Я шёл весь день и остаток вечера. На ночь остановился в развалинах какого-то строения.
Недавно разведённый костёр грел ноги. Мокрые и грязные ботинки стояли рядом и высыхали. Я взял из рюкзака банку тушёнки. Взяв в другую руку нож или скорее кусок заострённого метала обмотанный старой тряпкой бывшей когда-то давно бинтом. Сделал дырочку в банке и аккуратно положил её в огонь. Хоть способ подогрева и был примитивен, он работал долгие годы!
Итак, дорогой читатель пришло время рассказать тебе почему я сижу у костра в развалинах, а не в уютной квартире и ем тушёнку, а не какой ни будь деликатес. Причина проста. Война. Война, случившаяся 26 лет назад, но повлёкшая за собой необратимые последствия.
Мне было 14 когда стали рваться бомбы и погибать люди. Я тогда был в 8 классе. Ходил в замечательную музыкальную школу, это было старое здание, когда-то давно принадлежавшее купцу в веке так 18. Хотя кто их считает сейчас века. Сейчас остались только день и ночь. Я и моя старая скрипка, этот изящный инструмент через пару лет после «конца» стал ненужным, лишь малое количество людей сохранило стремление к высокому. А что я умел кроме игры на скрипке? Ничего. Четырнадцатилетний мальчишка, не чего не умеющий был обречён на голодную смерть. Но мне помогли. Общинники, подобрали меня исхудавшего, откормили и сделали своим работником.
Люди, подобравшие меня, были строгими, но честными-я работал, а меня за это кормили. Они подобрали меня не из жалости, а из–за того что им нужны были работоспособные руки. Их община только создавалась именно поэтому они были такими жёсткими – у них не было времени на жалости и уступки так, как если бы они были жалостливы они бы давно погибли от голода. В результате этой жизни по обязательствам я сорвался и собрав вещи я убежал, но перед побегом украл у них самое ценное – еду. Я сделал это что бы в голову не забредала мысль о возвращении так, как если б я вернулся меня бы без промедления, наказали, скорее всего смертельно.
Позже я бегал от одной общины к другой и мне ни где не получалось ужиться в течении 9-ти лет. Но потом всё же я нашёл подходящую и с трудом, и всё-таки осел там.
На этот раз не было никаких обязательств тут у каждого была своя роль. Общиной являлась территория села довоенного времени, окружённая частоколом. Сначала я был музыкантом у здешнего старейшины, ну как старейшины, ему было в районе 50-ти лет, но он помнил довоенное время и ему нравилась моя музыка. Но потом он заболел и умер. На его место пришёл другой, без тяги к высокому. И передо мной встал выбор, или я ухожу или я переучиваюсь. Я выбрал второй вариант так , как я не хотел покидать столь приятное место. И я стал охотником.
Итак, сейчас я принадлежу к этой общине, мы обычно охотимся вместе, но иногда я ухожу один и надолго. Для некоторых это выглядит как разведывательная операция, но на самом деле каждый мой уход является последствием ссоры с новым старейшиной.
Тушёнка нагрелась, и я принялся её есть. Я жадно ел куски мяса практически не жуя. На этом сказался тяжёлый двенадцатичасовой переход длинной в 36 километров. Пища придала сил, но не настолько много что бы можно было отбить сон. Засматриваясь в огоньки огня, я провалился в полудрёму и вскоре заснул.