Часть третья. Как свихнулся.
Свихнулся я на Александре Македонском. Кстати, то, что я уже свихнулся, мне подсказал Витюня Михайленко. Как-то в телефонном разговоре он спросил: "Чем сейчас занимаешься?", -- я ответил: "Македонским". Он удивился, типа на фига он тебе сдался, я говорю, так он приходил в Сибирь. Тут Витюня мне и выдал: «Ну ты, брателло, совсем свихнулся!». Пришлось признать.
А началось всё с поэзии. Я на заре туманной юности баловался стишками, потом бросил, но трепетное отношение к поэзии и поэтам сохранил. Так вот, читаю Низами Гянджеви «Искендер-наме», а он не стесняясь пишет, что А.М. пересёк кыпчакские степи, долго и многотрудно воевал с руссами, скулил, как замёрзший щенок по поводу предстоящего поражения, потом достиг Моря Мрака. Что за чёрт, думаю, какое-такое Заполярье, ведь все знают, что А.М. был в Индии. Но уважение к поэтам пересилило недоверие. Я прочитал Фирдоуси, Навои, Джами, Ювенала, других литераторов и убедился, что у поэтов своя точка зрения относительно маршрута А.М. «после Средней Азии». Все они направляли Великого воителя на Крайний Север. Постепенно до меня начало доходить, что здесь нет никакой случайности, что различие мнений между поэтами и историками знаменует собой наличие ПРОБЛЕМЫ маршрута завершающей части Восточного похода А,М, Стал внимательно читать античные первоисточники, в переводе, разумеется. И обнаружил, что историческая версия «шита белыми нитками». Историческую версию все хорошо знают. Из Средней Азии Александр устремился в Индию, помахал шашкой в Пенджабе, сплавился по Инду к океану, перезимовал в устье и пешим порядком ушёл в Вавилон. На этом пути он потерял 105 тысяч своих непобедимых бойцов из 135-тысячного войска.
Суть исторической версии в том, что всё в ней переставлено местами. То, что было в начале, поставлено в конец, а то, что было в конце, поставлено в начало. Например, Александр собственноручно убил Клита Чёрного на пиру в Самарканде и вскоре отправился в «Индию». Там Клит трижды упоминается как живой и невредимый участник боёв. Причём это несомненно «тот самый» Клит, родной брат кормилицы Александра Ланики, командир царского эскадрона, с которым Александр всегда ходил в бой. В первой же битве с персами при Гранике Клит спас жизнь Александру. И вот этого человека Александр «по пьяному делу замочил». Историки тщательно замалчивают этот эпизод, ведь с его учётом рассыпается историческая версия Восточного похода. Если бы Оливер Стоун знал о Клите, свой знаменитый фильм об Александре сделал бы совсем другим. Ведь получается, что после боёв на Инде и Гидаспе, после сплава к океану и зимовки в устье Инда, Александр заходил в Самарканд?! Тогда где и при каких обстоятельствах он потерял более трёх четвертей своего войска? Историки с поразительным равнодушием относятся к перестановке событий: ещё Арриан не стесняясь признавался, что ему всё равно, где и когда произошло то или иное событие, здесь и сейчас, или ранее и в совсем другом месте.
Внутренняя противоречивость исторической версии ведёт к тому, что вместе с перепутанностью событий у историков перепутаны реки, впадающие друг в друга. У того же Арриана можно прочитать, что Акесин впадает в Инд, что Акесин самый большой приток Гидаспа, что Гидасп впадает в Акесин, что Гидасп двумя устьями впадает в Великое море. У Курция Руфа Акесин сливается с Гидаспом и впадает в Инд, но у него же «Ганг перехватывает дорогу Акесина к морю и создает в месте его впадения неудобное устье с водоворотами» (Курций Руф, 1963, С 335). Юстин пишет, что Александр по Акесину доплыл до Океана, проплыл вдоль берега и вошёл в устье Инда (Юстин, 1993, С 367-368). Вообразите, согласно Арриану, Александр приближается к Инду с востока: «Местности за рекой Индом к западу вплоть до реки Кофена заселяют племена…вот кто живёт по ту сторону Инда к западу, вплоть до реки Кофена (Арриан, 1940). Понятно, что на такой географии восстановить подлинный маршрут Александра совершенно невозможно.
Слава Богу, у нас есть убийственная для историков географическая характеристика местностей, посещённых Александром. Та земля, которую он называл Индией, на самом деле располагалась не на Индостанском полуострове.
Речь идёт об измерении длины тени от деревьев в полдень и о расчётах широты местности на основании этих измерений. Учёные греки, сопровождавшие армию Александра, везде измеряли длину тени от деревьев известной высоты. Делали они это в полдень (полуденная линия – это самая короткая тень). По отношению высоты дерева к длине тени определялся тангенс угла солнца над горизонтом в полдень, а по тангенсу сам угол.
