Продолжаем размышлять о непереводимых словах и понятиях в языке. На этот раз помогут нам Чехов и братья Стругацкие.
В «Хромой судьбе» Стругацких писатель Феликс Сорокин получает письмо от своего японского переводчика с просьбою выяснить перед ним значение некоторых русских фразеологизмов. Это описано не без юмора:
«Сначала недоумения Рю Таками позабавили меня, но не прошло и нескольких минут, как я понял, что ничего особенно забавного мне не предстоит. – А предстоит мне объяснять, да ещё в письменном виде, да ещё японцу, что означают такие, например, выражения: "хватить шилом патоки", "цвести как майская роза", "иметь попсовый вид", "полные штаны удовольствия", "тяпнуть по маленькой" и "залить зенки"... Но всё это было ещё полбеды, и не так уж, в конце концов, трудно было объяснить японцу, что "банан" на жаргоне школьников означает "двойку как отметку, в скобках, оценку", а "забойный» означает всего-навсего "сногсшибательный" в смысле "великолепный"».
А вот трудность, связанная с переводом говорящих фамилий, в частности у Чехова.
Обилие в чеховской прозе пословиц, поговорок, идиоматических выражений, неологизмов (окказионализмов) – всё это неизбежные, а зачастую и непреодолимые "трудности". Что делать переводчику с "говорящими" фамилиями? Например, фамилию Червяков в «Смерти чиновника» – следует ли переводить через Kreepikov, т.е. от глагола to creep – "ползать", "виться", "пресмыкаться"? Или лучше обойтись простою аллитерацией Tchervyakov? Вспомним, этот герой – пресмыкающийся перед высоким чином, и умрёт он от осознания своей ничтожности.
А как передать по-английски русскую форму вежливого обращения на "Вы" по имени-отчеству? Писать Mr.? Или, может быть, Mrs? Но это получится уже явное уклонение от живой действительности русской речи...
Что ж, иностранцы тоже с трудом справляются с переводом собственных понятий. Перевести можно, но будет многословно или неточно.
Приведём примеры
Litost («литост», чешский) – означает мучение, которое испытывает человек, осознавший собственную бесполезность.
Clinomania («клайномэниа», английский) – это непреодолимое желание оставаться в постели. А слово clinomaniac («клайномэниак») обозначает человека, который никак не может расстаться с кроватью и стремится проводить в ней все время.
Torschlusspanik («торшлюспаник», немецкий) – буквальный перевод звучит как «паника из-за закрытия ворот». Так называется чувство беспокойства, которое испытывает человек, понявший, что тратит время на пустое, а жизнь уходит.
Что-то сегодня я испытываю торшлюспаник, потому что вчера весь день предавалась клайномэниа; всё это из-за осознания моей литост!))
