеру: как та молодая особа, которая еще школьницей стала известным экоактивистом, а ныне руководит местной партией «Зеленых».
На подобные предложения я всегда задавал один и тот же вопрос: «Зачем?» «Как зачем? Чтобы изменить мир!» - обычно отвечали мне. Чаще всего я просто отшучивался, говоря, что карьера мусорщика мне больше по душе, потому что там меньше грязи. Все смеялись, не понимая, что я и правда не любил политиков. Отчасти потому, что они вспоминали про экологию лишь в двух случаях: накануне выборов и когда скрывать проблемы уже невозможно. Но в большей степени, потому, что меня слишком часто пытались втянуть в свои гейские игры разные политические силы.
Как-то летом, когда мы проверяли оснастку перед выходом в море, к пирсу подошел один из «синих жилетов».
- Ксенос, - вкрадчиво представился он, слегка приподняв черную шляпу-федору, элегантную и явно недешевую, как и весь остальной его гардероб.
Был канун выборов, и оппозиционная партия рассчитывала взять большинство в парламенте. Так что я понял, о чем пойдет разговор еще до того, как незнакомец открыл рот.
- Я бы хотел попросить Вас выступить во время нашего собрания на площади Хаббла -сказал он без обиняков. Меня даже порадовала столь необычная прямота.
- Не интересуюсь политикой, - по привычке ответил я.
- Но Вы ведь слышали о нас и нашей программе. Победа принесет благо всем, - бесстрастно продолжил он.
- Боюсь, что у нас разные представления об общем благе.
- Мы могли бы помочь друг другу. Новое судно вам явно не помешает, - произнес он всё тем же ровным тоном.
Я окинул взглядом старика «Ганди». Он и правда знавал лучшие дни.
- Не спорю, - произнес я, улыбнувшись краем рта, - но мне бы не хотелось, чтобы над ним развевался чужой флаг.
- Думаю, мы поняли друг друга, - не оборачиваясь, через плечо добавил я.
Незнакомец ушел, многозначительно хмыкнув. Было видно, что он не удовлетворен ответом. Я решил перед отплытием еще раз осмотреть двигатель. Не потому, что это было необходимо. Но меня успокаивала возня с машинами. Нельзя сказать, что я сильно нервничал, но у меня сложилось впечатление, что прошедший разговор не был окончен. Наш маленький экологический кружок был слишком заметной величиной, чтобы просто его игнорировать, а в свете чужой битвы за власть мы были неучтенной переменной, которую многие предпочли бы иметь в качестве союзников или, на худой конец, противников. А наш нейтралитет же ставил под сомнение политический курс обеих сторон.
Может быть, нам и стоило бы заключить сделку, но на собственных условиях. Пусть лучше Дьявол примет нашу веру, чем мы его. С этой наивной мыслями я вышел из машинного отделения и отдал приказ отчаливать. Предрассветный туман постепенно рассеивался. Нас ждала работа.
Продолжение следует…
Автор иллюстраций: Катя Кактус