Волна лёгкой грусти подмыла землю у моих ног. Полетели мысли: «А что если?», «Это ведь здорово!». Сознание ушло в мир грёз. В какой-то момент, я очнулась от вопроса:
— У меня не получается похудеть. Может посоветуете что-то?
Окидываю взглядом свою собеседницу. Понимаю, что наличием серьезных психологических расстройств, когда люди проблемы заедают, тут и не пахнет. Вероятность того, что она входит в 1-2% женщин страдающих гормональными сбоями, ничтожно мала. Скорее всего классика — диванная царица, повелительница пирожков и глюкозы.
— Попробуйте, для начала, по максимуму забыть о существовании быстрых углеводов. Насколько это возможно. — слегка смягчила я радикальность метода.
Перечисляю варианты табу. Как вдруг, из ее взгляда начинает медленно уходить жизнь. С каждым моим словом искры в глазах тухнут одна за одной.
— Да не переживайте Вы так. Есть вариант попроще. Можно кушать всё, но обязательно считать калории.
Рассказ о существовании специальных приложений слегка вернул румянец на ее щеках. Обсудили как добавить в эту схему нагрузку. Сколько должно быть тренировок в неделю. Как чередовать тренируемые зоны.
— А с прессом то что?
— А что с прессом? Качаем и сушимся, сушимся и качаем. Каждый день, 7 дней в неделю, что бы ни произошло. Работать надо!
Расширение ее зрачков производило впечатление, что я рэкетир. И только что изложила план захвата с применением насилия и заложниками. Прозвучала фраза: «Ань, ну ты идёшь?». Я вспомнила, что вообще-то была не сама.
— Да-да, секундочку.
Взгляд собеседницы потух, запал пропал. Она ушла в глубокую задумчивость. В тот момент я осознала: она не будет худеть, ещё не придумала для чего. Я вежливо попрощалась. И поспешила покинуть зал суда, где только что решалась судьба запятой во фразе: «жир сжечь нельзя помиловать».
А для тренерства ещё рано. Сначала нужно научиться структурированно выдавать информацию, чтоб люди не падали в обморок. Но главное, всегда первым делом задавать вопрос: «А Вам это зачем?».