Работы над созданием новой межконтинентальной ракеты Р-16, начавшиеся в конце 50-х годов прошлого века, шли ускоренными темпами.
В конце октября 1960-го oi была готова к испытаниям Однако при запуске 24 октября 1960 года на космодроме Байконур ракета взорвалась, унеся жизни 126 человек. Эта катастрофа до сих пор считается самой крупной i истории советской ракетно-космической техники.
Р-16
В период холодной войны у Америки имелось порядка 40 межконтинентальных баллистических ракет, способных, в случае необходимости, достичь территории СССР. Советский Союз явно уступал в вооружении США. У СССР имелись лишь четыре ракеты Р-7, разработанные в ОКБ-1 Сергея Королева.
Причем Р-7 годилась больше для исследования космоса, чем для использования в боевых целях. Основным ее недостатком было использование жидкого кислорода как компонента ракетного топлива. Транспортировать и хранить его было сложно, так как он быстро испарялся. Поэтому рядом с пусковыми площадками строили большие кислородные заводы, что практически исключало маскировку ракет. Кроме того, жидкий кислород не позволял долгое время хранить заправленную ракету.
Эти и другие недостатки Р-7 мешали ракете выступать в качестве ядерного щита СССР.
После того как в 1959 году Никита Хрущев пообещал показать Америке «кузькину мать», ракетная гонка в стране стала набирать обороты. Требовалась новая ракета, способная «догнать и перегнать» вооружение США. Разработка проекта была поручена ОКБ-1 Королева и Днепропетровскому ОКБ-586 под руководством Михаила Янгеля. Оба конструктора включились в гонку, и каждый из них стремился опередить конкурента. Эта конкуренция в дальнейшем сыграла свою трагическую роль.
Если Королев по-прежнему использовал жидкий кислород в качестве топлива для своей новой ракеты Р-9, то - Янгель предлагал создавать топливо на основе несимметричного диметил- гидразина и азотного тетраоксида для своего детища Р-16. По его мнению, это увеличивало срок хранения заправленных ракет. Но такая смесь была токсична и взрывоопасна. Еще одним достоинством Р-16 было управление ракетой с помощью бортовой аппаратуры, заранее запрограммированной.
Поскольку Королев параллельно занимался запуском космических станций, Янгель его опередил в межконтинентальном проекте. В мае 1959 года постановлением Совмина испытания Р-16 были назначены на четвертый квартал 1960 года. Исполнение постановления Хрущев контролировал лично. 26 сентября 1960 года железнодорожный состав с новейшей ракетой Р-16 прибыл на Байконур (тогда испытательный полигон № 5). Здесь в течение месяца должны были проходить испытания. К моменту прибытия состава на полигоне в спешке были организованы три площадки: с пусковыми установками, монтажно-испытательным корпусом и жилые дома для ученых и военных.
Старт планировалось провести 23 октября. Р-16 установили на стартовый стол. Эта махина высотой 30,4 м и весом 148 т могла преодолеть расстояние в 13 000 км. К назначенной дате прибыли «отец» ракеты Михаил Янгель и главнокомандующий Ракетными войсками •стратегического назначения Митрофан Неделин. Но ракета из-за технических неполадок не взлетела. По мнению специалистов, причина была в том, что Р-16 не прошла тщательных стендовых испытаний, чтобы выявить все слабые места. Под постоянным давлением сверху испытатели очень спешили.
После первой неудачи следовало отправить изделие обратно на завод и доработать конструкцию, но вместо этого Неделин приказал дорабатывать Р-16 на старте, несмотря не то что любые работы с заправленной ракетой были рискованными. Уж очень он, по словам очевидцев, боялся гнева Хрущева.
ТРАГЕДИЯ
Неисправные части заменили, но, чтобы найти причину сбоя, испытатели отключили блокировки, не допускающие срабатывания любой системы ракеты до запуска. А бортовую ампульную батарею, наоборот, подключили, хотя ее положено устанавливать в процессе пуска. В результате вокруг заправленной ракеты с неисправными электрическими схемами, находящимися под напряжением, суетилось более 200 наладчиков, испытателей, военных.
