Дело было три года назад, когда у меня ещё не закончились маленькие дети. А точнее, родился восьмой ребёнок.
В больницу я поступала недообследованная. В карточке отсутствовала отметка "Окулист. Осмотрен". Не очень-то и хотелось его тогда проходить, да и некогда было. За неделю в патологии врач так и не появился.
А вот после родов, зачем-то, решили прислать этого окулиста прям в палату. Причём об этом мы с соседкой узнали непосредственно при его неожиданном приходе.
Время вечер. Сижу я на кровати... Ножки "лотосом", плечиком оперлась о стеночку. Сижу вся модная, в белой ситцевой сорочке, времен ещё моего первого ребёночка явно, с голубыми цветочками и интересным вырезом аж до пупка. Кормлю Григория только запущенным в работу молокозаводом, размеров Памелы Андерсон...
Открывается дверь палаты. В проходе появляется дядька с бородой, размером 2 на 2. Остановился возле двери, разглядывает нас так внимательно. Подходит ко мне:
- Нуууу, прям Мадонна... мальчик? Спрашивает он, кивая на голову, которая усердно причмокивала еду, уютно расположившись в моих руках...
- Пацан! Отвечаю я, стараясь принять приличную позу, под возмущение и недовольство Григория.
- Что уже второй, раз пацан? Спрашивает он, бесцеремонно плюхаясь на мою кровать, включая фонарик и светя им противно мне прямо в глаз...
- Седьмой!
- Какооой? Светя во второй глаз протяжно переспрашивает дядька-окулист
- Седьмоооой, не менее протяжно и в тон ему отвечаю я...
- Ну ты шутница, кивая головой и отключая фонарик, говорит дядька-врач
-Да я и не шутила вроде как, действительно седьмой пацан, отвечаю я
Он поднимается. Рукой берет мою косу, лежавшую на плече, перекидывает её за спину и спрашивает:
- Косу отрастила, детей нарожала. Зачем тебе столько? Ты что, староверка что ли???
- Да! Сектантка, перекидывая косу обратно, ехидно отвечаю ему я. В лес жить ушли с мужем, рабсила бесплатная требуется, вот и рожаем сыновей, чтобы было на ком лес таскать!
- Понятно! говорит он на полном серьёзе... Ну ладно, корми давай, когда ж ты его ещё на руках подержишь, как не здесь. Дома-то не до него уже будет...
Подошёл к соседке, заглянул ей в глаз, развернулся и пошёл из палаты. В дверях остановился, ещё раз меня озадаченно осмотрел:
- А муж-то как к этому относится? Кивая на маленькую голову в моих руках, спросил он...
- Не знаю, говорю, я его не спрашивала ещё...
- Понятно, а надо бы, вдруг он против, семь это же много!
- Семь много, а у нас восемь. Восемь в самый раз!
- Восемь? Воооосееемььь! Ну ладно, не болейте... Пошёл я...
Он ушёл, а мы потом долго с соседкой ещё ржали сидели. Она говорит: "Тебе-то хорошо смеяться, а у меня швы, но не ржать с тобой невозможно... Неизгладимое впечатление ты на людей производишь!"