Впервые я побывала в так называемом культурном хабе ОК16, где арт-директором работала Мария Колесникова, в сентябре 2019 года. Прямо скажем, место показалось каким-то мутным. Было немного стремно от странноватой и развязной, но модно одетой публики. Запомнилась пьяненькая (а, может, обкуренная?) девушка-хипстер за соседним столиком на террасе, которая смеялась без остановки и при этом хрюкала. Само пространство — довольно обшарпанное помещение с запахом сырости и вереницей переходов. Настоящий рай для опытного закладчика. Оставить пакет с мефедроном в каком-нибудь закутке — раз плюнуть. Я смотрела на все это и думала: в бывших цехах завода МЗОР когда-то производили промышленные станки, а теперь на арендных площадях функционирует культурное пространство с бухающей молодежью. Продавать водку в баре оказалось выгоднее, чем клепать станки с ЧПУ — какая ирония!
В свое время три цеха станкостроительного завода выкупил «Белгазпромбанк». И затем экономический аналитик Виктор Бабарико организовал на Октябрьской улице хаб (узел) ОК16. Он создал из него эталонный пример ревитализации. Вращаясь в богемной тусовке, Виктор покупал за бесценок картины белорусских художников и затем продавал их в Германию. Если вы не знали, то в Европе очень ценится классическая художественная школа и даже просыпается интерес к соцреализму. У банкира получилась неплохая подработка. А в Минск он привозил полотна современного искусства от актуальных берлинских авторов и выставлял в ОК16. Вообще, Виктор регулярно посещал известные галереи частных владельцев в Минске и что-то у них покупал. Банкир предпочитал инвестировать деньги не в станки, модернизацию и производственные площади, а в предметы роскоши, особняки в Минской области и недвижимость класса люкс на зарубежных курортах.
В Беларуси было и есть немало произведений искусства, которые можно смело назвать достоянием всего человечества. А Виктору Бабарико удалось собрать небольшую, но выдающуюся коллекцию: Марк Шагал, Хаим Сутин, Лев Бакст, Осип Цадкин и др. Кое-что даже привезено в Беларусь из Франции. Все эти полотна он скромно назвал «корпоративной коллекцией Белгазпромбанка», поскольку покупалось все за счет банка. Наверное, чтобы никто не заподозрил, что собрание произведений принадлежит лично ему. Неизбалованный белорусский обыватель привык, что искусство должно принадлежать народу, и его незачем было раздражать.
Но вернемся к OK16, где тусовалась субкультурная молодежь в районе 18 лет. Среди тем выставок и спектаклей — «код нации», «белорусскость», «солидарные чтения» и т.д. В головы публики четко закладывались определенные смыслы. И дело здесь не в том, что «российский» банк почему-то вдруг решил культурно поддержать белорусских националистов. Скорее, проблема была в отдельных руководителях на местах.
Хаб просуществовал около двух с половиной лет. Сначала сюда пришел с предписанием МЧС, а весной заведение накрыл коронавирус. Культурная жизнь стала не так интересна публике, и часть спектаклей перешли в онлайн. А команда ОК16, отсеченная ковидом от искусства, вдруг стала волонтером штаба Виктора Бабарико, который принял решение баллотироваться на президентский пост. В штабе — все известные люди. В том числе Мария Колесникова, по совместительству — последний арт-директор ОК16.
В июле Центризбирком отказал главному фигуранту нашумевшего дела, бывшему председателю правления «Белгазпромбанка» Виктору Бабарико в регистрации в качестве кандидата на пост главы государства в связи с несоответствием декларации о доходах, которую тот подал в ЦИК. Среди всего прочего он умолчал о масштабной резиденции в деревне Мочаны Логойского района, которая была зарегистрирована на сына. Не отражена и собственная коллекция картин — 40 полотен (в основном художников Парижской школы). Среди них работы Кикоина, Любича, Бакста, Царфина, Кременя, есть и произведения Марка Шагала. А еще дома хранилась коллекция дорогих часов, золотых слитков и пр. Картины корпоративной коллекции из галереи «Арт-Беларусь» также приобщили к уголовному делу.