Собственно, и сам Неделин, демонстрируя отсутствие страха, наперекор всем нормам безопасности, уселся в 20 м от Р-16 на стуле. Разумеется, возле него находилась и свита: главный конструктор, начальник полигона и пр.
Все они по инструкции должны были ожидать старта в подземном наблюдательном пункте.
За полчаса до запланированного времени он подал команду запустить двигатели. Поскольку блокировка от несанкционированного срабатывания была отключена, неожиданно сработал двигатель второй ступени, топливо воспламенилось, и лавина огня хлынула на топливные баки первой ступени. Произошел взрыв. Все, кто находился на мачтах пусковой установки, погибли сразу. И это, если можно так сказать, была легкая смерть по сравнению с тем, что пришлось испытать людям, находившимся внизу. Пламя вместе с азотной кислотой и диметилгидразином заполнило площадку. Люди в ужасе бежали, но огненный смерч настигал их, и они горели заживо, все еще продолжая бежать. А бежать было некуда: они так и догорали на площадке, огороженной колючей проволокой. Тот, кто не погиб от огня, задохнулся в парах токсичного топлива или умер от воздействия кислоты.
Всю эту жуткую картину зафиксировали кинокамеры, установленные на Р-16. Они автоматически включались при запуске. Так снимали все запуски новых ракет
БЕЗ НАКАЗАНИЯ
На пост главы РВСН Митрофан Неделин был назначен всего за девять месяцев до своей гибели. О нем отзывались как о человеке компетентном и внимательном. Он лично разбирался в проблемах и пользовался уважением у всех, кому приходилось с ним работать. Останки Неделина смогли опознать только по оплавленной «Золотой Звезде». Западная пресса назвала эту трагедию «Катастрофой Неделина».
Бушевавшая огненная стихия в течение 2 часов не позволяла спасателям ликвидировать пожар и помочь людям.
Только на космодроме сразу погибли 74 человека, включая главного конструктора системы управления. Янгеля же спас случай. Он не хотел, чтобы подчиненные видели его курящим, и в момент взрыва был в курилке. Вместе с ним находились два конструктора, пытавшиеся отговорить Янгеля от работ с заполненной топливом ракетой.
После того как все произошло, «отец» Р-16 спасал вместе со всеми пострадавших и сам позвонил в Кремль с докладом о катастрофе. Хрущев, узнав о размахе трагедии, только поинтересовался у Янгеля, где тот был в момент взрыва. Репрессий не последовало. Брежнев, возглавлявший расследование катастрофы, просил Хрущева никого не наказывать: «Они сами себя наказали». И это правда. Большинство виновных погибли прямо на площадке. А Янгелю предстояло жить дальше с огромным чувством вины. Но сердце конструктора, видимо, не выдержало этой ноши, и после пятого инфаркта он скончался в возрасте 59 лет. 1960 год вообще был неудачным для ракетостроения. Ракеты Р-7 разного назначения, созданные в ОКБ-1 Королева, падали. Октябрьская трагедия завершила эту череду неудач.
Несмотря на первый трагический опыт, от Р-16 не отказались. Уже в феврале 1961 года успешно стартовала вторая ракета. А к концу 1962-го эти ракеты приняли на вооружение. И быть может, Янгель все же спас нашу страну да и весь мир от Третьей мировой войны.
В обстановке секретности
Кроме тех, кто погиб непосредственно на месте катастрофы, были и те, кто умер от ожогов в больнице. Но каждый из присутствующих в тот день на космодроме до конца своих дней не смог забыть о том, что пришлось пережить. Впрочем, официальные данные о количестве пострадавших расходятся с показаниями очевидцев. Тогда о трагедии советским гражданам не сообщили. Большинство погибших похоронили там же, на Байконуре в братской могиле. Остальных хоронили родственники в других городах, но все это происходило в обстановке полной секретности.
Смерть маршала Неделина, которого похоронили у Кремлевской стены рядом с Курчатовым, скрыть не удалось, но, по официальной версии, он погиб в результате авиационной катастрофы.