Найти в Дзене
INTELLIGENCE CONSULTING

Как при Сталине справедливости искали

Так случилось, что мои предки в период коллективизации, как и множество других граждан нашей страны, оказались спецпереселенцами с поражением в правах и собственности. В любой момент их статус мог быть изменен на «враг народа». И тем удивительнее история, записанная моим дедушкой (ниже текст будет его) об отстаивании своих прав, только-только пережив репрессии. Она о том, что выход часто всего там, где дверь. «В конце 1939 года или в начале 1940 года, зимой, нашу семью постигло несчастье, и оно постигло нас неожиданно. Мой брат Петр учился в Тобольском училище. Обуви не было, а в Тобольске была артель, которая делала (катала) валенки. Нами была послана одна или две посылки Петру, в которых была шерсть для изготовления двух пар валенок. Одну пару – Петру, вторую – моим братьям Василию или Михаилу. Такой заказ был выполнен. Но, по ложному доносу в НКВД, как помнится мне, почтальоном поселка брату Василию приписали, что он шерсть послал в Тобольск для продажи. В те годы суд был скоротечн

Так случилось, что мои предки в период коллективизации, как и множество других граждан нашей страны, оказались спецпереселенцами с поражением в правах и собственности. В любой момент их статус мог быть изменен на «враг народа».

И тем удивительнее история, записанная моим дедушкой (ниже текст будет его) об отстаивании своих прав, только-только пережив репрессии. Она о том, что выход часто всего там, где дверь.

«В конце 1939 года или в начале 1940 года, зимой, нашу семью постигло несчастье, и оно постигло нас неожиданно. Мой брат Петр учился в Тобольском училище. Обуви не было, а в Тобольске была артель, которая делала (катала) валенки. Нами была послана одна или две посылки Петру, в которых была шерсть для изготовления двух пар валенок. Одну пару – Петру, вторую – моим братьям Василию или Михаилу. Такой заказ был выполнен. Но, по ложному доносу в НКВД, как помнится мне, почтальоном поселка брату Василию приписали, что он шерсть послал в Тобольск для продажи.

В те годы суд был скоротечный и суровый, без особых разбирательств. Василия осудили на 5 лет заключения.

Конечно, он подал кассационную жалобу в окружной суд. Сначала он, до отправки в место отбывания заключения, проработал на лесозаготовках несколько месяцев. С лесозаготовок его отправили в Остяко-Вогульск (ныне Ханты-Мансийск). По прибытии он попросил одну порядочную телефонистку (она, конечно, рисковала за последствия) отправить телеграмму в Москву председателю по делам колхозов Андрееву Андрею Андреевичу с просьбой о правильности вынесенного решения суда по его делу.

Решение суда было пересмотрено и отменено, и вскоре Василий вернулся домой.

А сколько за это время было пережито горя моими родителями, Василием, его женой Ольгой Александровной, детьми и нами, братьями. Это было и оскорбление, и унижение, и горе семье».

И вот человек уже несправедливо осужден, еще и из спецпереселенцев, но все равно не сдается и борется, и поэтому побеждает. И проживет потом долгую и счастливую жизнь.

Вывод.

Отстаивая свои права, тем более право на свободу и справедливое рассмотрение дела, никогда не сдавайтесь. Справедливости точно не будет там, где за нее не борются. Ну, вы же помните притчу про лягушек – будьте той, что взбила сливки. Авось тут не работает.