Ближе к 9 теплого апрельского вечера. Сидя с ней за чашкой кофе зачастую забываешь про такие вещи как обычные человеческие потребности и сон. Она возьмет легонько чашку и сделав пару глотков спокойно улыбнется. Эта аккуратность во всем, тишина и мягкость её характера. Этот голос успокаивал, будто он-самое родное, что у меня есть. Пушистые, но всё же аккуратно уложенные волосы, полукруглое, нежное
Ближе к 9 теплого апрельского вечера. Сидя с ней за чашкой кофе зачастую забываешь про такие вещи как обычные человеческие потребности и сон. Она возьмет легонько чашку и сделав пару глотков спокойно улыбнется. Эта аккуратность во всем, тишина и мягкость её характера. Этот голос успокаивал, будто он-самое родное, что у меня есть. Пушистые, но всё же аккуратно уложенные волосы, полукруглое, нежное личико и шея, чьи изгибы плавно переходили в не менее эстетичные от полумрачного освещения ключицы.
Хотелось вечно сидеть и просто говорить с ней, ни о чем. От её мягкого голоса меня будет клонить в сон. Она увидя это и допив свой кофе мило улыбнется с тихой ухмылкой. И, пожалуй, я бы всё отдал лишь ради того, чтобы снова и снова наблюдать за нею.