Высота солнца над горизонтом зависит от широты местности и от времени года. У нас в Томске, например, в зимнее солнцестояние 21-22 декабря солнце не поднимается выше 10 градусов. А в летнее солнцестояние в конце июня достигает 56 градусов. В субтропической Индии солнце зимой не опускается над горизонтом ниже 34 градусов.
Некоторые измерения греки до нас донесли. Диодор писал, что дерево высотой 70 локтей отбросило тень на три плефра. При размерности локтя 0,45 ми плефра 28,7 мтангенс равен 0,354 и сам угол составляет 19,5 градусов. Расчёт широты местности для зимнего солнцестояния показан на рисунке. Широта составляет 47 градусов. Если же измерение делалось в любое другое время года, оно делалось севернее. Если, скажем, в равноденствие, то на широте 70 градусов, а в летнее солнцестояние даже на полюсе солнце не опускается ниже 23 градусов.
Если верить тригонометрии и небесной механике, армия Александра в это время находилась на 15 градусов севернее Индии. Это более 1600 км.
Половину второго измерения привёл Страбон. Он не указал высоту дерева, зато длина тени оказалась равной пяти стадиям (925 м.). Если измерение делалось в Индии зимой, высота дерева должна быть более шестисот метров. Таких деревьев на Земле нет. При нормальной высоте деревьев, это измерение делалось в Приполярье на широте 64 градуса при высоте солнца над горизонтом 2 градуса. Согласитесь, в Приполярье Индией и не пахнет. Хотя, маненько пахнет, но по-другому. Просто, в эпоху А.М. Индией нызывалась совсем другая земля.
Известный английский филолог-востоковед Макс Мюллер (1823-1900) подчёркивал, что все неизвестные страны в старину назывались Индиями. На генерализованной А.Т Фоменко и Г.В Носовским карте Сибири Клавдия Птолемея INDIA Superior расположена на берегу Северного ледовитого океана.
А на историко-этнографической карте Сибирского митрополита Корнелия, составленной в Тобольске в 1673 году, в междуречье Пура и Оби помещена Индийская Самоядь. Вот сюда, в эту Индию Супериор и приходил А.М.
Многие ветераны Восточного похода по возвращении опубликовали свои мемуары, не дошедшие до нашего времени. Зато на них опирались античные историки Диодор, Арриан, Курций Руф, Плутарх, географы Страбон и Птолемей. Но эти авторы писали свои труды через 400-500 лет после эпохи А.М. Они уже хорошо знали, что в субтропической Индии просто немыслимы глубокие снега и леденящие морозы, не могут быть полярные мраки и старательно вычищали «всё это». Но кое-что осталось. Например, «армия Александра вышла на Инд, лежал глубокий снег». Или вот ещё: при штурме одной вершины из трёхсот добровольцев 30 воинов сорвались со скал и погибли, так их не смогли похоронить, потому что не отыскали в снегу. Знаю, умники мне сразу возразят, это де было в горах, там снегу навалом… Да, в горах. Но в каких?! Этот вопрос как раз к геологам. Согласно описанию античных авторов, это были высокие, чуть ли не до двух километров плосковершинные горы. У них были вогнутые склоны, пологие у подошвы и вертикальные у вершины. На плоских вершинах, поперечником 6-10 км росли леса, были пашни и родники. Это были неприступные крепости, созданные самой природой. На них собиралось до тридцати тысяч обороняющихся. Вы вообразите себе на вершине любой горной системы альпийского типа тридцать тысяч альпинистов одновременно. Несомненно, А.М. воевал в столовых горах. У нас в Евразии всего два подходящих плато: Путорана и Декан. Так в Декане (широта 15° и высота до 800 м) снега днём с огнём не сыщешь.
При сплаве по Реке к Океану у Александра в порогах разбились два военных корабля. Поищите на Инде пороги. В устье Реки А.М. обнаружил громадный морской лиман, в котором пускали фонтанчики киты. Здесь армия Александра зазимовала и сожгла для обогрева половину кораблей, а «когда весна сжалилась над ним», А.М. пешим порядком отправился в Вавилон. На этом пути он потерял 105 тысяч своих непобедимых бойцов из 135-тысячного войска. У Курция Руфа есть пронзительное описание сцен гибели армии Александра. Его непобедимые воины гибли точно так же, как гибли солдаты и офицеры Наполеона Бонапарта, когда бежали из Москвы. Курций Руф живописует это паническое бегство и нравственное разложение войска очень красочно: «Нельзя было без урона в людях ни оставаться на месте, ни продвигаться вперед – в лагере их угнетал голод, в пути еще больше болезни. Однако на дороге оставалось не так много трупов, как чуть живых, умирающих людей. Идти за всеми не могли даже легко больные, так как движение отряда всё ускорялось; людям казалось, что чем скорее они будут продвигаться вперед, тем ближе будут к своему спасению. Поэтому отстающие просили о помощи знакомых и незнакомых. Но не было вьючного скота, чтобы их везти, а солдаты сами едва тащили свое оружие, и у них перед глазами стояли ужасы предстоящих бедствий. Поэтому они даже не оглядывались на частые оклики своих людей: сострадание заглушалось чувством страха. Брошенные же призывали в свидетелей богов и общие для них святыни и просили царя о помощи, но напрасно: уши всех остались глухи. Тогда, ожесточаясь от отчаяния, они призывали на других судьбу, подобную своей. Желали и им таких же жестоких товарищей и друзей».
