Знакомое многим утверждение «у меня Бог в душе» — всего лишь повседневное оправдание обыкновенной лени. Только не той, которая происходит от принципа «и так сойдет!», а иной — нежелания уйти от ублажения собственного тела.
Для того, чтобы внешне выглядеть «эффектно», чтобы пахло Диором, ненавязчиво сверкали украшения, а в складках одежды обязательно проглядывали лейблы ведущих фирм, лень обычно отсутствует. Все будет сделано для очередного «ах!» подружки или «изящно!» сослуживца. Хватает сил, находятся средства, и в сутках не надобно добавлять лишнего часа.
Но как только священник посоветует купить молитвослов и неукоснительно ежедневно молиться, да и в храм иногда заходить, то тут же выясняется, что нет ни времени, ни средств, и здоровья не хватает. Интеллигентно-толстовская привычка говорить о том, что Бог у меня в душе, что нам, цивилизованным людям, посредники в лице священника не нужны, развращает не только душу, но и тело. Да и не может быть иначе! Ведь молитва усилий требует, и немалых. В народе по этому поводу есть хорошее утверждение, с которым трудно не согласиться. Вот оно: — Существует три самых тяжелых в жизни дела. Первое — долги отдавать. Второе — за престарелыми родителями ухаживать. Третье же — Богу молиться.
Сама лень, как таковая, есть проявление вялости и бездействия. С ней бороться проще. От нее советами и примерами избавиться можно. Например, мудрый Соломон советует брать пример с трудолюбивого муравья:
Пойди к муравью, ленивец, посмотри на действия его, и будь мудрым. Нет у него ни начальника, ни приставника, ни повелителя; но он заготовляет летом хлеб свой, собирает во время жатвы пищу свою. Доколе ты, ленивец, будешь спать? Когда ты встанешь от сна твоего? (Прит. 6:6–9).
От лени и хорошее вразумление помогает, когда наглядно объяснишь, что ты обуза и ненужность для окружающих. Неплохо лень излечивается, когда внушишь ленивцу, что он просто глуп и скудоумен:
Проходил я мимо поля человека ленивого и мимо виноградника человека скудоумного: и вот, все это заросло терном, поверхность его покрылась крапивою, и каменная ограда его обрушилась. И посмотрел я, и обратил сердце мое, и посмотрел и получил урок (Прит. 24:30–32).
Хуже тогда, когда лень пороком становится. Она, как и пьянство, часто — симптом более тяжелого уже духовного заболевания, которое перед лицом других всеми правдами и неправдами пытаются скрыть или оправдать. Скрывать долго не получится, нет ничего тайного, что не станет явным, говорит Писание, а оправдание лишь к распространению греха произведет и другие, отнюдь не Божьего происхождения, поступки предопределит. Все неурядицы дней нынешних, все те негативные моменты, которые сегодня нас преследуют в жизни личной и общественной, и есть следствия попыток оправдания духовной лени.
В конце концов, лень приводит к страшному желанию: избавиться от необходимости думать, принимать решения и нести за них ответственность.