Открытое письмо Федора Емельяненко к своему брату Александру, который недавно дал интервью «Советскому спорту».
«Моя репутация как спортсмена не нуждается в защите. Но в своих интервью Александр задевает честь близких мне людей. Только поэтому я пишу это открытое письмо к Александру и рассказываю, как все было на самом деле, чтобы показать, что не все, что опубликовано, – правда.
Александр, отвечу тебе в первый и последний раз.
Во-первых, для тебя и твоего окружения я не Федя, а Федор.
Неприятно слышать, что у тебя не было тренеров, кроме Гаврилова Василия Ивановича и Протасова Олега Валентиновича. Это слова абсолютно неблагодарного человека.
К тренеру Гаврилову я пришел в 11 лет, когда тебе было 6. И в зал ты попадал, когда тебя не с кем было оставить дома. Тогда ты не тренировался, а просто скакал по матам. Через год Василий Иванович передал меня и ребят, с которыми мы тренировались, в спортивный класс Владимира Михайловича Воронова. И после он перестал вести тренерскую деятельность. Василий Иванович никогда не был твоим тренером.
У тебя хватило смелости рассказать об ударах палками по твоей заднице, но не хватило смелости назвать имя тренера и рассказать за что. Это тоже своего рода лицемерие. Тебя пороли, как сидорову козу, за то, что ты, мягко сказать, нарушал режим. Но теперь ты только говоришь о прогулах тренировок.
Я обычно не комментирую чужие высказывания. Но уже не мог молчать. Это мой первый и последний ответ тебе. Я считаю ниже своего достоинства постоянно реагировать на твою ложь.
А теперь самое главное из-за чего я решил делать это открытое обращение к тебе: ты назвал моих близких подхалимами. Подхалим – это ты, Иуда. Мне жаль, что страдают люди, которые оказались рядом и поддержали тебя в сложную минуту. Я сам лично принес за тебя извинения не одному десятку людей.
В мой адрес можешь говорить, что хочешь, я это стерплю, но не смей оскорблять моих близких.
Кроме того, моего окружения ты не знаешь. А все те, кого знаешь, помогали тебе и сыграли немаловажную роль в твоей жизни. И ты мизинца их не стоишь. Поэтому ты не в моем окружении.
Ты говоришь в одном из интервью, что можешь мне помочь. Но не понимаю, как ты, недавно освободившийся и постоянно «нарушающий режим», можешь помочь. Разве что только одним – не позорить фамилию моих родителей и мою!»