Мужичок этот с виду тихонький, всегда хихикает, всё частушками, да прибаутками разговаривает.
Забредут к нему наши деревенские: что по грибы, ягоды ходили, он им давай заливать, да заговаривать: я в избу вас не пущу, но чаем с медом угощу.
Усадит их возле мельницы, на пеньки, начнет угощать своими наливками, да опять приговаривать:
Посмотрите, как водичка журчит
Как колёсико раскручивается
Пейте, пейте милые;
Набирайтесь силою
Вам работать, надо много,
Для веселья время нет
Отдыхайте здесь немного
Мельник свой вам даст совет.
Бегает суетиться, бормочет в свою бороду, ведро схватит, воду зачерпнёт, на колесо поливает, чтоб быстрее крутилось.
Жернова крутятся
Колесо вращается
Жизнь - судьба тяжелая
Ваша доля горькая
Чаю с мёдом выпьете, веселей покажется
С мельником на празднике
Грусть – тоска развеется.
- Да развеял он нам тоску, - тетя Лиза, вспоминая, тяжело вздохнула.
Всё чаще стали похаживать наши деревенские к нему: мужики и бабы. Так, этот мельник грусть – тоску развеял, что они про работу и про сенокос забыли. Крестьянину, как говорится: летний день - год кормит.
С начала лета, по ту сторону озера только и слышно; визжат, хохочут, нагишом купаются, срам. Молодые парни, девушки, мужики, бабы, ночи напролёт, воют. Ведь не только на себя пахать, но и оброк отдавать надо. Приказчик приезжает, а отдавать нечего. Он к старосте, давай его ругать: чего, дескать, мужики пьянствуют!
Староста Лука Лукич, уважаемый был, хозяин, справедливо деревней руководил.
Сам работал и других заставлял, народ уважал его и боялся. Высокий, широкоплечий, глаза добрые, зря никого не обидит. С мужиками не спорил, но доходчиво объяснял, они слушались, до поры до времени.
Лука Лукич и приказчикам говорил: так, и так, не урожай мол. Который год, долги копятся, кто поверит, барщину отдавать надо. Стал он собирать сход. Народ разделился, на пьющих и не пьющих. Гуляки наши, баламутят, шумят на сходке, ничего не хотят слушать, говорят: спалим деревню. Лука Лукич, решил, разговор бесполезен. Собрал он человек десять, надежных мужиков и сказал: пойдем ребятки к мельнику, оттуда вся гниль идет. Взяли они колья, топоры да вилы, может с разбойниками придется встретиться.
- Дипломат опытный был наш Лука Лукич, - улыбаясь, вспоминала, тетя Лиза. Встретил их мельник как всегда своими поговорками. Только наш староста не стал его слушать. Он сразу схватил его за грудки, встряхнул и сказал: если есть в тебе душа, вышибу, одним махом, мельницу с избой в щепки разнесём, если не прекратишь. Потом отшвырнул его. Мужики тучей надвинулись на мельника. Он, бородой затряс, глазками заморгал, что – то забормотал. Немного опомнившись, стал объяснять, - из вашей деревни никого не грабили, а ко мне они сами приходят, я ведь не виноват. Мужики остановились. Староста выступил вперёд и выставил свой кулак ему под нос.
- зубы нам не заговаривай, если не угомонишься, спалим всё твоё логово.
- понял, я всё понял, - ответил мельник.
Староста с ребятами пошли обратно в деревню. Сзади они услышали писклявый голосок мельника: потекла водичка, жернова задвигались, тиной озеро покроется, люди злобой затуманятся.
Лука Лукич снова собрал сход. Он просил: бросайте пить, вы всегда трезвые ходили, хватит вам день и ночь в озере плескаться. Но напрасно взывал он к их совести. Еще чаще, стали они ходить за грибами в лес к мельнику. И рыба в озере стала дохнуть, и тиной озеро затянулось. Вот это место где ты купался только и осталось. Там и устраивали шабаши, девушки и парни, что они выделывали стыдно сказать. Так и жили, летом пьяные крики, а зимой завыванье вьюги.
- Засиделись мы с тобой, Артемка скоро светать будет, пойдём спать. Артем стал просить её, - я завтра днем уеду, ночевать не буду.
Тетя Лиза покрыла ноги покрывалом и продолжила. Чашу терпения переполнила капля в виде жертвы. Мельник научил, жертву принести водяному, тогда и рыба появиться и тина уйдёт. Артём перебил тетю Лизу, какая жертва теть Лиз, ну ладно пили, а чтоб поверить в эту ерунду, как можно?
- Тёма милый, в современных сектах люди с образованием, добровольно деньги несут молодые и старые. Слушай не перебивай: Словно бес в них вселился, орали, голые через костер прыгали, очищались. Девица одна была разбитная, Оксана звали. Она говорит: я пойду к водяному, надоели вы мне, к царю хочу. И пошла в воду. Вдруг появился мельник...
Схватил её за руку и сказал: Оксана здесь нужна, а дочка Луки Лукича с вами не бывает, её водяной царь хочет, её приведите.
Вся разгульная гурьба, пошла к дому старосты с факелами, за дочкой. Чем бы всё закончилось неизвестно, но кто – то из парней предупредил старосту. Лука Лукич послал его собрать мужиков и бежать на мельницу. Сам он вырвал жердь из ограды и пошел навстречу толпе. Пьяная молодёжь разбежались, увидев старосту с колом.
Тётя Лиза замолчала, закрыв глаза. Артём смотрел на неё и ждал продолжения.
Рассказывали всякое, кто говорил: спалили и мельницу и мельника. Будто бы он выйти не успел, а в доме своём визжал и хрюкал. Вторая версия такая: мельник убежал и привел разбойников. Староста с мужиками бились с ними, одолели их и сожгли мельницу, а мельник убёг. Третья версия такая: наши мужики во главе со старостой, никого и ничего не нашли. Дом и мельницу сожгли, дождались, когда всё сгорит, разметали пепелище, а мельничные жернова бросили в озеро. Как бы там не было, но с тех пор безобразия прекратились. И на просёлочной дороге, про разбойников забыли.
Девушка Оксана бесследно исчезла. Куда она пропала, неизвестно, говорили, вроде она с разбойниками ушла. В раздумье закончила свой рассказ тетя Лиза.