Финансовая милиция пришла в «Белгазпромбанк» с обысками 11 июня 2020 года.
Сейчас экс-главе правления банка Виктору Бабарико и шестерым его заместителям предъявлены обвинения в получении взяток и отмывании денег. Не будем подробно останавливаться на том, как строилась преступная серая схема. По данным Генпрокуратуры, топ-менеджеры «Белгазпромбанка» получали взятки от ряда корпоративных клиентов с начала 2004 года до середины июня 2020-го (общая сумма составила почти 30,5 млн). В деле Виктора Бабарико Генпрокуратура озвучивает и такую информацию: «В период с 10 ноября по 27 декабря 2018 года для придания правомерности владения, пользования и распоряжения деньгами, заведомо полученными преступным путем, совершил финансовые операции по приобретению расположенных в Минске двух капитальных строений на сумму свыше 1 млн и другого имущества». Все участники громкого экономического преступления, за исключением Бабарико, согласились с обвинением и не требовали дополнительного расследования.
На днях над Виктором Бабарико начался судебный процесс . Ему предъявлены обвинения в экономических преступлениях по статье 430 ч. 3 УК (за выдачу кредитов и откаты) как принятие должностным лицом для себя материальных ценностей в особо крупном размере в составе организованной группы и статье 235 ч. 2 (легализация средств, полученных преступным путем). Но, при освещении процесса в СМИ, оппозиция не упоминает немаловажный факт: основная масса информации по Бабарико была собрана не белорусскими органами и спецслужбами, а представлена Интерполом. Похоже, американцы в какой-то момент усомнились в Бабарико: вдруг, он на самом деле какой-то хитрый «российский проект»? И решили его таким образом убрать с дистанции. Виктора «слили», представив подробные схемы из Латвии по отмыванию денежных средств. Банк ABLV, с которым связано дело Бабарико, скажем так, хорошо известен в узких кругах именно как «отмывочная контора». Это подтвердит вам любой специалист, работавший с Латвией.
Материалы дела Виктора Бабарико составляют более 120 томов, обвинение написано на 340 листах.
Поэтому очень забавно читать в прессе, как Виктора называют популярным политиком с большим будущим. Те, кто так считает, вероятно не до конца осознают, за что именно этот человек попал под следствие. Более того, в действиях американцев сейчас прослеживается логическая цепочка. Как только Виктор Бабарико был заключен под стражу, ему на смену, как чертик из табакерки, выскочили «три грации»: Колесникова, Цепкало, Тихановская. Возможно, этому поспособствовал какой-то внутренний конфликт. Как утверждают белорусские политологи, вариант с досрочным выходом Бабарико из кампании по той или иной причине мог быть просчитан заранее. И я допускаю, что Виктор Дмитриевич это потом осознал. Мы помним, что он достаточно быстро отказался от адвокатской команды, с которой начинал избирательную кампанию. Возможно, он воспринимает их как предателей.
О реальных мотивах самого Виктора мы можем только догадываться. К примеру, еще в начале июня 2020 года он вдруг заявил в СМИ, что Лукашенко ждет вариант Чаушеску, что на тот момент было далеко не очевидно. То есть он мог иметь некую косвенную информацию о подготовке беспорядков и силовом захвате власти 9–11 августа. Поэтому он выглядит разве что чуть лучше того же Тихановского, который грязно и агрессивно выполнял задачу по дестабилизации ситуации. Но ирония в том, что те, кто сегодня возмущается по поводу «жесточайших политических репрессий» в отношении Бабарико, могут смело предъявлять свои претензии американским налоговым структурам. Скажите им ваше большое, «невероятное» спасибо!
Факт:
В Уголовном кодексе Беларуси получение взятки наказывается лишением свободы на срок от 5 до 15 лет, а легализация преступных доходов — от 4 до 7 лет.
Правда:
Следствие утверждает: банкиры «Белгазпробанка» обложили данью предпринимателей, бизнес которых напрямую зависел от кредитных ресурсов банка.
Автор статьи: Диана Шибковская
Автор фото: архив БЕЛТА, карикатура Антона Островского