Следует заметить, что из этого описания бегства историки изъяли все климатические особенности и вообще поместили это событие на берега Индийского океана. На самом деле, если разорванное описание соединить, то возникнет реальная картина. Завоевателей гнал не только голод, но и холод.
«Впрочем, самое большее время года лежат там столь чрезвычайные снега, что почти нигде не приметно никакого следа птиц или бы какого другого зверя. Вечная мгла покрывает небо, и день столь уподобляется ночи, что едва можно различить ближайшие предметы. Войско, заведенное в сии пространные пустыни, где совершенно не было никакой человеческой помощи, претерпевало все бедствия: голод, стужа, чрезмерная усталость и отчаяние овладело всеми. Множество погибли в непроходимых снегах, во время страшенных морозов множество ознобило ноги. И лишились зрения: другие удрученные усталостью упадали на лед, и, оставшись без движения, от морозу цепенели, и после уже не могли подняться».
Когда остатки Александрова воинства вышли к гедросам, те пожалели змеёныша и его обмороженных оборванцев и не стали их добивать, а наложили контрибуцию в виде строительства стены и Медных ворот. А отобранное оружие утопили в озере. У ненцев, проживающих в низовьях Енисея, бытует легенда о том, что в озере Туручедо, что к северо-востоку от с. Потапово, захоронено огромное количество самого разнообразного оружия.
Почему я называю Александра Македонского «змеёнышем»? . Наши предки знали, что Александр позиционировал себя как сына бога, то ли Зевса, то ли Амона. Матушка Олимпиада уверяла Сашу, что Зевс проник к её ложу в виде змея, над чем безжалостно смеялся Плутарх. Об этом наши пращуры также знали и называли Александра не иначе, как Тугарином Змеевичем. Война с Александром Македонским оставила кошмарный след в душе русского народа. Славянские летописи также много раз упромнают А. М. В.Н. Татищев ссылался на Иоакимову летопись, в которой говорилось о связях славянских князей с Александром. Чешская летопись приводила грамоту, дарованную Александром славянам. Польская «Великая хроника» утверждала, что волхв Лешек колдовством выдворил А. Македонского из польских земель. Великий князь Владимир Мономах в своём «Поучении» высказывал уверенность в том, что Александр приходил в Югру. Секретарь египетского султана Ал-Омари в XIV веке подтвердил слова Владимира: «Позади земель Югорских, которые на окраине Севера, уже нет поселений, кроме большой башни, построенной Искендером». В русской былине об Алёше Поповиче Александр упоминается как Тугарин Змеевич.
А заканчивал свой поход А.М. на реке Танаисе на широте 57° возле города Танаиса, в котором самый долгий день в году длился 17 часов 10 минут. Если мы отбросим любимый греками суффикс «ис», то получим название и города и реки Тана. Так среднеазиатские географы называли нашу любимую Томь. А самый долгий день в году в Томске длится, вы не поверите, 17 часов 10 минут. В устье Басандайки сохранились руины созданных армией А.М. алтарей. Эти алтари – земляные курганы в форме вытянутых треугольников имели высоту 50 локтей, то есть 22 м. Плутарх пишет, что ради славы Александр пошёл на хитрость: он велел изготовить оружие и конские уздечки вдвое большего размера, разбросать их и присыпать землёй, для того, чтобы потомки варваров, находя такие предметы, убеждались, что сюда приходили непобедимые гиганты. Рядом с алтарями на Басандайке в 1944-46 гг были найдены эллинские зеркала. Археологи сгоряча назвали их китайскими, потом признались, что ничего китайского в них не было, тогда придумали формулу, это де «китаизированные эллинистические зеркала». Я думаю, если к ним заново присмотреться, можно будет доказать, что эти зеркала принадлежали грекам и македонцам. Далее, в сибирских курганах, принадлежащих эпохе, следующей за эпохой Александра, было обнаружено множество египетских стеклянных бусин.
И последнее. Для чего нам нужен Александр, ну не для балды же. Приходил А.М. всё-таки в Сибирскую Русь. Непрерывная генеалогия царей здесь насчитывала 153 имени и длилась 6042 года. Величественные храмы, огромные города, площадью до 45 кв.км. с судоходными обводными каналам. Совершенное отсутствие столь любимого цивилизованными греками рабства, зато поголовная грамотность. Писчий материал – береста. Не случайно, надо думать, именно в Томске поэт Николай Клюев обнаружил берестяную книгу «Перстень Иафета». Короче, тут было отчего свихнуться.