Дорогие друзья!
Мы начинаем публиковать интересные короткие истории и размышления о друзьях, коллегах и жизни Александра Александровича Кременецкого.
«ЗАТЁСЫ 2» - Александр Кременецкий
Эпиграф.
«Настоящая роскошь – говорить то, что думаешь».
Дж. Армани
От автора
Нынче все заняты. Все торопятся. Слушают только новости. Общаются между собой короткими смс-ками. Книги читать не успевают. Хочется с кем-нибудь поговорить, а не можешь, как тот одессит у М. Жванецкого, когда он в центре Москвы пытался у бегущих мимо прохожих узнать дорогу. «Рубль дам! – стал кричать он, – если кто остановится!». Как в тайге – вокруг тоже сплошная стена деревьев и ни просвета …
Но что это белеет на темных стволах? А это затёсы – отметины, сделанные ножом или топором теми, кто прошел здесь раньше, для тех, кто пойдет позже. Каждый затёс это всегда маленькая история как зарубка на сердце, о тех, с кем ты бродил по свету и хлеб-соль делил.
НООСФЕРА
В годы перестройки, в начале девяностых, Россию захлестнула волна тотальной религиозности. Старые церкви,
превращенные ранее в склады и госучреждения, возвращались священнослужителям, на месте разрушенных храмов возводили новые и, где только можно, строили новоделы – современные церкви и часовни. Рождество Христово, Пасха, Крещение, Сретение и Обрезание Господне, День Святой Троицы и другие православные праздники вытеснили
Первое мая и Седьмое ноября. Стар и млад стали толпиться в очередях крестить младенцев и святить яйца, а государственные лица – справлять богослужение, смиренно держа в своих мозолистых руках тонкие свечи.
Газеты, радио и TV заполонились выступлениями различных духовных са̀нов, от дьякона до Патриарха, с просвещением заблудших, за семь десятков лет, советских безбожников. Не осталась в стороне и наука. На конференциях
и симпозиумах все чаще стали вспоминать, что среди известных ученых-физиков – 88% верующих, в том числе более десятка лауреатов Нобелевской премии. Оказалось, что даже «железный» натуралист – Дарвин – и тот в итоге признал: «Мир покоится на закономерностях и в своих проявлениях представляется как продукт разума Творца».
И, наконец, в 1991 году в президентское кресло российской Академии наук сел математик Ю. Осипов с утверждением, что «создание любой стройной научной системы неизбежно приводит к мысли о существовании Абсолютного Бытия».
Все чаще стали цитироваться работы академика В.И. Вернадского о ноосфере (с греч. «сфера знаний») как некой высшей сфере взаимодействия общества и природы.
Я, естественно, перечитал все труды великого соотечественника, посвященные этой проблеме, но так и не понял, что же он скрыл за понятием ноосфера: систему саморазвития человеческих знаний, способных управлять миром (подобно океану разума – Солярису), либо самого Всевышнего. Обратился к своему старшему коллеге – верному последователю Вернадского – известному геологу Георгию Борисовичу Наумову – так мол и так… растолкуй мне, что же конкретно имел в виду автор учения о ноосфере.
Наумов хитровато прищурился:
– Давай я лучше расскажу тебе притчу.
– Слушаю.
– Дело было задолго до Новой эры на восточном берегу Сицилии. Одинокий путник третий день шел по безлюдным землям и вдруг видит, в тени под деревом, сидит человек. Поздоровались. Путник обращается к сидящему: «Скажи, уважаемый, как долго мне еще идти в Сиракузы?».
Тот говорит: «Иди…».
Путник начинает сердиться: «Почему ты не отвечаешь на мой вопрос? Я же спросил тебя, как долго мне еще идти в Сиракузы?».
Человек снова говорит: «Иди…».
Путник пошел и вскоре слышит за спиной: «Тебе в Сиракузы ходу три часа».
Он обернулся и недовольно спрашивает: «Почему ты мне сразу не сказал об этом?». «Я же не знал, как быстро ты пойдешь и в какую сторону…».
Я растерянно улыбнулся:
– И это все?
– Да, все.
– А при чем здесь Вернадский и его ноосфера?
– Понимаешь, Вернадский не из тех, кто давал ответы, он только определял направления…
Продолжение следует...