Так случилось, что мои предки в период коллективизации, как и множество других граждан нашей страны, оказались спецпереселенцами с поражением в правах и собственности. В любой момент их статус мог быть изменен на «враг народа». И тем удивительнее история, записанная моим дедушкой (ниже текст будет его) об отстаивании своих прав, только-только пережив репрессии. Она о том, что выход часто всего там, где дверь. «В конце 1939 года или в начале 1940 года, зимой, нашу семью постигло несчастье, и оно постигло нас неожиданно. Мой брат Петр учился в Тобольском училище. Обуви не было, а в Тобольске была артель, которая делала (катала) валенки. Нами была послана одна или две посылки Петру, в которых была шерсть для изготовления двух пар валенок. Одну пару – Петру, вторую – моим братьям Василию или Михаилу. Такой заказ был выполнен. Но, по ложному доносу в НКВД, как помнится мне, почтальоном поселка брату Василию приписали, что он шерсть послал в Тобольск для продажи. В те годы суд был скоротечн