Новый министр искренне заботился о своем народе и пользовался его безусловным авторитетом. Он, как и обещал, настроил кучу школ и детских домов, но главное, за что его все так единодушно полюбили, избавил людей от необходимости платить кучу налогов за электричество! Действительно, зачем тратиться если энергии одной маленькой феи хватит на то, чтобы осветить весь квартал, а то (новые научные эксперименты над этими существами подтверждают) и целый район.
Осталось только поймать этих бездельниц, мелких вредительниц и рассадить всех по фонарям. Получатся мини-солнышки по всему городу. «Какая находчивость!» «Ваша мысль поистине гениальна!» - голосили наперебой советники. И горожанам нравится, пишут ему десятки благодарственных писем в неделю. Польщенного Министра удивляло одно – как никто не додумался до этого до него. Неужели никому не было жалко, что столько дармовой энергии пропадает зря. Сияющие феи в фонариках стали символом их города. На последнем совещании было даже внесено предложение поместить это как эмблему на герб. А главное – затрат, затрат совсем не много, всего лишь на карамельную крошку! Больше фейри ничего не давали – есть риск, что накопит энергию, разобьет фонарь и сбежит. В неволе срок жизни среднестатистической фейри сократился со ста лет до трех, но волноваться об этом также глупо, как волноваться о судьбе куриц на птицефермах.
Сегодня ночью министр работал допоздна. Луна, заглянувшая в окно его кабинета, видела, как он все сидит, склонившись над бумагами, морщится. «Как бы покорректнее ввести эту формулировку?» - думал Министр еще раз вычитывая текст нового законопроекта об организации целых плантаций, а в дальнейшим и заводов подневольных фей. А то активисты, борющиеся за права фей, как их там, феезащитники та еще головная боль. «Утверждают мол, что не только люди имеют право на свободную жизнь, - от их потуг ему было смешно, но наученный опытом своих предшественников Министр осознавал, нельзя недооценивать любую аппозицию, - Хотят приравнять какую-то летающую шмакодявку к разумному существу!»
- Министр, - прервал его мысли голос советника. Тот теребил то пуговицу на пиджаке, нервничал. Еще бы не каждый же день приходиться перечить всеобще любимому и многоуважаемому Министру.
- Говори, - снисходительно разрешил тот.
- Вы уверены, что хотите ввести этот законопроект? Фейри они своевольны обидчивы и коварны. Люди всегда с опаской относились к маленькому народцу. Ставили им молочко и печенье, старались не ходить тропками, где они обитают.
Министр ухмыльнулся. Он помнил, как удалось поймать первую фейри. Ученым тогда попалась особенно мелкая и вредная. Она сидела в клетке кидая на пленителей злющие взгляды из-под золотистой челки, то и дело бросалась на серебряные прутья решетки, до крови обжигая крылья. До чего смешно было, когда фейри пыталась угрожать, скалила маленькие острые зубки (смелые стали, людишки? Забыли, как мы можем напускали мор на коров?! На что министр ответил, что ей не зачем беспокоиться ни у него, ни у большинства его подданых нет коров), потом принялась верещала пообещав, что не заткнется, пока ее не отпустят, и своим визгом сведет всех с ума. Министр пожал плечами и отправился в аптеку за берушами. Каких только фокусов она не выкидывала, но серебряная клетка сделала свое дело. Уже через месяц фейри не представляла никакой опасности. Большую часть времени она спала, а когда просыпалась, все пыталась привести в порядок израненные крылья (и зачем они ей теперь?). Нет уж Министра детскими страшилками не запугать! После того, чего он добился, меньше всего хотелось отступить!
***
Ночью на город опустился серебристый туман морока. Люди лежали погруженные в приятную магическую дремоту, а маленькие существа нашептывали им гипнотические слова. Наутро никто не помнил о существовании фейри, кроме детей и одного пациента психиатрической лечебницы, утверждавшего, что он является министром. В психбольницах много таких. Этот оказался буйным.
- Пустите, пустите, это все фейри, заговор фей, - кричал пациент с пеной у рта, - Такие крылатые, маленькие…
- Фей не существует, дорогой мой, - лечащий врач говорила с ним ласково и нежно, как обычно разговаривают с умственно отсталыми детьми.
- Это феи, это все козни фей, - не успокаивался тот. «Бредовое расстройство психики, шизофрения. Тяжелый случай – пометила врач в карточке, - Больной уверен в том, что все состоят в заговоре против него.»
- Подождите, это все феи, происки фей, - продолжал надрываться министр. Они повсюду!
- Вот в этом ты прав, дорогой, - пробормотала лечащий врач, выйдя из кабинета, но так, чтобы ее никто не услышал. Если присмотреться, можно было увидеть, как в солнечном свете блеснула пара полупрозрачных крыльев.
